Жить, чтобы любить - Ребекка Донован

Я стала нервно перелистывать тетрадь в поисках выполненного домашнего задания. А потом уткнулась в нее носом, чтобы не видеть насмешки в глазах Эвана.

– Ты сегодня какая-то притихшая, – заметил Эван после окончания урока.

– Просто задумалась о том, как буду сдавать предстоящие тесты, – соврала я.

Если что меня и беспокоило, то отнюдь не тесты по тригонометрии и анатомии. Я хорошо подготовилась и не сомневалась, что знаю материал от и до. А вот относительно всего остального особой уверенности не было.

– Не ожидал, что тебя могут беспокоить такие пустяки.

Похоже, Эван успел хорошо меня изучить.

– Пришлось проштудировать уйму материала. Естественно, что я немного волнуюсь. А ты разве нет? – попыталась я сменить тему.

– Чего ради? Я все выучил. Остальное от меня не зависит. – (Надо же, какая непрошибаемая самоуверенность!) – Увидимся на тригонометрии.

Но сейчас меня больше заботили история, химия и два предстоящих теста, поэтому я решила, что о том, как останусь с ним наедине в конце школьного дня, подумаю после.

– Ну как успехи? – спросил меня Эван после урока анатомии.

– Думаю, я все сделала верно, – призналась я. – А у тебя?

– Вроде бы справился, – пожал он плечами.

И тут я неожиданно заметила, что он идет рядом со мной и не спешит, как обычно, поскорее исчезнуть.

– А куда это ты идешь?

– К твоему шкафчику, – как ни в чем не бывало ответил он.

– Зачем? – удивилась я.

– Как? А разве ты не хочешь сходить вместе на ланч? – обиженным тоном спросил он.

– С чего это вдруг? Мы ведь еще ни разу вместе не ходили на ланч, – не поддалась я на провокацию.

– Всегда приходится что-то делать впервые. Сара собирается к Джилл, и я подумал, что тебе нужна компания.

– Все правильно, но есть мне пока не очень хочется. Я собиралась пойти купить что-нибудь, чтобы потом перекусить на скорую руку в художественном классе.

– Неужели ты будешь есть в гордом одиночестве?

– Мне без разницы. Поступай как знаешь, – с деланым равнодушием ответила я.

– Нет, так не пойдет, – возразил он, и мне оставалось лишь гадать, что он имеет в виду. И только я было собралась потребовать объяснений, как он якобы небрежно спросил: – А если я составлю тебе там компанию, ты не будешь меня игнорировать?

– Чего ради?

Ума не приложу, как я смогу выдержать наедине с ним весь день?! Может, стоит придумать какую-нибудь отмазку и остаться до вечера в школе? И я, как утопающий, принялась хвататься за соломинку. Ну да, ведь мы можем быть просто друзьями. Главное, постоянно себе об этом напоминать.

Я сунула книжки в шкафчик, а Эван тем временем преспокойно положил свои вещи туда же, на верхнюю полку. У меня челюсть отвисла от такой наглости.

– Ну и что такого?! – заметив мою реакцию, насупился он. – После художественного класса мы ведь все равно уйдем вместе. Я потом все заберу. Обещаю.

И мы направились в сторону кафетерия. Уже у самого входа Эван нарушил молчание.

– Ты, наверное, знаешь, что по школе усиленно циркулируют слухи, что мы с тобой встречаемся? – спросил он и, заметив, что у меня от удивления округлились глаза, добавил с наглой ухмылкой: – Но это ведь всего-навсего слухи!

– Послушай, ты действительно хочешь, чтобы мы вместе провели время?

– Конечно, – с готовностью отозвался он.

– Тогда нечего делиться со мной подобными вещами. Заруби себе на носу: я не желаю знать, что обо мне говорят.

– Вот уж не думал, что для того, чтобы с тобой дружить, надо соблюдать какие-то правила, – усмехнулся он.

– Если будешь их нарушать, я непременно тебе об этом скажу. Так что ты уж постарайся держаться в рамках.

Я пыталась напустить на себя суровый вид, но он как ни в чем не бывало продолжал ухмыляться. Не на шутку разозлившись, я быстрым шагом прошла в кафетерий.

– Ты со всеми своими друзьями так же строга? – хихикнул он, догоняя меня.

– Мой единственный друг – Сара. И она всегда играет по правилам. Ей не надо ничего объяснять, – бросила я на него сердитый взгляд, чтобы он понял, что я не шучу.

Но он, похоже, и не думал обижаться, наш разговор его искренне забавлял.

– Ты что, ограничишься яблоком и батончиком гранолы? – поинтересовался он, когда мы выбрались из очереди.

– Я же сказала, что не хочу есть. И вообще, разве мы не собирались через пару часов пообедать?

– Да, но ты ведь спортсменка, у тебя сегодня игра, и тебе просто необходимо усиленное питание. – Его голос звучал почти озабоченно.

– Правильно, – согласилась я и взяла банан.

– Да уж, это сильно меняет дело, – неодобрительно покачал головой Эван.

Но я не стала его слушать, а торопливо ушла вперед, так что ему пришлось меня догонять.

Когда мы вошли в художественный класс, Эван сразу же устроился на табурете рядом со мной, а я занялась только что начатым холстом, на который уже успела нанести мазки зеленой краски. Рядом я положила снимок осенней листвы.

– Ну что, тяжело было ко мне привыкнуть?

Поначалу я решила, будто он валяет дурака, но, повернувшись к нему лицом, поняла, что он настроен вполне серьезно.

– Вовсе нет, – заверила я его. – Дело не в этом. Я тебя не понимаю. Ты говоришь странные вещи. Они либо совсем ничего не значат, либо, наоборот, слишком много значат. Я не хочу, чтобы ты меня доставал. Вот так-то. – И, вернувшись к работе над картиной, я принялась смешивать на палитре зеленую краску разных оттенков.

– Значит, я все же тебя достал, – подарил он мне свою фирменную ухмылку.

– Нет. Пока я пытаюсь этого не допустить. И уж можешь мне поверить, ставить меня в неловкое положение – не самый достойный способ одержать надо мной верх, – сверкнув глазами, выпалила я.

– Мне очень жаль, – не совсем искренне улыбнулся он.

– Кто бы сомневался, – сердито фыркнула я.

Я продолжила смешивать краски, которые наносила на холст пятнами и крупными мазками. Эван стоял рядом и молча наблюдал. Меня ужасно смущало его присутствие, а в голову не приходило ничего умного, что можно было бы сказать, чтобы сгладить неловкость.

– Думаю, мне стоит пойти во двор поработать над своим заданием, – наконец заявил он. – Встречаемся после занятий возле шкафчиков.

– Хорошо, – не оборачиваясь, бросила я, а когда он ушел, отложила в сторону кисть и с облегчением вздохнула.

Он все ближе подбирался ко мне, и если мои колючие ответы его явно забавляли, то меня уже начинали всерьез беспокоить несвойственные мне вспышки раздражения. Я решила сделать его своим другом, чтобы хоть как-то влиять на ситуацию. Но сейчас явно сваляла дурака, так как, пытаясь держать его на расстоянии, вела себя неоправданно жестоко. И если я продолжу в том же духе, то он вообще не захочет со мной общаться и будет совершенно прав.