Не отпускай меня - Айрис Оллби

Она не ошиблась. Они действительно были сжаты в кулаки, да так, что побелели костяшки пальцев.

— О да, если уж у тебя такая изощренная память, — с вызовом бросил он.

Изощренная? Она у нее просто в порядке. А вот что с его памятью?

— Тебя это никоим образом не касается, — сердито вздернула подбородок Миранда.

— Возможно. Но кто-то должен предупредить тебя, что ты можешь сгореть, как свечка!

— Ты сделал такой вывод, посетив всего пару моих концертов? — с сарказмом заметила она.

На самом деле она уже сейчас чувствовала себя крохотным коптящим огарком, но не собиралась признаваться в этом.

— Я просто опасаюсь, что у Грега разгорится аппетит. А ты можешь не выдержать. Два вечера в неделю после рабочего дня плюс репетиции, не говоря уже о твоей учебе… — Он сделал выразительный жест. — И ради чего?

— Мне нужно выручить брата, — сердито напомнила она. — Софи появится на следующей неделе.

Пробормотав что-то себе под нос, Стивен шагнул в комнату.

— Хватит об этом, Анди. Посмотри на себя в зеркало.

— Что я там должна увидеть?

— Синяки под глазами и осунувшееся лицо.

Миранда скривила губы. За четыре года она похудела на четырнадцать фунтов. Вернее, всего за один месяц четыре года назад.

— Ах, ты про девичьи пухлые щечки… Но сейчас модно быть худой. И вообще, чья бы корова мычала. Ты и сам превратился в жердь.

— Речь не обо мне. И ты прекрасно понимаешь, что меня тревожит. Ты можешь серьезно заболеть из-за всего этого.

Заболеть! Желчная реплика чуть не сорвалась у нее с языка. Нет, Стивен, это не болезнь. Подняв глаза, она встретила взгляд, лучившийся такой теплотой и заботой, что еще секунда — и оказалась бы в его объятиях. Только невероятным усилием воли ей удалось обуздать этот порыв.

— Как бы то ни было, Грег считает твою песню украшением альбома, и я, к сожалению, вынужден с ним согласиться. Она действительно великолепна.

— Спасибо. — Миранда высоко подняла голову. Он продолжал пожирать ее глазами, и она не выдержала. Сейчас она ему кое-что напомнит… — Я написала ее четыре года назад, — равнодушно добавила она.

Стивен вздрогнул, и, хотя полуопущенные веки погасили внезапный блеск в его глазах, Миранда храбро выдержала этот взгляд, упоенная сладким чувством мщения.

— Я написала ее в ту ночь, когда ты сделал меня женщиной, так что, если пророчество Грега сбудется и песня будет иметь успех, тебе тоже перепадет толика славы.

Выпалив эти слова, Миранда отвернулась. Но тут ее взгляд упал на его отражение в зеркале, и она застыла с расческой, занесенной над головой.

Стивен на мгновение утратил контроль над собой. Он выглядел сейчас как человек, глотнувший яду и еще не успевший понять, выживет ли он после этого. Миранда стремительно обернулась, но так поразившее ее выражение уже бесследно исчезло с его лица.

— Вот как? — рассеянно сказал он.

Судя по безразличному тону, она приняла за спазм боли игру света и тени на его лице. Мысленно отпустив в свой адрес пару изысканно-язвительных комплиментов, Миранда ответила с той же интонацией:

— Ну, ведь это ты сделал тот вечер незабываемым.

На лице Стивена выступили красные пятна, и, почувствовав его уязвимость, Миранда снова пошла в атаку:

— Я помню все до мельчайших подробностей. Говорят же, что первого любовника женщина не забывает никогда. Мужчина — другое дело. Я уж не говорю обо всех остальных юбках, за которыми ты волочился после меня, — закончила она, поражаясь твердости собственного голоса.

— Я не забыл, Анди, — произнес он сдавленным голосом.

— Ты не забыл? Как интересно, — с издевкой сказала она. — Что же мне теперь, прыгать от радости?

Стивен поднял руки.

— Это уж чересчур, тебе не кажется?

— Мы же взрослые люди, Стивен. Да, когда-то мы доставили друг другу удовольствие. Что может быть естественней?

— Все было не так, как ты пытаешься сейчас представить.

— Разве?

Понимая, что нарывается на грубость, она продолжала черпать силы в своей обиде.

— Не ожидала, что напоминание о нашей возне в кустах может так смутить тебя!

Стивен снова спрятал руки в карманы.

— Не надо опошлять, — сказал он с какой-то странной интонацией.

— А ты и впрямь смущен! — Ее смех прозвучал немного фальшиво, и Миранда почувствовала, что теряет твердую почву под ногами. Стивен меж тем молча двинулся прочь, и утихшая было злость вспыхнула в ней с новой силой. — Или дело еще в чем-то? — Он остановился как вкопанный и мучительно медленно начал поворачиваться к ней. — Совесть проснулась?

Едва вымолвив эти слова, Миранда поняла, что зашла слишком далеко, и поспешно отступила на шаг, ухватившись за спинку стула.

— Ты добиваешься полной сатисфакции? — процедил он сквозь зубы с презрительной гримасой.

— Очень может быть. — В ее голосе не чувствовалось прежней уверенности.

— Совесть! — повторил он, хрипло рассмеявшись, и вдруг крепко схватил ее за локти, глубоко впившись пальцами в кожу. — Так, по-твоему, я терзаюсь угрызениями совести? Да ты же ничего не знаешь!

— Стивен, мне больно.

Она попыталась освободиться, но он держал ее мертвой хваткой.

— Я знаю, чего ты добиваешься, Миранда. Тебе хотелось сделать это с самого начала, как только я вернулся. Но, поверь, ты ломишься в открытую дверь. Если тобой движет жажда мщения, то знай, я свое уже получил сполна и выставленный мне счет оплатил с избытком. И не собираюсь терпеть твои идиотские шпильки в свой адрес!

К концу этой тирады его пальцы как-то сами собой стали медленно соскальзывать к ее запястьям, уже не свирепо сдавливая, а незаметно лаская, и эти новые ощущения заставили ее затрепетать, забыв об испуге. Знакомый уголек, из которого он уже сумел сегодня раздуть пламя, вновь дождался своего часа. По-видимому, она издала какой-то звук, потому что Стивен метнул на нее взгляд раненого зверя.

— Ради всего святого, Анди. Оставь меня в покое со своими сексуальными играми, — не то прохрипел, не то простонал он.

Не слишком соображая, что делает, Миранда приоткрыла рот и кончиком языка провела по пересохшим губам. Стивен не сводил с них глаз, будто желая навечно запечатлеть в памяти.

Теперь уже все ее тело было пронизано возбуждением, каждая клеточка трепетала от близости желанного мужчины. Огонь уже не робко теплился, а согревал, обжигал, бушевал внутри нее. Она осторожно дотронулась до его щеки, очертила пальцем контур волевого рта…

Он резко оттолкнул ее.

— Заклинаю тебя, Миранда, не делай этого больше!