Касание любви - Лекси Смит

Выхожу в гостиную и слышу, как в кармане брюк вибрирует телефон. Достаю и отвечаю…

— Ну, здравствуй, сын! Я надеюсь, ты распорядился, и клининг все уберет! — говорит серьезным тоном. — Ты знаешь мое отношение ко всем твоим выкрутасам.

— Завязывай, все сделал, — отвечаю ему. — Ты ведь мне звонишь не только по этому поводу….

— Все верно! — говорит отец. — Мне нужно будет твое присутствие на совещании через три дня.

— А я тут причем? Возьми Влада, он в этом шарит.

— Сын, ты, видимо, забыл про суть нашей сделки! — напоминает, повышая голос.

Про сделку я прекрасно помню, но я сглупил. Мог бы спокойно обойтись каким- нибудь клубом. Но эта ночь и утро оказались за гранью моей привычной жизни. Эля начинает заполнять во мне пустоту. Она не заметно касается не только моей души, но и сердца.

— Я помню. Все сделаю!

— Вот и славно. Во вторник за тобой приедет Влад. И смени свои джинсы на костюм. Ты не в клуб поедешь! — говорит отец и сбрасывает звонок.

Достал своими нравоучениями. Но прежде чем что-то предпринимать, мне нужно узнать все. Все транзакции и договоренности на ближайшие полгода. Он хочет, чтобы я занял место в его Империи. Но нет. Я построю свою собственную. И начало этому уже положено….

Глава 18

Эльвира

Встаю с утра пораньше и направляюсь в ванную. Я счастлива. И дело не в том, что произошло между мной и Димой, а потому, что мы смогли поговорить. Теперь я могу твердо сказать, что Пашка ошибается насчет своего брата. Дима, он не такой. Он рассказал мне о споре, вместо того, чтобы отпираться и лгать, как это бывает. И я сама захотела отдать себя ему. Подарить не только надежду, но и показать, что значит любить. Многие может, и считают, что секс это проявление любви, но я нет. Для меня любовь это особенное чувство. Оно прекрасно по — своему и описать можно по- разному. Но каждый раз, вспоминая о Диме, мне становится легче дышать. Знаю, что это может и по-детски, но мне хочется быть рядом с ним. Просто держаться за его руку. Слушать его рассказы. Да что угодно, лишь бы он был рядом. И это тепло на душе не оставляло меня.

— Эль, может, поговорим? — говорит Нинка. — Не закрывайся от меня.

— Я не закрываюсь, Нин. Я просто живу и наслаждаюсь этим.

— То, что ты вся светишься и наслаждаешься, я вижу, — говорит мне. — И такой ты стала после вечеринки.

— Нин, я прошу тебя, перестань! Я не ребенок, не нужно учить меня жизни.

Прохожу мимо нее в свою комнату. Я столько времени была закрыта от всех и не понимала, что значит действительно жить. Переходить черту я не собираюсь. Напиваться и приходить домой еле живой тоже не намерена. В конце концов, чувство гордости у меня тоже есть. Заправляю постельное и слышу, как открылась дверь в мою комнату.

— Нин, ну я же прошу, хватит. Не нужно нагнетать.

Оборачиваюсь, но вместо Нинки в дверях стоит Пашка. Его взгляд более серьезный, чем обычно, а руки скрещены на груди. Теперь понимаю, что от него так просто не отделаюсь.

— Эль, ничего сказать не хочешь? — произносит Пашка, закрыв за собой дверь.

— А что мне сказать? У меня все хорошо, — отвечаю ему. — Только я не понимаю вас обоих. Когда мне было тяжело, и я пыталась освоиться здесь, вы поддерживали меня. А сейчас, когда я только начала жить и налаживать отношения с друзьями, вы как будто сговорились.

— Эль, что ты подразумеваешь под словами налаживать отношения? Не имеешь ли ты ввиду ту ночь с Димой? — говорит серьезнее некуда.

— Нет! Я не это имею ввиду! И я не отрицаю того, что сделала! — говорю ему. — Мне не семнадцать лет. И заметь, я уже давно не ребенок. Никто из Вас даже представить себе не может, через что я прошла. Я не говорила об этом Нинке. Потому что уверена, что она ничего не сможет понять. Думаешь, мне было легко? Легко пережить это давление со всех сторон? Я не была для отца любимой дочкой. Никогда. Кроме ссор и криков я не видела ничего. Про мое день рождения помнила только мама. Так что не нужно мне говорить о том, что я совершаю ошибки. Паш, я прекрасно все понимаю и все знаю. Буду ли я жалеть об этом, покажет только время. А сейчас я просто хочу жить и немного свободы, а не контроля с вашей стороны.

Пашка запускает руку в волосы и не знает, что мне сказать. Все, верно, здесь нечего говорить. Я не проявляю эгоизма и не стремлюсь что- то там доказывать. Я просто хочу побыть счастливой хотя бы раз в жизни. Мы не можем знать, что нас ждет впереди, а потому нужно жить настоящим, какое бы оно ни было.

— Эль, ты ведь понимаешь, что сделала глупость, — говорит мне.

— А ты? Ты разве жалеешь об отношения с Нинкой? — задаю вопрос, на который не получаю ответа. — Вижу, что нет. Вы оба счастлива. Каждый человек может измениться, если его поддерживать, разве не так?

— Делайте, что хотите. Я сдаюсь, — говорит Пашка.

На радостях обнимаю его и целую в колючую щеку. Нинка заходит в мою комнату и смотрит на нас недоумевающе. А я отхожу от Пашки и обнимаю ее.

— Господи, поженитесь уже, — говорю ей так, чтобы услышали оба. — Я Вас так люблю, если бы ты знала…. Только в мою жизнь лезть не нужно….. А теперь очень Вас прошу покинуть мою комнату. Я не намерена опаздывать на пары по экономике. И еще, Нин, хватит подговаривать Пашку. Я не нуждаюсь в психологе. Когда придет время, я сама все расскажу.

Закрываю дверь и быстро переодеваюсь в платье. Беру в руки телефон и листаю сообщения. От Димы ничего нет. Сжимаю в руке телефон, размышляя о том, чтобы написать ему сообщение первой. Но при наборе текста, я останавливаю себя. Не хочу навязываться. Если захочет, сам напишет.

Выхожу из комнаты и иду на кухню. Пашка с Нинкой сидят на кухне и воркуют между собой. Такую идиллию я им портить не собираюсь. Стучу в дверной косяк и говорю:

— Я побежала. Воркуйте себе на здоровье.

Не дожидаясь ответа, выбегаю в подъезд и спускаюсь вниз. Выхожу во двор и не успеваю отойти от подъезда, как мои глаза накрывает чья- то