Навязчивый мотив. Клуб 27 - Вероника Артт

Сначала носа коснулось приятное благоухание, а когда курьер снял последний крафтовый лист, перед глазами возник объемный букет роз.

Их бордовый оттенок был настолько глубокий и насыщенный, что издали цветы могли показаться черными. Шипастые стебли были укрыты темной полуматовой бумагой, закрепленной внизу лентой винного цвета.

Рот приоткрылся, и я с восхищением бережно приняла букет.

– Та-а-а-ак… – протянул молодой человек. – И подпись… Блин! Забыл планшет в машине. Сейчас!

Сказав это, он шустро скрылся за дверью.

Мной же завладела мрачная красота букета. Аккуратно наклоняя его из стороны в сторону, чтобы разглядеть со всех ракурсов, я заметила небольшую открытку, запрятанную между бутонами. Едва пальцы коснулись ее, как курьер тут же вернулся.

– Извините, – запыхавшись, произнес он. – Из-за погоды такой рассеянный… Вот, черкните тут, пожалуйста.

Послушавшись, я поставила подпись на уже успевшем намокнуть листе.

– Все, – выдохнул молодой человек и на автомате попытался засунуть планшетник в широкий карман дождевика, смяв передний лист.

– Что же вы там такое слушали? – спросила я, все еще зачарованно оглядывая цветы. – Раз вас так завлекло. Может, и мне интересно будет…

Карие глаза парня блеснули.

– О-о-о, подкаст одного тру-крайм блогера, – с энтузиазмом начал он. – Анализ разных преступлений. Одно меня очень зацепило: девушку начал кто-то преследовать, но ни она, ни ее близкие не относились к этому по-настоящему серьезно. Но после нескольких, казалось, мелких, но неприятных ситуаций…

Тут парень замялся, видимо, соображая, стоит ли говорить дальше, но встретив взгляд моих широко распахнутых глаз и приняв удивление от совпадения за искреннее любопытство, продолжил:

– …ее голову нашли в черте города. Только голову!.. А ведь изначально все – и она, в том числе – думали, что это просто кто-то дурачится, оставляя глупые записки и всякую ерунду.

Курьер почесал затылок, уносясь мыслями куда-то далеко.

– Ух ты… – кисло выдавила я. Ставшее сладким, как мед, настроение после получения букета было подпорчено ложкой дегтя. – И… кто оказался убийцей?

– Пока не знаю – еще не дослушал. Там столько нюансов… Несколько подозреваемых: бывший, что часто дарил ей листочки со своими авторскими стихами, нынешний приятель, отличающийся крутым нравом. Даже парикмахер под подозрением: когда жертва приходила подровнять волосы, он все нахваливал форму ее головы… – Молодой человек перевел на меня задумчивые глаза, а затем с силой добавил: – Но я вот что думаю: это кто-то очень близкий. Близкий, но тихий и незаметный, на кого никак не подумаешь. Ведь скрытым психом может быть кто угодно, верно? Или не психом, а просто, например… Ну, взял и двинулся! Всякое ведь бывает, да? Надо бы почаще у друзей и родственников интересоваться, как у них вообще дела. А то раз и все…

С полминуты мы молчали.

– Да… Наверное, вы правы…

Поймав мой затравленный взгляд, юноша спохватился:

– Ой, простите! Вам, наверное, такое совсем не интересно, а я тут…

– Да нет, – вздохнула я, снова покрутив в руках букет. – Интересно. Но только наблюдать на экране ноутбука или слушать в наушниках, а не становиться участником подобной истории в реальной жизни.

Казалось, в озадаченных глазах молодого человека стали зарождаться какие-то соображения, но он отогнал их, тряхнув головой.

– Ладно, пора мне! Надо еще многих людей обрадовать. – Курьер дружелюбно улыбнулся. – Обязательно подрежьте стебли под углом, а воду меняйте чаще – тогда цветы простоят дольше. Всего доброго!

И парень, до жути напоминающий доброжелательную дворнягу, тут же устремился к двери. Я заметила, как он, выходя в дождь, натянул капюшон и снова ударил пальцем по наушнику, очевидно, вновь возвращаясь к мрачной истории.

«М-да… Похоже, как не бывает худа без добра, так и добра без худа…» – подумала я, глядя ему вслед.

Жуткая история вернула меня к действительности и взбеленила осадок от собственных переживаний, которые до этого улеглись, а затем и вовсе скрылись под слоем любовного эфира.

Но сейчас думать об этом не хотелось.

Я снова обратилась к букету и вытащила карточку, с одной стороны покрытую черными шершавыми блестками, а с другой – окрашенную в нежно-розовый тон.

Надпись, расположенная на этой стороне, была выведена курсивом с уверенным нажимом. Текст был разборчив, несмотря на то, что наклон букв казался чуть сильнее, чем нужно.

«Такой почерк вполне может принадлежать Крису, – подумала я, не спеша складывать буквы в слова, а слова в предложение. – Интересно, похож ли он на почерк с обрывка из моего скетчбука?»

Я прочитала сообщение, оставленное без подписи:

Спокойной ночи и доброго утра:)

Заряд дофамина ударил в голову, словно шампанское.

«Значит, он меня не игнорировал!»

Соображая, куда бы поставить цветы, я обрыскала все углы магазина и прилагающихся к нему помещений, но так и не обнаружила ни намека на вазу. Пришлось взять одно из ведер, перед этим хорошенько его вымыв.

Конструкцию я поставила на прилавок. Прятать такую красоту было бы преступлением – хотелось, чтобы ее увидел весь мир.

Еще пару минут самозабвенно разглядывая букет, я заметила лужи на полу, оставленные курьером. Собираясь было подняться наверх за шваброй, я услышала, как телефон настойчиво завибрировал.

От имени входящего контакта в животе растекся приятный спазм, и я скорее приняла вызов.

– По моим подсчетам, – без приветствия начал Крис, – доставить его должны были прямо сейчас.

– Спасибо, – искренне сказала я. – Очень красивый букет. Оттенок цветов, полагаю, был выбран тобой?

– Да, – ответил Крис. – Нравятся?

– Очень. Настоящий букет Мортиши. – Я улыбнулась в трубку.

– Я рад. – В голосе парня проступило тепло. – Но учти, у меня нет аллергии на розы[8].

– А на что есть? – поинтересовалась я, трепетно подворачивая обертку букета, чтобы предоставить больше воздуха и свободы кровавому бархату лепестков.

– Точно не на девушек, лазящих через забор. Послушай, Ребекка, – сказал Крис, прежде чем я успела взбунтоваться. – Помнишь, Ви говорила об одном приближающемся мероприятии? О вечеринке.

От упоминания розоволосой девушки я дрогнула, и мой палец больно накололся на острый шип.

Я втянула воздух сквозь зубы, чтобы не выругаться.

– Да, помню. А что?

– Хочу, чтобы ты пошла со мной.

– Как сопровождающая? – спросила я и языком слизнула алую бусину крови.

– Нет. Как моя девушка.

Я застыла. Солоновато-железный привкус расползался по рту.

– Так… официально…

– А что? – не сразу ответил Крис. – Тебя это как-то смущает?

– Нет, – спохватилась я. – Нет, не смущает.

И, немного помолчав, добавила:

– А у тебя не будет никаких проблем? Ты же медийная личность – имидж, образ, все дела…

– Ребекка. – В голосе парня зазвучал деловито-претенциозный тон, появляющийся, когда Крис начинал испытывать нетерпение или недовольство. – Я что, по-твоему,