Святоша - Юлия Резник

– Ты предложил меня буквально перекупить. По-твоему, это нормально? – устало спросила я. – Ладно, не отвечай. Не хочу слышать… Пока.

Я отбила звонок и, отключив звук, повалилась на диван. За этот вечер и ночь произошло столько событий, что у меня голова шла кругом. И плакать хотелось, и смеяться. И послать всех на три буквы. Вот просто послать – и всё!

Уснула я на диване, сама не заметив, как провалилась в сон. А проснулась от того, что Дашка пыталась разлепить мои опухшие веки.

– Ох ты ж…

Вскочила, подхватила маленькую хулиганку на руки, удивляясь тому, что она смогла выбраться из манежа. Нет, с одной стороны, прилегающая к моей кровати перекладина была спущена для удобства, но все же… Она проделала такой путь!

– Дашка, да ты у меня совсем самостоятельная стала! Может, и пойдешь скоро, а? Ножками?

Дашка широко улыбнулась и потянула за край сорочки, требуя грудь. Вообще-то ей не мешало бы съесть что-то более существенное. Но да ладно.

Ключ в двери провернулся, когда Дашка, поев, перекочевала вместе со мной на кухню. Я испуганно выскочила на звук.

– Лариса Юрьевна?

– Привет, Ида.

– Здравствуйте. А вы почему не предупредили меня о визите? И отдайте уже, бога ради, ключи!

– Зачем?

– Затем, что это моя квартира. А вы каждый раз вламываетесь сюда, как к себе домой!

– Да на, – свекровь с психом принялась снимать ключ со своей связки. – Так и скажи, что боишься, что я застану тебя с мужиком. И не стыдно тебе таскать любовника в Илюшину квартиру?!

– Чего-о-о? – осипла я. – Да что вы… Да что вы все себе позволяете?!

– А то нет! Не делай из меня дуру. Я тоже, знаешь ли, слежу за тобой в соцсетях. Так что в курсе происходящего. Илья, наверное, в гробу крутится!

– Вы с ума сошли? – от обиды у меня на глаза навернулись соленые слезы. Я не была мямлей, всегда могла за себя постоять и четко обозначить свои границы. Но в этот раз от обиды и двух слов не могла связать.

– А я-то думаю, чего это посторонний человек так расщедрился! А он просто хотел подгрести под себя квартиру моего сына!

– Что. Черт. Его. Дери. Вы. Несете?!

– И как тебе? Ничего не екает?! Он же… Он брат Илюшкиного убийцы!

– Почему-то это не помешало вам взять у него деньги.

Лариса Юрьевна задохнулась, как ей казалось, в праведном гневе.

– Я забрала причитающееся мне! Ясно?! А ты перед ним ноги раздвинула. Говорю же – ни стыда ни совести.

– Сказали? – сощурилась я. – А теперь выметайтесь! – грозно подбоченилась. – Выметайтесь, и чтобы духу вашего здесь не было! Не смейте к нам приходить.

Не знаю даже, откуда у меня взялись силы вытолкнуть эту тварь из квартиры. Когда за ней захлопнулась дверь, я почувствовала себя полностью обесточенной. Дашка за всем этим концертом наблюдала со стороны, открыв рот, и кажется, всерьез раздумывала над тем, чтобы разреветься. Я по стенке скатилась на пол, подтянула ноги к груди и, едва ворочая языком, шепнула:

– Иди к мамочке, золотце…

Конечно, я не рассчитывала ни на что такое. Дашке исполнился год и месяц, но учитывая, что она родилась недоношенной, я даже не смела надеяться, что она так рано пойдет. А она взяла и, смело отпустив край дивана, побежала ко мне, раскачиваясь, как пьяная.

– Ты пошла! Ты пошла, Дашка! – радостно вскрикнула я, подхватывая летящую вперед дочку. Заливаясь смехом сквозь слезы, целуя ее довольную улыбающуюся мордашку куда придется! В лоб, нос, щечку, ухо… – Нет, ну какая же молодец! Какая ты молодец, а?! Мамина любимая девочка! Самая сильная, самая умная девочка.

Радость вытеснила все другие чувства. Не осталось ни-че-го. И уж, конечно, не осталось злости. Пошли они все! Мы-то справимся, а вот что без нас с Дашкой будет делать свекровь – вопрос.

Я сидела на полу, держала Дашку, и от того, как она прижималась ко мне своей горячей щечкой, внутри расплывалось ощущение не просто любви, а какого-то древнего, простого до чертиков откровения. Ради которого можно было пережить все. И очередное предательство Светки, и намеки Костика, и обвинения Ларисы Юрьевны, и собственную усталость.

Дашка завозилась, требуя ее отпустить. Я послушно разжала руки. Маленькие ножки дрожали, но она упорно шла вперёд с такой целеустремленностью, что ей оставалось лишь позавидовать.

Тут я все же опомнилась и включила телефон, чтобы запечатлеть этот трогательный момент. Сняла ее, свое смеющееся назло судьбе лицо и выложила получившееся видео в сторис. Я никогда не пряталась от проблем, и сейчас тоже не собиралась этого делать. Если бы кто-то захотел узнать правду о моей жизни – зашел бы ко мне на страницу. А если они ограничились досужими сплетнями, поверив в самое худшее обо мне, значит, это были просто не мои люди.

– Дашка, а как ты смотришь на то, чтобы купить, наконец, елку?

– Ку-ку-ку…

– Елку!

– Ку.

– Отлично. У тебя хорошо получается. Пойдем одеваться?

Собрались быстро. Я наклонилась, чтобы обуться, когда увидела небрежно брошенный свекровью ключ. Повертела его в руках и решила все-таки раскошелиться на то, чтобы поменять в замке сердцевину. Мало ли… Вдруг она успела снять с него копию? Зачем? Без понятия. Но я бы ничему уже не удивилась.

Елочный базар располагался совсем недалеко от дома. Но в любом случае нести елку одной рукой, а другой катить коляску не представлялось возможным. Не знаю, чем я думала, затевая этот поход. И что печально, мне даже не к кому было обратиться за помощью. А ведь сколько людей пытались меня убедить, что я всегда могу на них положиться! После похорон Ильи об этом мне говорил каждый первый… Может, я, конечно, сама оттолкнула желающих, но скорее эти обещания изначально были пустыми.

– Эй, красавица! Сюда смотрите… Нашел для тебя самое лучшее дерево! За полторы отдам. Ну?! Берешь?!

– Действительно красивое. Но боюсь, мы такую не донесем.

– Я донесу, – буркнул за спиной…

– Паша?! – ахнула я, впиваясь в его лицо недоверчивым взглядом. – Ты как здесь оказался?

– Приехал поговорить. Смотрю, а вы куда-то собрались. Делать нечего – пошел за вами. Так что? Эта вам нравится?

– Да, да!