Штурм врат - Элизабет Дир

Он выдернул его из пределов моей досягаемости, этот высокий ублюдок.

— Выключи это эмо-дерьмо, — зарычал он на меня. — Используй наушники, которые постоянно торчат у тебя в ушах, если хочешь музыки. Это не твой личный тренажерный зал.

Он бросил шнур и скрестил руки на груди, одарив меня своим лучшим устрашающим взглядом. Он закатал рукава до локтей, его загорелые предплечья сгибались в такт движению, и мне было неприятно, что я это заметила.

— Или еще лучше, — продолжил он. — Уходи.

— Это приказ принца своему ничтожному подданному? — Фыркнула я, принимая позу зеркальной силы и встречая его сердитый взгляд. — Или взрослый мужчина передо мной закончил закатывать истерику?

Он придвинулся ко мне ближе - слишком близко - и я ткнула ладонью в середину его широкой груди. — Отвали, придурок, — прорычала я. — Я одна из немногих людей в этом городе, кто тебя не боится. Не надо. Трахатся. Со. Мной.

Затем, ни с того ни с сего, он улыбнулся мне. Совсем немного - всего лишь изгиб уголков его губ, и это одновременно чертовски потрясло меня и так сильно напомнило ребенка Беннетта, что у меня чуть не подкосились колени.

— Я не трахаюсь с людьми, — ответил он, убирая мою руку со своей груди, как будто это была ворсинка на его рубашке. — Если бы я хотел причинить тебе боль, ты бы знала это. Но единственный человек в этой школе, который причиняет тебе боль, - это ты. Итак, я скажу тебе еще раз - встань в очередь и перестань создавать проблемы. — Затем он наклонился еще ближе, его губы коснулись моего уха, когда он прошептал: — И либо надевай наушники, либо убирайся нахуй из моего спортзала.

Затем он быстро отошел в сторону и направился к гребли. Он бросил свою спортивную сумку на пол рядом с выбранным тренажером, затем запрыгнул на него и начал тянуть, как будто хотел сломать его.

Я закончила свой спор, но будь я проклята, если позволю ему выгнать меня из спортзала после этой ерунды. Взяв свою собственную сумку, я направилась к ближайшей стойке, чтобы сделать несколько приседаний. Я посмотрела на Беннета, все еще гребущего так, словно он ненавидел весь мир, и выдержала его тяжелый взгляд, пока медленно вставляла наушники в уши. Затем, для пущей убедительности, я стянула через голову свою пропотевшую майку, вытерла ею лицо, прежде чем отбросить ее в сторону и схватить штангу.

Глаза Беннета вспыхнули, когда он оглядел меня, поскольку теперь на мне были только спортивный бюстгальтер на бретельках и шорты из спандекса, и хмурое выражение, омрачавшее его красивое лицо, усилилось. Я была мелочной, но это сослужило ему хорошую службу за то, что он вел себя со мной как придурок, а также размахивал предплечьями, был одет в то, что определенно было микро-шортами для бега, и прикасался ко мне своими гребаными мягкими губами. Если бы мне пришлось смотреть на эти ноги, ненавидя его и все, за что он выступал, он мог бы сидеть там во время своей гневной истерики и подвергаться воздействию моей задницы в спандексе.

Я включила музыку и отключилась от него, когда делала приседания, и все это время чувствовала на себе его взгляд. Как только я закончила, я собрала свои вещи и покинула спортзал, не оглядываясь, жужжащие звуки его тренажера все еще отдавались эхом в огромной комнате, пока он отрабатывал то, что заползло ему в задницу этой конкретной ночью.

— Как дела у твоих родителей? — Я спросила Мари на следующее утро за завтраком.

— То же самое, — ответила она, вздыхая в свой кофе. — Они говорят так, как будто отрекутся от меня и сделают моего троюродного брата наследником Анзалдуа, если я не прекращу свой публичный эксгибиционизм.

— Какого хрена? — Спросила я с набитым рогаликом ртом. — Типа, говоришь о своей девушке в социальных сетях?

— Да. Я знаю, это очень глупо. — Она пренебрежительно махнула рукой. — Они ненавидят моего троюродного брата, поэтому я не принимаю их всерьез. Не беспокойся обо мне. У тебя и так достаточно дел.

Я действительно беспокоилась о ней, но ее точка зрения была хорошо понята. В последнее время Чед доставал меня немного больше, и я просто чуяла, что с Харпер, Лизой и Энни назревает какая-то хрень. Эти трое занимали такую же высокую ступеньку, как и Мари, и были не так восприимчивы, как их сверстницы, к тому, что их можно отпугнуть простым сердитым - иди нахуй - на английском или испанском, в зависимости от ее настроения.

Я рассталась со своей единственной подругой и нашла свободный стол в тихом дальнем углу аудитории для семинаров по лидерству. Я как раз вывела текст на свой планшет и просматривала свои записи, когда трое кукловодов выстроились в ряд прямо передо мной.

— Доброе утро, принцесса, — пропел мне Зак, прежде чем броситься в свое кресло, с сексуально растрепанными волосами и свободно болтающимся галстуком на шее, как обычно.

Ной скользнул на сиденье рядом с ним, прежде чем повернуться и одарить меня теплой, но покровительственной улыбкой через плечо. — Привет, Джоанна. Как дела?

— Отлично, Ной, — ответила я, делая пометки в своих записях. — Еще один отличный день в Холивэлле.

Беннетт нахмурился на своих приятелей, как будто они плохо вели себя, вообще не обращая на меня внимания, прежде чем грациозно опуститься на свое место. Сегодня на нем был темно-синий костюм, и мне стало интересно, сколько стоят его запонки.

— Ты потренировал всех своих демонов прошлой ночью, Спенсер? — Беспечно спросила я, переворачивая еще одну страницу в своих записях.

Зак и Ной оба повернулись и уставились на него, подняв брови. Он раздраженно выдохнул, прежде чем закинуть руку на спинку стула и повернуться, чтобы посмотреть на меня сверху вниз. — Да, спасибо. Маленькое представление, которое ты устроила, тоже было забавным.

— Чувак, что...

— Пожалуйста, — усмехнулась я, обрывая Зака. — Только не говори