Красная чешуйка - Полевка

- У вас очень хороший вкус, у меня есть к нему золотое кружево, это будет незабываемо, - довольно улыбнулась мастерица, - какой глубины делаем декольте?

Аля подумала, что если придется сшить платье для торжественных случаев, то пусть уж будет из этой помпезной ткани, чем из кислотно-яркого, когда глаза начинают слезиться.

- Не надо декольте, и горловину, пожалуйста, небольшую. У меня маленькая грудь, так что не будем привлекать к ней внимания.

- Не волнуйтесь за это, - всплеснула руками портниха, - то, что есть, мы поднимем корсетом, в чашечки положим пушапы, а снизу чашечек пришьем мешочки с гречей. Так что даже если муж и решит пощупать, то не заметит разницы.

- Не хочу корсет и пушапы! А простая ткань у вас есть? - Аля с надеждой посмотрела на завалы ткани, - лен там или шерсть.

- Как можно! - схватилась за сердце портниха, - жены драконов носят только самое лучшее, а шерсть и лен с хлопком носят простые горожанки! Вас же муж любить не будет!

- Из-за платья? Серьезно?

На удачу домой вернулся муж. Счастливый такой. Прямо вот светится, как фонарик, а ведь просила, будь скромнее. В руках благоверный тащил большую клетку с яркой птичкой, судя по тому, как загорелись глаза у портних, такая птичка стоила кучу денег. Он вначале отдал клетку подскочившему Сани, а потом сам спешился и, довольно сверкая глазами, поздоровался с мастерицами.

- Меня тут уверяют, что ты меня любить не будешь, если я вместо шелка надену лен и не яркий, как перья у этой птички, а весьма спокойной расцветки.

- Что за глупости, - возмутился дракон, - я тебя всякую буду любить и в хлопке, и шелке, и в платье, и без. Хотя без платья я тебя буду любить еще сильнее!

Ангор подошел со спины и, обняв под грудью, зарылся носом в волосы и довольно засопел. Аля попыталась успеть прикрыть открывшееся запястье мужа, но, похоже, золотой браслет портнихи заметили, потому что стояли с оглушенными лицами. Вот ведь! И, главное, не хвастался специально, просто не прятал…

- И если кружева, то тоненькие и никаких декольте и корсетов! - добавила строгости в голос маленькая жена.

- И пуговки, - мурлыкнули ей в ухо, - такие маленькие и красивые.

- И фасончик чтобы простой! Так чтобы я сама могла одеваться и раздеваться!

- А вот раздеваться я тебе всегда помогу! - пообещал муж и, подхватив Алю на руки, потащил в дом.

- И пожалуйста, для начала не больше двух платьев! - успела крикнуть через плечо Аля, - не хочу перевозить кучу платьев из дома в дом.

- Да! - Ангор обернулся на замерших женщин, - мы скоро переезжаем и вот тогда уже все остальное!

Муж сразу забыл о посторонних и потащил жену в спальню, поинтересовавшись, какую следующую букву она хотела бы выучить.

- «С» - скромность, - Аля смотрела, как муж разувается и раздевается, разбрасывая вещи куда попало, - очень хорошее слово, а ты его совершенно не знаешь!

- Я знаю другое слово на «С» – счастье! - Ангор сидел на кровати, укрытой черным мехом и тянул руки, подзывая без слов, одним только взглядом.

- Ты утром уверял, что счастье на букву «Щ» - капризничала Аля и пыталась развязать поясок на халате.

- Нет, я ошибался, а ты была права, - глаза мужа смеялись, - счастье именно на букву «С», и мне нравится эта буква. Сладкая. Счастье смеется солнечно, совершенно и сладострастно…

Аля таки наступила на полу халата и почти упала, но ее подхватили и, освободив от шелка, положили на мех. Это было щекотно.

- Я, кажется, начинаю понимать, что значит фраза: «драконий аппетит», - Аля протянула руку, погладила твердый как стол, пресс, выпуклую грудь, потянулась и прихватила за жилистую шею, чтобы притянуть ближе для поцелуя. Сладкого, как вишневое варенье. И только хорошенько распробовав эти губы, тихо созналась, - но мне этот аппетит очень нравится.

Ангор смотрел с такой нежностью, что Аля почувствовала, как тонет в этом омуте вишневых глаз и ее опять всю зацеловали, занежили, и сколько она ни пыталась собраться, но опять кроме буквы «А» ничего издать не смогла.

*

- Пора уходить, - Ангор в самый-пресамый последний раз поцеловал сонное счастье и стал выбираться из кровати, бережно укутав сладкое совершенство и горестно вздохнув, наконец встал на пол, - будет нехорошо, если я приду последним.

- Не забудь помыться, - Аля поерзала на скользком шелке простыни и решила перестелить белье на кровати, - твои унюхают, чем от тебя пахнет. А пахнет от тебя совсем не мылом, это даже я чувствую.

- Ну и пусть зави… - Ангор замер у шкафа, где выбирал одежду, и виновато покосился на Алю, - хорошо. Пойду, помоюсь с мылом. А ты лежи, отдыхай, вернусь и мы продолжим. Я принесу тебе ужин сюда. Поспи.

Ангор подхватил с пола шелковый халат, в который целый день куталась Аля, и зарывшись носом в шелк, довольно засопел, а потом натянул на голое тело и с довольной улыбкой огладил халат на себе, как будто впечатывал в себя запах жены. Халат был ему впору и Ангор неожиданно довольно красиво и мужественно в нем смотрелся. И вышитые драконы, и завитки не казались смешными, а наоборот, подчеркивали рельеф силуэта.

Муж выбрал одежду, перекинул ее на плечи и, подхватив с пола кинжал и сапоги, обернулся в дверях, явно желая подойти и поцеловать, но потом решил не рисковать и стремительно выскочил в коридор.

Аля полежала немного, но даже несмотря на приятную истому, валяющиеся на полу вещи напрягали. И она поняла, что скользкий шелк как постельное белье ее вот совсем не радует. И холодит, и скользко, как будто на жирном лежишь, и каждый раз как шевельнешься, начинаешь себя уговаривать «это крутое белье, получай удовольствие». Да и лежать в начинающихся сумерках в непривычном месте было страшновато, а если принести лампу, то следует зашторить окно. А шторы разные… Ну, можно использовать синие и голубые сразу. Повесить синие по бокам, а голубые в середине и вроде так и было задумано с самого начала.

Аля сползла с