Тень терний - Стейси Тромбли

— По состоянию на вчерашний день? — шепчу я. Ещё больше текста появляется ниже.

«Проклятье, заточившее Вселяющую Ужас, оказывало эффект и на Несущего Ночь. Он сохранял свою силу, но был привязан к подземелью. До снятия проклятья он не мог свободно перемещаться».

Несколько раз моргаю, осмысливая новую информацию. Он был привязан к подземелью. Откуда заманил Кейлин в Пещеру тайн. Хотя я точно знаю, что он втягивал в свои сделки и других фейри. Мне любопытно, как ему это удавалось, но не настолько, чтобы спрашивать книгу. В голове проносятся множество других мыслей.

— Кейлин была в безопасности на Земле, — тихо произношу я.

«Кейлин из Двора Теней во время своего изгнания была вне досягаемости для Несущего Ночь, да. Однако у неё были и другие враги».

Вот почему её изгнали туда. Как много было известно Королеве? Знала ли она, почему Кейлин убила Рихгана? Или поняла впоследствии?

— Расскажи мне ещё о древних. У них есть общее название? — спрашиваю я, мой голос наполняется уверенностью теперь, когда я вижу, как древний талмуд реагирует на мои запросы.

«Как много вопросов».

Мои брови взлетают при виде новой строчки. Я буквально представляю, каким язвительным тоном это могло быть произнесено. Однако ниже появляется продолжение.

«Официального наименования существ, некогда правивших этим миром, нет. Нас называли по-разному. Короли. Древние. Первозданные. Полубоги. Чудовища. И ещё множество нелестных названий».

Я фыркаю. Тем временем на странице возникает новый параграф.

Я устраиваюсь поудобнее и погружаюсь в историю короля всех древних. Его сила смутно напоминает мою. Он принёс свет в это мир и распространил даже в самых тёмных местах. Но он не был всеобщим любимцем. Были те, кто противостояли ему, хотя, судя по всему, не в открытую. Этим существам не нравилось, что кто-то ими правит. Они утверждали, что им дали власть над этим миром делать всё, что им вздумается, на тех землях, что принадлежат им по праву. Касиэль, король королей, не был с этим согласен и ввёл ряд правил. Сам он называл их инструкциями.

Я снова возвращаюсь к списку существ. Всего их было двадцать, и у каждого была своя пара. Истинная пара. Пара Касиэля, повелителя света, правила землями теней.

— Странное сочетание, — произношу я вслух, а взгляд невольно находит Кейлин, мирно спящую у меня под боком.

На полях появляются новые слова: «Ты когда-нибудь слышал фразу «противоположности притягиваются»?»

Комментарий книги вызывает у меня смешок. Приходится напомнить себе, что книга реально разумна, а не я сошёл с ума.

Кейлин со стоном разворачивается ко мне. Её сонные, растерянные глаза встречают мои.

— Рев?

Уголки моих губ приподымаются.

— Хорошо поспала, ангел?

Она сводит брови и трёт лицо, принимая сидячее положение.

— Что произошло?

— Ты заснула.

Она обводит взглядом матрас и подушки.

— Я забралась в твою кровать и уснула?

— Не совсем.

Её глаза распахнулись; я с трудом сдержал смех.

— Ты заснула на кофейном столике. Я перенёс тебя сюда, чтобы ты отдохнула.

Она посмотрела на мои колени.

— А сам решил почитать?

— Можно сказать и так.

Она снова потёрла лицо и провела пальцами по волосам, пытаясь справиться с непослушными светлыми прядями.

— Вот почему Кари спрашивала, хочу ли я вернуться к себе.

Моргаю, но ничего не говорю. Кари хотела убедиться, что Кейлин сама приняла это решение, что она чувствует себя в безопасности наедине со мной.

Кейлин перебирается ближе, рассматривает страницы.

— Он с тобой разговаривает?

— Нет, во всяком случае не вслух. Но утоляет моё любопытство.

Кей качает головой, глядя на записи в книге.

— Ты его раздражаешь.

Улыбаюсь.

— Похоже, ты единственная, кто ему нравится.

Пожимаю плечами. Меня это не обижает, только забавляет.

— А как ты добился того, что он начал отвечать? Разве книга не обжигала тебя?

Киваю и показываю ей люмикамень, он пульсирует желтоватым светом.

— Провёл эксперимент. Кажется, успешно.

— А что это такое?

Она медленно тянется к камню. У нас не было возможности поговорить о нём, откуда он взялся. Я испытал некое облегчение от того, что она не знает значение этих камней в моей культуре. Большинство фейри в курсе.

Хотя никто из них даже примерно не может объяснить, почему люмикамни обладают такой силой.

Я держал его в своём кармане с того момента, как мы покинули Светящийся двор и отправились в Обваливающийся двор. Это было пару недель назад, но по ощущениям — в прошлой жизни. Мы не раз использовали его за последние несколько дней.

— Это люмикамень. Изначально они, как фрукты, растут на кустах, а затем высыхают и превращаются в драгоценные камни. Понятия не имею, как и почему они вообще действуют. Это не магические камни. Это просто символ моего двора. В них нет магии; это всё, на что они способны.

Задумываюсь, стоит ли говорить ей, что значил для меня конкретно этот камень, когда я сорвал его с куста.

— Я нашла его, — шепчет она, зажимая люмикамень двумя пальцами, — в Выжженных землях. Он лежал на берегу болота у Огненной Стены, где… мы разделились.

Сглатываю и опускаю взгляд на свои ладони. Должно быть, я выронил его во время схватки с призраком.

— Он был среди чёрной гальки. Даррен назвал их камнями душ. Это всё, что осталось от душ, погибших в Выжженных землях. Я взяла этот камень, потому что он напомнил мне тебя.

Мой взгляд находит её губы. Не о тех вещах думаешь, Рев.

Закрываю глаза и дышу глубже. Мысленно прокручиваю её слова.

— Кто такой Даррен?

— Мой призрак. Так его звали.

— Ох. А когда ты успела узнать его имя?

Неужели она знала всё это время, но старалась не использовать?

— Он помог мне перейти болота, и у нас