В огне страсти - Моника Маккарти

Дункан повернул коня и всмотрелся в шеренги сзади, с облегчением увидев Аргайлла рядом со своим отцом.

Кузен неплохо стреляет из мушкета, но в ближнем бою требуется умение обращаться с мечом — человека можно заколоть, прежде чем он успеет перезарядить оружие. К счастью, отец Дункана владеет мечом достаточно хорошо, чтобы защитить их обоих.

Как это и происходило весь день, люди Хантли атаковали сразу после выстрела из пушки, пользуясь возникшими брешами в рядах неприятеля. Но Дункан увидел, что сейчас происходит нечто невообразимое. Большинство конников и пехотинцев устремились по направлению, к его отцу и Аргайллу.

Дункан заорал, предостерегая, но его крик был поглощен лязганьем оружия и грохотом битвы. Он схватил поводья, чуть не вывернув запястье, и вонзил шпоры в бока коня, пуская его в галоп. Слишком далеко. Сердце его учащенно забилось. Он не успеет.

Должно быть, он снова заорал, потому что отец поднял голову, заметил, как Дункан во весь опор мчится в их сторону, и мгновенно понял, в чем дело. Подняв меч, он кинулся на противников Арчи с такой силой, что сшиб их обоих с коней. К тому же отец умудрился еще нанести удар, располосовав надвое человека, выстрелившего в него из ружья. Но после этого сам упал на землю.

Со свирепым боевым кличем Дункан на веем скаку подлетел к ним, сразив по дороге еще двоих. Следом подоспели охранники отца, и нападение было отражено.

Гордоны отступили, чтобы дождаться следующего залпа. Дункан спрыгнул с коня и протиснулся сквозь кольцо людей, окруживших его отца и Аргайлла.

На пути оказался кузен. Облегчение от того, что Арчи жив, сменилось гневом. Может быть, теперь он его послушается?

— Черт побери, Арчи, тебе нужно было отступить. Тебя могли убить!

— Дункан, мне очень жаль… — При взгляде налицо Арчи кровь в жилах Дункана похолодела.

Он долгим взглядом посмотрел в глаза кузена, а потом перевел взгляд на раненого отца.

Нет! Грудь стиснуло так сильно, что он не мог дышать.

Отец ничком лежал на земле. Один из охранников стоял рядом с ним на коленях, прижимая кусок ткани к его ране на боку, чтобы остановить кровь. Пуля, не задев кольчугу, нашла узкую щель и поразила незащищенную плоть.

— Отец! — Дункан упал на колени.

— Со мной все в порядке, — ответил отец сдавленным голосом. Видимо, даже дышать ему было больно. Горло Дункана сжалось. Они оба знали, что он лжет. Рядом разорвалось еще одно ядро, осыпав их грязью, камнями и затянув все вокруг дымом. Дункан должен что-то сделать раньше, чем все они погибнут. Он хотел бы сам проводить отца в безопасное место. Но пока люди сражаются, его долг — находиться на поле боя.

— Мы должны отнести тебя в замок. — Дункан встал и быстро отдал распоряжения.

— Где Колин? — выдохнул отец. Наследник… В груди защемило.

— Он в безопасности, — заверил Дункан отца, несмотря на душевную боль. — Я отправил его за боеприпасами. Я пришлю его к тебе, когда он вернется.

— Присмотри… ты… ему… нужен…

Дункан хотел возразить, отказываясь признавать, что отец умирает, но вместо этого только кивнул. Отцу потребуются все силы, чтобы справиться с раной.

Внезапно в глазах отца заплескалась паника.

— Должен… сказать… тебе… прости…

Новый взрыв заглушил его слова, и отец, лишившийся последних сил, потерял сознание.

Его понесли в тыл. Дункан повернулся к Аргайллу, строго приказал:

— Иди с ним.

На этот раз граф не стал спорить, но лицо его исказилось гневом. В один прекрасный день Арчи станет великим пождем, но пока он был еще слишком молод, чтобы с достоинством выдержать такой сильный удар по самолюбию. Его лицо побагровело, глаза напились яростью.

— Это несправедливо! Если бы не предательство, это был быы миг моего триумфа! — По щекам кузена потекли слезы унижения. — Во всем виноват Грант. Я его уничтожу!

Дункан мрачно кивнул, но в эту минуту он не думал о Гранте, не сомневаясь, что лэрд Фруи получит то, что заслуживает. Он думал о дочери Гранта. Измена отца Джинни лишила их последней возможности пожениться с согласия семей.

Но дело не только в этом. Грудь опять стиснуло. Она знала, другого объяснения тому, что она примчалась за ним ночью, нет.

А теперь его отец умирает.

Он стиснул зубы. Сейчас нет времени думать о заговоре. Люди Хантли, снова атакуя, прорвались на холм.

Краем глаза Дункан заметил серебряный блеск. Меч отца был там, где тот его оставил, и торчал, как крест, из груди выстрелившего в отца человека. Огромный двуручный меч, почти шести футов длины, передавался по наследству вождям клана Кэмпбеллов из Охинбрека со времен Брюса. На лезвии было выгравировано единственное слово: «Непреклонный».

Взявшись одной рукой за роговую рукоятку, Дункан медленно вытащил меч из тела мертвого Гордона и, размахнувшись, повернулся лицом к нападающим. Они уже были рядом.

Дункан сражался как одержимый. Возможно, он таким и был в тот момент. Внебрачный он сын или нет, но в его жилах течет кровь отца, и Дункан чувствовал силу своих предков, нанося один смертельный удар за другим, сокрушая любого, оказавшегося на его пути.

Они в жаркой схватке отразили атаку и ждали следующей, когда заметили одного из Маклейнов, пробиравшегося к ним, пригнувшись. Он огляделся в поисках предводителя. Дункан шагнул вперед. Раз отцу пришлось покинуть поле боя, он, как капитан, отвечает за членов своего клана.

— В чем дело, Фергус?

Если Маклейн и удивился тому, что Дункан принял командование на себя, то виду не подал.

— Макинтош. Он со своими людьми окружен. Мой лэрд делает все, что может, чтобы задержать Эррола.

Эррол был верным сторонником Хантли и беспощадным воином. Маклейн должен его удержать; если Эррол прорвется, им конец. Кто-то должен пойти на помощь Макинтошу. Дункан не колебался ни мгновения.

— Где?

Фергус показал на ту сторону речушки.

Сквозь дымку боя Дункан с трудом различал сражающихся воинов. Около дюжины людей оказались отделены от остального войска и были зажаты в узком овражке между двумя холмами — полностью окружены солдатами Хантли, набросившимся на них, как грифы.

Быстрая оценка обстановки не предвещала ничего хорошего. Все, кто пойдет на помощь, будут уничтожены точно также, как и те, кого попытаются спасти. Единственный шанс — резко атаковать левый фланг Хантли и отвлечь противника, чтобы дать возможность Макинтошам отступить сквозь ту брешь, которую они сумеют пробить. С большим отрядом это было бы несложно, но Дункан мог взять с собой всего лишь несколько человек, остальные должны защищать свою позицию. Если они отдадут холм, битва будет проиграна.

Дункан принял решение и обернулся к людям отца, теперь находившимся в его подчинении. Он объяснил свой план, назвав пятерых самых преданных воинов — он знал, что на них можно положиться. Дункан стиснул зубы.