Касание любви - Лекси Смит

— Мой ежик соскучился?

Вырываюсь из его захвата и поворачиваюсь к нему лицом. Напугал до чертиков….

— Ты в своем уме? — говорю ему. — Ты напугал меня!

— Виноват, исправлюсь, — шепчет мне на ухо. — А если серьезно, то я планировал устроить тебе сюрприз.

— Сюрприз? Мне? — удивленно смотрю на него. — Ты! Ты сволочь Михайлов! Ты в курсе?

Отхожу от него в сторону и направляюсь в сторону метро. Дима догоняет меня и заключает в объятия. Прижимает к своей груди. Я слышу, как бьется его сердце и зарываюсь носом в его футболку.

— Скажи, что происходит?

— О чем ты? — интересуется у меня.

— Да так, ни о чем, — отвечаю ему и отхожу. — Я лучше на метро, тут недалеко.

— Стоять! — притягивает меня к себе и зажимает в капкан своих объятий. — А теперь рассказывай.

— Нечего рассказывать, — отвечаю ему. — Ты ведь и сам все понимаешь…. Только прикидываешься, пытаясь вытянуть из менять ответы. Разве не так?

— Прости, но мне пришлось пропасть на пару дней, — говорит мне.

Он смотрит на меня прямым и выразительным взглядом. А мне так и хочется прочитать в нем что-то еще. Да, он мне нравится, но я чувствую какой — то подвох….

— Прекрати дуться, — говорит мне. — Поехали, я отвезу тебя.

— Не буду, если ты снимешь уже эту чертову маску безразличия. Ты показал мне себя настоящего. Тогда зачем все это?

Вместе садимся в машину. Раньше ни за чтобы не села. А сейчас понимаю, что в чем — то ошибалась на его счет. Он может и со своими скелетами в шкафу, но он открылся мне. А я знаю, как это тяжело сделать. Дима поворачивается ко мне и поправляет прядь моих волос. Заливаюсь краской. Черт! Знаю, что смущаться уже бессмысленно. Он видел все. И не просто видел. От воспоминаний по телу пробегают мурашки. Дима обхватывает меня за талию и притягивает к себе на колени.

— Что ты делаешь?

— То, что хочу, пора бы запомнить это ежик! — говорит мне в губы. — Ты моя, и я не намерен тебя отпускать.

— Так не отпускай, — отвечаю, слегка улыбнувшись. — Только не сейчас. Я правда очень спешу. И ты тоже. Представляешь, что сделает Витольдовна, если мы опоздаем? А мне нужен этот диплом.

— Из-за отца? — меняет интонацию на более грубую.

— Нет, он здесь не причем! Это для работы, — говорю ему. — Я хочу сама твердо стоять на своих ногах и работать в той сфере, которая мне нравится.

Дима заводит машину, и мы отъезжаем от дома. Едем молча. Подъезжаем к светофору, пока мой телефон не начинает вибрировать. Достаю и смотрю на входящий вызов от Дианки.

— Кто там? — спрашивает Дима.

— Дианка.

— Ответишь? — интересуется у меня. — Может, случилось что-то…

— Смысл, если мы уже приехали, она вон стоит, — говорю, указав на ворота.

Дима улыбается. Паркуется и не спешит меня выпускать. Притягивает меня к себе и целует. Так, что я обо всем забываю. Мне совсем не хочется уходить, но и сидеть я не могу. С одной стороны без конца вибрирует телефон, с другой- его друзья, которые стучат в окно. С неохотой разрываем поцелуй и выходим из машины.

— Извините, если помешали, — говорит парень, что спас меня из бассейна.

— Послушай, Эль, мы неправильно начали знакомство, — говорит мне. — Я Михаил — Миха, это Леха он же Лекс, ну и Антоха — Тоха. Ты это извини за подкол.

— Шутка действительно оказалась нелепой и, я бы сказала, местами идиотской, но я не обижаюсь. Спасибо вам всем, что помогли мне, — говорю им. — Дим, я пойду, меня Дианка ждет.

— Не и не смей от меня больше бегать, фыркать, — шепчет мне на ухо и отпускает.

Поцеловав его в щеку, убегаю к Дианке. По выражению ее лица видно, что она недовольна. Но с кем не бывает. Я не всегда могу отвечать на звонок.

— Идем, а то опоздаем, — произношу ей. — Диан?

— Идем, — отвечает мне. — Ты ведь мне все расскажешь? Мы же подруги.

— О чем ты хочешь узнать?

— У тебя с ним серьезно? — задает вопрос.

А я смотрю на нее и не знаю, что мне ей ответить. Потому что сама не знаю ответа на этот вопрос….

Глава 19

Сижу на паре и думаю над словами Дианки. Мы не настолько с ним знакомы, чтобы признаваться в любви и прочее. Да, мы оба открылись друг другу, проверили ночь вместе. И я не знаю, значит ли это что-то для него. Сомнения. Меня одолевают одни сомнения. Не хочу сейчас ничего слышать. И настроения никакого нет.

— Зайцева, — говорит преподаватель. — Расскажи нам об основной функции финансовой системы.

Голос преподавателя возвращает меня в реальность. Почему именно я должна отвечать на него. Черт! Мне сейчас не до финансов. Я не могу разобраться со своими мыслями. Даже записать ничего не успела. Делаю глубокий вдох и собираюсь сказать, что я не могу дать ответа, но меня опережает Михайлов.

— Основной функцией финансовой системы является выполнение операций по переводу финансовых сбережений отдельных лиц и компаний в капитал (основные и оборотные фонды), т. е. превращение накоплений в физические активы (капитал), которые используются другими компаниями для производства продукции и услуг. Финансовая система обеспечивает инструмент и условия, с помощью которых лицо, имеющее денежные сбережения, может передать эти сбережения другому лицу, которое имеет производственные возможности и нуждается в финансах для использования или прироста, — выдает Михайлов. — Мне продолжить?

— Спасибо, Зайцева, — говорит преподаватель. — Только в следующий раз, я хочу услышать ответ не от тебя Михайлов. — Продолжаем тему.

Поворачиваюсь к Михайлову и шепотом говорю, — спасибо. Но ответ так быстро не поступает. Он достает телефон и что-то пишет. Беру в руки телефон и смотрю на входящее от него сообщение:

«Что с тобой сегодня? Ты как на иголках. Тебя кто-то обидел?».

«Нет, я в порядке. Просто немного задумалась. Спасибо тебе за помощь».

Дима усмехается и пишет новое сообщение. А я стараюсь хоть что — нибудь записать из сегодняшней темы. Продолжу летать в облаках и не сдам экзамены. А мне нужно их сдать. Мне нужен этот диплом. Телефон вибрирует на столе. Быстро беру его в руки и читаю сообщение от Димы:

«Не летай в облаках».

«Прекрати писать мне на лекциях».

Убираю телефон и игнорирую все входящие сообщения. Конспектирую слова преподавателя. Но сосредоточиться только на тексте у меня не выходит. Краем глаза я все же смотрю на него. Дима сидит, оперевшись на руку, и не сводит с