Измена. Простить или забыть - Даша Елизарова

Я бы не отвернулась от него никогда.

Мне было бы больно, но в таком случае я хотя бы понимала, что все происходящее не более чем умелая мистификация.

«Ага. Так бы ты сидела и смотрела на все со стороны», — напоминает о себе внутренний голос.

Конечно, я бы не сидела спокойно. Скучала бы, наверняка рыдала в подушку. Но в том-то и дело, что через все это я и так проходила, когда Артем цинично говорил мне, что я могу уйти, что мне больше нет места в его жизни.

Чем дольше я лежала и думала, тем яснее понимала: правильного выхода в этой ситуации я не нахожу. Да и кто знает, какой в этой ситуации правильный выход.

В итоге я заснула ближе к утру, а около десяти меня разбудил стук в дверь.

Я посмотрела в глазок — за дверью стоял незнакомый мужчина:

— Екатерина, я от Артема. Мне поручено отвезти вас в безопасное место, — так он сказал.

В телефоне я нашла сообщение от бывшего мужа, что за мной приедут в десять. Видимо, так крепко уснула, что не услышала, когда оно пришло.

Мне хватило получаса ‚ чтобы собрать вещи. И вот я сижу в чужом доме и не понимаю, что делать.

Уныние свое я решаю переключить на что-то полезное и ухожу на кухню. Принимаюсь готовить себе обед. Можно, конечно, заказать доставку, но это было бы кощунство — в холодильнике чего только нет, и все такое вкусное и свежее, что аж слюнки текут.

Обед получился отличным, и я снова возвращаюсь на диван. Включаю телевизор и бездумно перебираю каналы, особо не задерживаясь ни на одном.

Через некоторое время я слышу, как в замке входной двери поворачивается ключ.

Замираю испуганно. Сердце сначала останавливается, но в следующую секунду пускается галопом.

Я на цыпочках крадусь по комнате и выглядываю в коридор. Свет выключен, и я вижу лишь темную фигуру в кофте с капюшоном и спортивных штанах.

Оглядываюсь, ища, что бы взять в руки и чем защитить себя, но с мебелью и предметами интерьера тут негусто, так что я сжимаю в ладони пульт — больше попросту нечего.

— Катюш, — слышу, как меня тихо зовут.

В комнату входит Артем, и я с громким выдохом роняю руку, из которой вываливается пульт.

— Ты что, милая? — Артем сразу все понимает. — Испугалась, да?

Быстро подходит ко мне и обнимает, прижимает к себе.

Можно, конечно, начать возмущаться, но я действительно напугана, устала, да и, что греха таить, соскучилась по Теме, поэтому обнимаю его в ответ.

Он, чувствуя зеленый свет, аккуратно подхватывает меня под попу и переносит на диван. Садится сам и усаживает меня сверху, нежно прижимая к себе.

— Господи, как я соскучился по тебе, ты бы знала, — вздыхает и утыкается носом мне в волосы, шумно втягивает носом запах.

— Я думала, это какой-нибудь убийца, -произношу дрожащим голосом.

Артем отстраняется и садится так, чтобы смотреть мне в глаза, говорит твердо:

— Я никому не позволю тебе навредить, слышишь? Ты должна знать, что за квартирой следят. Тебя охраняют.

Нервно киваю, а он отводит волосы от моего лица и улыбается.

— Какая же ты у меня красавица, — кладет руку на живот, — а внутри еще одна красотка.

Я буду окружен самыми красивыми девочками на свете.

Яне могу не улыбнуться в ответ, его слова действительно греют душу и возвращают в то время, когда мы действительно были счастливы.

— Я еще не простила тебя, Артем, — серьезнею быстро. — Ты сделал мне очень больно, но я много думала, пытаясь просчитать, как я бы поступила на твоем месте. И так и не смогла найти выход.

— я понимаю, детка. И хочу сказать тебе еще кое-что. Ты самое прекрасное, что было в моей жизни. Никогда так не любил никого.

— Даже Диану? — спрашиваю, хитро улыбаясь.

— К Диане у меня была юношеская любовь, далекая от реальности. Ты вся моя жизнь. Я бы без труда продолжал выдерживать давление матери, которая долго и нудно капала мне на мозг, внушая, что ты мне не пара. Мне было на это плевать. Но за жизнь отца я не мог не бороться, Кать.

Киваю, подтверждая, что все понимаю.

— ты придумал, как решить проблему?

— Да. решим ли мы ее, я не знаю.

Замираю.

— Ты пробудешь здесь около недели, Катюш. Потом напишешь список всего, что нужно взять. Документы, вещи. Мы уедем.

— куда?

— На другой конец страны.

— Но. Как же моя беременность? Роды?

— временно осядем там. Город, который я нашел, тихий и чистый, есть все необходимое.

— Но нас же там могут найти.

— Мы с отцом надеемся решить вопрос за месяц. Нас не смогут отыскать настолько быстро, страна большая, — подмигивает мне задорно.

— Ладно, — соглашаюсь. — Хорошо.

— У меня остался последний вопрос, — растягивает рот в широкой улыбке. — Ты будешь со мной, когда узнаешь, что у меня за душой ни гроша?

27.

Катя

«За душой ни гроша» оказалось, конечно, спорным заявлением.

Артем привез меня в небольшой, но очень уютный городок на берегу океана. Жизнь тут течет совершенно иначе, каждый день я удивляюсь чему-нибудь. Ежедневно находятся вещи, которые меня поражают и радуют.

Память дисков заполняется с космической скоростью.

Я даже успела найти здесь клиентов, и мы устроили невероятную съемку на берегу океана. Хмурый, холодный, он манит своей величественностью и бесконечным горизонтом.

Фотографии неожиданно попали на региональный конкурс работ.

Я все делаю без фанатизма, так как живот уже не позволяет скакать с фотоаппаратом.

На каждую съемку со мной ездит Артем.

Ситауция с отцом Артема утряслась.

Дмитрия Евгеньевича оставили в покое, получив взамен стоимость его бизнеса, вдобавок в этой сделке ушло все движимое и недвижимое имущество.

Так семья Швецовых оказалась ни с чем.

Отец Артема, конечно, заботился о наступлении пресловутого черного дня и откладывал сбережения, уводя их в оффшор.

Проблема была в том, что пришел именно он — тот самый черный день. Оттягиваемый и нереальный, он случился.

Дмитрий Евгеньевич подал на развод с женой. Делить им уже было нечего, несовершеннолетних детей нет. Их развели одним днем, как когда-то нас.

Конечно, об этом узнали все. Я слышала, что Агата Всеславовна после развода