Я пришел спасти злодейку, а она решила захватить мир - Е. Лань

Затем настал черед платья. Для сегодняшнего вечера мне требовалось нечто особенное. Наряд, который должен был ослеплять, притягивать взгляды и одновременно служить идеальной маскировкой для моих движений.

Я выбрала ханбок из тяжелого, струящегося шелка цвета полуночного неба. Подол широкой юбки был щедро расшит серебряными нитями, имитирующими россыпь звезд, а короткий жакет-чогори плотно облегал грудь, перехваченный широкой сапфировой лентой.

Ткань шуршала при каждом шаге, создавая легкий гипнотический эффект.

Когда я вышла в смежную комнату, Мин-Хо уже ждал меня там.

***********************************************

POV Чон Мин-Хо

Я мерил шагами небольшую комнату, то и дело поправляя перевязь с мечом. На мне был мой лучший парадный доспех из черненой кожи, украшенный серебряными пластинами с гербом клана Чон. Я не любил светские рауты. Эти сборища разодетых павлинов, меряющихся размерами своих поместий и длиной родословных, всегда нагоняли на меня тоску.

Но сегодня всё было иначе. Сегодня я был не просто гостем, а личным щитом самой прекрасной и утонченной женщины, которую когда-либо встречал.

Дверь её спальни тихо отъехала в сторону.

Я повернулся и почувствовал, как воздух мгновенно покинул мои легкие. Дыхание перехватило, а сердце, привыкшее к ровному, боевому ритму, вдруг забилось как сумасшедшее, гулко ударяясь о ребра.

Лин Сюэ переступила порог.

Она была подобна ночной богине, спустившейся с небес на эту промерзшую северную землю. Темно-синий шелк её платья переливался в свете масляных ламп, словно звездное небо. Её волосы, черные как вороново крыло, были уложены в сложную высокую прическу, скрепленную изящными серебряными шпильками.

Но главным чудом было её лицо. Куда делась та болезненная, пугающая бледность? Сон и целебный лотос сотворили невозможное. Её кожа светилась здоровьем, на щеках играл нежный, почти девичий румянец, а темные глаза, обрамленные густыми ресницами, казались еще более глубокими и загадочными.

Девушка была не просто красива, она была ослепительна.

— Вы... — я сглотнул, чувствуя, как пересохло в горле, и шагнул к ней, забыв все слова приветствия, которым учила меня матушка. — Госпожа Лин, вы затмите саму луну сегодня ночью.

Она чуть склонила голову, её губы тронула легкая, неуловимая полуулыбка, в которой мне почему-то почудилась капля снисходительности.

— Вы слишком щедры на комплименты, Господин Чон, боюсь, мой наряд слишком скромен для резиденции Наместника. Но я надеюсь, что ваша тень надежно укроет меня от нежелательных взоров.

— Я выколю глаза любому, кто посмеет посмотреть на вас без должного уважения! — горячо заверил я, инстинктивно кладя руку на эфес «Грома Юга». — Ни один наглец не приблизится к вам ближе, чем на длину моего клинка. Идемте, карета подана.

Глава 20

POV Лин Сюэ

В резиденции Наместника Пэкхака гудела было шумно.

Банкетный зал, освещенный сотнями бумажных фонарей и массивными бронзовыми люстрами, был переполнен. Столы ломились от северных деликатесов: жареной оленины, запеченных фазанов, горячего пряного вина и огромных блюд с морозной вишней.

В центре зала, на расчищенной площадке, кружились в сложных пируэтах танцовщицы-кисэн, их шелковые рукава взметали в воздух лепестки бумажных цветов.

Когда мы с Мин-Хо вошли в зал, музыка на мгновение стихла. Сотни глаз устремились на нас, а если точнее, на него. Слух о том, что неизвестный южанин одним ударом ладони отправил Железного Быка в глубокий сон, уже облетел весь город. Для местной знати он был диковинным зверем, героем дня, к которому все хотели прикоснуться.

Но Мин-Хо не замечал этого внимания, взгляд мужчина был прикован только ко мне. Он возвышался за моим правым плечом, как монументальная статуя бога-стража, отсекая от меня любые попытки чиновников завязать светскую беседу.

Его аура была настолько плотной и ревностно-защитной, что вокруг нас образовалось невидимое пустое кольцо диаметром в три шага.

«Проклятье, — раздраженно подумала я, изящно обмахиваясь веером и скрывая за ним сжатые зубы. — Как мне подобраться к Наместнику, если этот ходячий бастион распугивает всех в радиусе километра?»

Я скосила глаза вглубь зала. На почетном возвышении сидел сам Наместник — тучный, краснолицый мужчина в золотых одеждах. На его широком поясе тускло поблескивала нефритовая печать на толстой цепочке. Моя цель.

А по правую руку от него, бледный, нервный и окруженный двойным кольцом личной стражи, сидел Мастер Ма. Старый предатель то и дело озирался по сторонам, вздрагивая от каждого громкого звука. Он заметил нас. Я видела, как его глаза расширились от страха, когда он узнал Мин-Хо. Мастер Ма что-то зашептал на ухо Наместнику.

В этот момент забили тяжелые барабаны, возвещая о смене развлечений.

На центр зала вышел церемониймейстер.

— Достопочтенные гости! — провозгласил он, кланяясь. — В честь Праздника Зимнего Солнцестояния наш щедрый Наместник объявляет традиционный Танец Зимних Духов! Каждому гостю будут розданы маски! Скройте свои лица и позвольте музыке вести вас! Пусть духи зимы не узнают смертных в эту ночь!

Слуги с подносами бросились в толпу, раздавая резные деревянные маски — таль.

Это был идеальный момент. Танец, хаос, скрытые лица. Толпа смешается, и я смогу подобраться к помосту.

Ко мне подошел слуга, низко кланяясь, и протянул изящную, выкрашенную в белый цвет маску Девятихвостой Лисицы с узкими, хитрыми прорезями для глаз.

Я взяла её. Мин-Хо, стоявший рядом, с недоверием посмотрел на поднос и выбрал массивную, устрашающую маску Горного Демона с оскаленной клыкастой пастью.

— Госпожа Лин, — он склонился ко мне, его голос сквозь прорези деревянной маски звучал глухо и пугающе, но интонации были полны всё той же щенячьей тревоги. — Эта затея мне не нравится. В толпе, в масках... кто угодно может приблизиться к вам. Убийцы Мастера Ма могут использовать этот хаос.

— О, не беспокойтесь, Господин Чон, — я привязала маску Лисицы к лицу, мой голос под деревом зазвучал таинственно и отстраненно. — Я не собираюсь танцевать со всеми.

Я повернулась к нему. Мои темные глаза встретились с его взглядом сквозь глазницы демонической маски.

— Разве вы не защитите меня в этом танце? Разве вы позволите кому-то чужому вести меня?

Это был беспроигрышный, подлый удар по его самолюбию. Я знала, что он не сможет отказать. Если он будет танцевать со мной, он неизбежно отвлечется на свои неуклюжие попытки не отдавить мне ноги, и я смогу направлять нашу пару в нужную мне сторону, к помосту