Попаданка со скальпелем - Екатерина Белова

- Утверждаешь, что богиня выбрала тебя сосудом для своей искры?

Дан с трудом, опираясь на левую руку, поднялся, откинувшись спиной на подушку. Мышцы взбугрились под кожей, обозначив синие нити вен, и я подавила желание силой уткнуть его обратно в кровать. Хоть бы и носом, чтоб не повадно было портить чужой труд. Не дай бог шов лопнет.

- Утверждаю, - согласилась спокойно.

Он исхитрился и одним коротким броском сковал мое запястье знакомой змеиной хваткой. И вроде не больно, да не вырвешься.

Несколько секунд, не хуже, чем я скальпелем, вскрывал взглядом мое нутро.

Мелькнуло что-то в его глазах. Жаркое, больное. Из тех чувств, которые родной матери не открывают. Но так мимолетно, что я не успела поймать и тени.

- Не верю ни единому твоему слову, цветочек, - Дан растянул рот в желчной улыбке, смотревшейся оскалом на измученном лице. - Я, видишь ли, поумнел.

О, Дан. Не ты один.

Полагаю, моим ответным ласковым оскалом можно было лес рубить.

- Однако, я спасла вашу… - задницу. - Светлость. Это непреложный факт.

Дан отчетливо скрипнул зубами, но промолчал, крыть ему было нечем. Кроме как божественным вмешательством объяснить мою трансформацию, было невозможно.

- И это все? - спросил неожиданно враждебно. - Больше ничего мне сказать не хочешь?

Его тон явно был рассчитан на эмоции. Я взорвусь, заплачу, начну просить, и мы снова войдем в знакомый формат пагубной любви. Мышцы интуитивно напряглись в ожидании, когда меня дернет трижды клятой связью истинных, но… Секунды шли, связь молчала.

Вот только я понятия не имела, что должна сказать.

На миг мелькнула дурацкая мысль рассказать правду. Я иномирянка, хирург с незавершенным образованием, но толикой опыта, испуганная, чужая, запертая в теле мертвой девочки… Вывалить все это и переложить ответственность на суровые драконьи плечи. Активировать в Дане опцию рыцаря, присущую любому мужчине, даже с изрядной дурью в голове.

Мелькнула и ушла.

Глупо доверять свою жизнь кому-то. Особенно дракону. Особенно Дану.

Итого. Есть ли мне, что сказать?

- Нет, Ваша Светлость.

Абсолютно нечего.

12. Драконица

Взгляд Дана полыхнул ледяной яростью, не свойственной его летней ровной натуре. Глухой рык на грани слышимости накрыл комнату. Каким-то неведомым образом я чувствовала дракона Дана, и тот… был в бешенстве.

Не понравился ему мой ответ.

На моей памяти он сорвался всего один раз, когда его отец разбил наши венчальные браслеты. Но это был, я бы сказала, контролируемый срыв. Чисто мужская манипуляция грубой силой, чтобы дракон послабее сдался и уступил. И глава Аргаццо уступил. Я, глупая, тогда думала, что Дан хочет нашего брака даже ценой ссоры с семьей.

Я механически дернулась назад, вжавшись в спинку кресла, когда Дан навис надо мной. Губы согрело резким выдохом. Дан наклонился ниже, вымогая ответное движение навстречу, но меня как выключило.

Мне совсем не нравилось, что Дан в одну секунду превратился из благородного драконира в неизвестную зверюгу.

Я напряженно отвернулась, чтобы не смотреть Дану в лицо. Ситуация и без того выглядела двусмысленно.

- Вам не следует напрягаться, Ваша Светлость, - сказала угрюмо. - Послеоперационные осложнения могут вам не понравиться. Вот, например, вы знаете, как неприятна кишечная непроходимость?

А Дан просто взял меня за подбородок и повернул обратно. И даже не подумал отстраниться, только в глазах стояла непроглядная тьма. Только голос звучал глухо:

- Хочу проверить кое-что. Я верил, мне показалось, но…

И вдруг с силой дернул меня к себе, вынуждая наполовину соскользнуть с кресла ему в руки. С легкостью удержал меня на весу и ткнулся носом куда-то в висок.

Жадный вдох скользнул прохладой вдоль горла до подключичной ямки. Сердце испуганно подскочило. Тело пробрало горячей дрожью, считываемой, как средняя арифметическая между влечением и инфарктом.

Дан походил на умалишенного. Взгляд окончательно потерял осмысленность.

- Ещё тогда заметил…. - его шепот прокатился колючим жаром по коже, словно умоляя упасть в одну постель и отключить голову. - Ее. Она совсем слабая и умеет прятаться, но я увидел. Я очень внимательный, цветочек. Говори добром, с кем ты ее добыла? Ну?!

Дан встряхнул меня, как тряпичную куклу, и ту же прижал к себе, заглаживая грубость. Мне показалось, я ощутила влажный поцелуй на щеке.

Я начинала злиться. Оказалось, что я не люблю сразу очень много вещей: когда меня хватают лапами и фиксируют, когда предъявляют, а потом не дают вставить ни слова. Когда под юбки лезут. Когда вертят, как вздумается, словно у меня нет ни разума, ни воли.

К тому же добывают руду, а я работала на шахтовой сортировке.

- Что добыла? - и какую-такую ее.

Во взгляде Дана, наконец, появилась осмысленность.

- Прекрати, Диш, не играй со мной, - Он хмуро, исподлобья взглянул на меня, на скулах обозначились желваки. - С кем ты разбудила драконицу?

В его голосе, наконец, прорвался рык, от которого темнело в глазах и мелко-мелко дрожало в груди.

От его слов сердце болезненно сжалось. Если бы у меня была драконица, меня бы не судили настолько строго, но ее не было. Точно-точно не было. На суде это проверяли три раза. Один раз, потому что так было положено, и ещё дважды по настоянию моего отца. Кажется, он пытался подкупить одного из магов, но ему не удалось.

Существовало всего два способа разбудить драконицу. Секс и смерть. Именно поэтому драконы так мягко относились к добрачным связям: каждый торопился пробудить первородную ипостась и поднять свой ценз на арене древних родов.

Эдит было почти двадцать пять, когда она обменялась помолвочными клятвами с кланом Аргаццо, и драконицы у нее не было. Этот факт рефреном сопровождал всю мою жизнь с Даном и в конечном счете стал одной из причин нашей близости. Но и тогда мне не удалось пробудить драконицу.

Ещё история знала примеры, когда драконы пробуждали через смерть, но я-то не умирала.

Любовника после Данте у меня не было, и драконицы тоже - не было.

Дан не должен был говорить мне этих слов.

- Ну какая драконица, Ваша Светлость, - сказала прохладно, тщательно контролируя подрагивающий от гнева голос. - Я все думала собаку завести, как вы советовали.

- Хватит! - стальные пальцы легли на бедра, сжались - некрепко, - Я прекрасно ее чувствую!

Дан не шутил.

В груди все же болезненно дрогнуло на миг, но я силой воли заблокировала чувства.

-