Свадебные колокола - Конни Брокуэй

— Боюсь, что придется отложить до понедельника. Завтра я иду со своей женой в гости к ее маменьке, а послезавтра будет воскресенье.

Оставалось надеяться, что Джастину содержимое ящиков не понадобится в срочном порядке. Она медлила, размышляя.

— А не могли бы вы закрыться сегодня немного позднее?

— Моя Элси здорово рассердится. Ведь сегодня пятница. — Заметив недоумение на лице Эвелины, он счел своим долгом пояснить: — Сегодня у нас сосисочный день.

«Боже упаси оказаться препятствием на пути этого мужчины к его сосиске», — подумала Эвелина, поглядывая на объемистое пузо начальника.

— Извините, — раздался голос. Эвелина и начальник станции одновременно оглянулись. Мистер Блумфилд, сняв шляпу, вертел ее в руках. — Сам того не желая, я услышал ваш разговор и понял, что у леди возникли затруднения.

— Нет, просто незначительное неудобство, не более того.

— Связанное, как мне представляется, с перевозкой ящиков?

— Именно так.

— Я мог бы помочь вам! — Его ничем не примечательное лицо осветилось радостной улыбкой. — Я приехал на телеге, чтобы перевезти свой груз, и почел бы за честь с вашего позволения помочь вам.

— Вы очень любезны, но я не хотела бы навязывать вам свои проблемы.

— Вы ничего мне не навязываете. Возможно, вы не решаетесь воспользоваться моей помощью, потому что нас не представили друг другу должным образом? Позвольте мне это исправить. Я Эрнст Блумфилд, который вместе со своим братом Грегори снял на время очаровательный коттедж Куков. А вы леди Эвелина Каммингс-Уайт из монастыря «Северный крест».

— Откуда вам известно мое имя? — спросила она. Он опустил глаза, совершенно ее обезоружив.

— Потому что я иногда видел вас, леди Эвелина, когда гулял возле монастыря, и осмелился навести справки.

Он поднял на нее взгляд, словно провинившийся щенок спаниеля, жаждущий получить прощение.

— Теперь вы понимаете, что я был бы рад, если бы вы согласились принять мою помощь. — Он бросил взгляд на ящики. — Правда, все они, возможно, не уместятся на моей телеге, но два из них мы могли бы захватить. И для вашего велосипеда нашлось бы место.

— Пожалуй, если вы уверены, что для вас перевозка не доставит слишком большого неудобства.

Глаза Эрнста Блумфилда радостно засияли. Он надел шляпу.

— Мистер Силсби, прикажите погрузить ящики на мою телегу.

— Сию минуту, — отозвался начальник и, распахнув дверь, крикнул, что нужны рабочие руки. В помещение пакгауза вбежали два подростка, настороженно озираясь, словно не были уверены, то ли их отругают за какую-нибудь проделку, то ли дадут возможность подработать.

Пока они грузили ящики, Эрнст собственноручно пристроил ее велосипед позади сиденья. Потом, поклонившись, предложил ей садиться. У него были приятные манеры и одежда неброская, но хорошего покроя и из добротной ткани.

Он усадил ее, затем уселся сам и, оглянувшись, убедился, что груз надежно уложен. Потом он понукнул пони, и они тронулись в путь.

— Сегодня отличная погода для прогулки на велосипеде, — возобновил он разговор. — Я тоже большой любитель велосипеда. Кстати, в ящике, который я получил, находится мое новое приобретение — велосипед.

— Вот как?

Он подтвердил свои слова кивком головы.

— В таком случае расскажите мне, какой марки велосипед вы выбрали. Я сама подумываю о том, чтобы приобрести новую машину.

Он улыбнулся, явно довольный тем, что она интересуется его мнением.

— Я готов оказать вам любую услугу — только попросите!

— В таком случае ответьте: вы выбрали американскую машину? Потому что мне говорили, будто…

До монастыря они добрались очень быстро. Эрнст действительно много знал о велосипедах и подробно изучил плюсы и минусы существующих машин, прежде чем остановить выбор на велосипеде фирмы Дарсли Педерсона, который ей не терпелось увидеть собственными глазами. Новинка в производстве велосипедов стоила целое состояние. Подъехав к монастырю, они все еще продолжали обсуждать преимущества новой конструкции велосипедной рамы. Эрнст остановил пони.

— Вот мы и приехали.

Он спрыгнул с повозки и огляделся вокруг в поисках места, где можно привязать пони. Не найдя такового, он обратился к ней:

— Не побудете ли вы с ним, пока я найду кого-нибудь, чтобы разгрузить телегу?

— Разумеется, — с готовностью согласилась она и взяла в руку вожжи, хотя сильно сомневалась, что пони, стоявший с опущенной головой и лишь время от времени помахивавший хвостом, замышляет какое-нибудь озорство.

Интересно, не будет ли слишком нескромно с ее стороны, если она после разгрузки телеги попросит мистера Блумфилда пригласить ее посмотреть…

— Затеваете переворот в каком-нибудь государстве? — неожиданно произнес кто-то.

Она испуганно оглянулась и увидела появившегося на опушке леса Джастина. Его пиджак был перекинут через плечо, на шее болтался бинокль.

— А-а, привет, Джастин.

— Привет, Эви. — Он подошел к телеге, взял из ее рук вожжи и ручки тормоза. — Хотите слезть?

Она рассеянно кивнула и встала, положив руки на широкие плечи Джастина. От его белой сорочки исходил приятный чистый запах нагретой солнцем ткани. Положив руки ей на талию, он поднял ее и огляделся вокруг, отыскивая наиболее удобное место, куда было бы можно ее поставить.

Она, зависнув в воздухе, ждала.

Он и раньше так делал: поднимал ее, когда было вполне достаточно просто поддержать ее рукой, чтобы она не упала. Узнав его, она поняла, что он просто не чувствует разницу между дружеской поддержкой и таким, гораздо более интимным действием. Как правильно заметила ее мать несколько недель назад, он, видимо, и впрямь был немного рассеянным.

Поначалу такая физическая фамильярность смущала ее. Но вскоре она приняла ее как нечто неотъемлемое, присущее ему. Как небрежность в одежде, всклокоченные волосы и беспечные манеры. Если бы она стала возражать против его дружеских жестов, то могла бы показаться жеманной старой девой.

А что касается того, что он держал ее на руках в воздухе, то, несмотря на некоторую отрешенность от реальности, он был весьма сильным мужчиной. Он подошел к краю газона и поставил ее на ноги. Потом заглянул ей в лицо.

— В чем дело? — спросила она, прикасаясь к своим щекам. Неужели она ехала с мистером Блумфилдом с испачканным грязью лицом? — Что случилось?

Он придвинулся еще ближе и наклонился так, что его глаза оказались на одном уровне с ее глазами. Она ощущала на своих губах его теплое и свежее дыхание. Он жевал листья мяты.

— У вас на носу грязь или веснушки?