Истинный выбор - Елена Солт

— Если бы ваша гостья скончалась, находясь у вас под носом, поползли бы скверные слухи. А так ли уж неприкосновенен глава Альдебран, как кажется?

Император молчал пару секунд, затем сказал.

— Просто подождал бы прихода целителей, и всё. Зачем надо было играться с магией крови? Яд мантикоры не смертелен для золотых.

«Потому что она не золотая. И она бы умерла», — подумал про себя. Вслух сказал другое.

— А многим ли золотым мантикора раздирала в клочья живот? Откуда уверенность, что она выжила бы? Целители и те — сомневаются.

Император покачал головой.

— Это было глупо, Рэйнер.

Хэлленбург забрал фляжку и спрятал её во внутренний карман.

— Но что толку обсуждать, раз всё уже случилось. Будь добр, восстанавливайся поскорее. Человек без магии не годится на роль генерала Империи.

Потёр переносицу, заметив сквозь смутную пелену, как император развернулся и двинулся прочь.

13. В лазарете

Ангелина.

«Проснись», — отдалось в голове вспышкой. Открыла глаза, не понимая, где нахожусь. Вокруг темно. Пошевелила руками, ощупала одеяло, кровать, и вздрогнула. Рядом на стуле кто-то сидел.

Человек зажёг ночной светильник и откинул капюшон. Я вжалась в подушки, потому что узнала его. Длинные седые волосы, узкое лицо с крючковатым носом, испещрённое сетью морщин. Великий жрец сказал:

— Настало время поговорить начистоту, Ангелина Светлова.

Звук его голоса и кривая ухмылка меня разозлили.

— Поговорить? Серьёзно? Из-за вас я чуть не умерла!

— Но ведь не умерла?

— В том нет вашей заслуги!

— Ты в этом уверена? А кто, по-твоему, отправил к тебе Файерстоуна, когда ты пищала от страха? Если бы не я, тебя бы никто не услышал. И не пришёл бы на помощь. Если бы не я, Рэйнер Файерстоун не знал бы древнего заклинания на крови. Это всё я, я настоял на том, чтобы обучить верхушку командования армии этому ритуалу. Помню, Хэлленбург был не в восторге от этой идеи.

— Но вы никак не могли знать, что генерал захочет эту магию применить!

Старик сверлил меня хитрыми глазами и молчал. И я догадалась.

— Тогда невелика потеря, да?

— Пешки всегда были и будут расходным материалом. Ими можно жертвовать без сожалений. Но ты больше не пешка, Ангелина Светлова. Я увидел всё, что нужно, и выбираю тебя, а не Катарину, в свои… ммм… помощницы. Теперь ты важная фигура в нашей игровой партии.

Прикрыла глаза и потёрла переносицу. Болела голова и живот.

— Я вам больше не верю. Играйте в свои шахматы без меня.

В следующую секунду Жрец сжал моё горло ладонью. Захват был такой силы, которой никак не ожидаешь от старика. Продолжая сдавливать мне горло, наклонился к самому уху и зло прошипел:

— Ты забываешь, с кем разговариваешь, девочка. Ты даже понятия не имеешь, на что я способен. Я закрываю глаза на твой дерзкий тон лишь потому, что ты сейчас слегка не в себе после ранения.

Я хрипела и царапала его руку, но безуспешно. Воздух в лёгких заканчивался.

— Но впредь никогда больше не смей так со мной разговаривать. Ты меня поняла?

Когда в глазах уже начало темнеть, он отпустил. Я кашляла, жадно глотая воздух. Взглянула на него ненавидящим взглядом.

— Ты сделаешь всё, что я тебе прикажу. А потом шагнёшь в портал, который мы откроем, и исчезнешь отсюда. Никогда больше не зли меня. Перестанешь быть полезной — я тебя уничтожу. Я никогда не оставляю свидетелей. Ты отправишься либо в свой мир, либо на тот свет. Третьего не дано. Что предпочтёшь?

— Свой мир, — прошептала со злостью, но смотреть на него больше не решалась.

— Отличный выбор. А теперь слушай, что я скажу.

Старик откинулся назад, сплёл пальцы и продолжил:

— Для того, чтобы открыть портал, одной Чёрной кометы мало. Нужна энергия артефактов трёх стихий. Чаши воды. Воздушного сосуда. И Огненного жезла. Два их них я раздобыл, остался третий. Угадай, какой.

Сложить дважды два оказалось несложно.

— Огненный жезл.

— Верно. А теперь угадай, кто им владеет?

— Генерал Файерстоун.

Хлопки старческих ладоней прозвучали издевательски.

— Вернее будет сказать — род Файерстоунов. Но всё равно — браво!

Я пропустила мимо ушей весёлый тон Жреца и спросила:

— И как его забрать?

— Если б я знал, где он спрятан, то справился бы и без тебя. Твоя задача — отыскать Огненный жезл и принести его мне.

Здесь уже я не сдержала удивлённого взгляда.

— И как я это сделаю? Я вижу генерала лишь на балах и в поездках.

— Это предоставь мне. Ты попадёшь туда, где Файерстоун прячет артефакт. Задача твоя, напоминаю, найти его. Всего лишь.

«Всего лишь!»

— Не уверен, что получится увидеться ещё раз. Поэтому держи сейчас.

Жрец протянул предмет круглой формы на длинной цепочке.

— Выглядит как компас золотых, но это не он. Это компас для поиска магических артефактов. Посмотри, — старик откинул крышку, — сейчас сразу несколько делений светятся голубым цветом. Так прибор реагирует на императорское хранилище артефактов в другом крыле. Если сейчас выйти из комнаты и направиться в нужную сторону, количество делений увеличится, и гореть они станут ярче. Поняла, как работает компас?

Я кивнула, Жрец поднялся и расправил складки мантии.

— Воспользуешься им, когда представится случай. А сейчас спрячь.

Напоследок старик навис надо мной, упираясь руками в края подушки. Его злой и хитрый взгляд словно пробирался в самую душу. Вспомнила, как Жрец едва не задушил меня одной рукой и нервно сглотнула.

— Мы ведь друг друга хорошо поняли, Ангелина Светлова?

— Да, — выдохнула, вжимаясь затылком в подушку.

— Больше мне не придётся становиться злым?

— Нет, — для усиления эффекта помотала головой.

— Чудно. Помни о цели. Она у нас общая.

Жрец отстранился и вышел прочь. Я вздохнула с облегчением. Повертела в руках вещицу, которую дал старик, засунула её под матрас и принялась смотреть в потолок. В голове вертелись разные мысли.

Зачем в лесу держали мантикору?

Что за магия крови, и зачем Рэйнер применил её ко мне, почему просто не дал умереть?

Где хранится Огненный жезл, и как я там окажусь?

Зачем жрец просил меня флиртовать с лордом Стиллом, если его цель — генерал?

Вопросов стало только больше. Хотела по привычке повернуться на бок и согнуть колени, но застонала от боли в животе. Вздохнула, натягивая одеяло до самого подбородка, и прикрыла глаза.

Когда я проснулась, уже светало. Дверь в комнату была приоткрыта. Снаружи доносились обычные утренние звуки. Кто-то разговаривал вполголоса. Прогрохотало железное ведро. Кто-то сердито шикнул.