Вилла "Аркадия" - Джоджо Мойес

– Почему ты больше не приходишь? – Перед ним возникла Сильвия, склонившая голову набок. – Ты же собирался научить меня играть в «Монополию», а сам не пришел на следующий день, как обещал.

Джо принялся оттирать ладони ветошью:

– Прости. Я был немного занят.

– Лотти говорит, ты не приходишь, потому что сердишься на нее.

Джо замер.

– Так прямо и говорит?

– Она говорит, что ты перестал приходить, потому что она встречается с Дики Валентайном.

Джо, не удержавшись, хмыкнул.

– А у Лотти тоже будет ребенок? – Фредди тем временем успел дотянуться пухлой розовой ручонкой до двигателя и внимательно его изучал.

– Сильвия! Фредди! Идемте же.

– Когда у Лотти будет ребенок, ты научишь его играть в «Монополию»?

– Если есть резинка, то тебе достанется только один ребенок.

Джо извлек руку Фредди из-под капота и затряс головой.

Вирджиния хохотала.

Увидев, что они веселятся, Фредди начал набирать обороты:

– У Лотти будет ребенок с Дики Валентайном. Он собирается спеть об этом по телевизору.

– Следи за своим языком, Фредди. А то тебе могут поверить. – Вирджиния повернулась к Джо, хихикая.

Ей нравился Джо. Парень явно понапрасну терял время, мечтая о Лотти. Глупая девчонка, видимо, считала, что слишком хороша для него, раз живет у Холденов как их ровня. Но на самом деле она ничем не лучше Вирджинии. Просто ей повезло.

– Если послушать этих двоих, то следующим ее кавалером станет Элвис Пресли. – Она пригладила волосы, пожалев, что утром не подкрасила губы, как собиралась.

Но Джо все равно не заметил. Он снова стал серьезным и даже не посмеялся над шуткой об Элвисе Пресли.

– Где-нибудь бывал в последнее время, Джо? В Клактоне, например? – Вирджиния чуть придвинулась, выставив напоказ стройные ножки.

Джо потупился, переминаясь с ноги на ногу:

– Нет. Дел много.

– Фредди прав. Мы давно тебя не видели.

– Да. Ну…

– А у меня гусеница. Гляди. – Фредди протянул руку Джо.

– Заусеница, Фредди. Я же тебе говорила. И она скоро пройдет. Прекрати совать ее под нос людям.

– Я могу сделать водородную бомбу. Водород продается в аптеке. Мистер Ансти так говорил.

Джо бросил взгляд на циферблат, словно не мог дождаться, когда же они уйдут. Но Вирджиния продолжала болтать:

– Он имеет в виду перекись водорода. Послушай, Джо, у нас тут собралась небольшая компания, чтобы пойти в новый танцзал на Колчестер-роуд. В субботу. Если захочешь с нами, думаю, мы без труда достанем тебе билет. – Она помолчала. – Приедет оркестр из Лондона. Говорят, хороший. Исполняет все рок-н-ролльные хиты. Повеселимся.

Джо взглянул на нее, крутя в руках ветошь.

– Подумай об этом.

– Спасибо, Вирджиния. Спасибо. Я… Я… э-э-э… дам тебе знать.

* * *

В 1870 году американский капитан по имени Лоренцо Доу Бейкер зашел в Порт-Антонио и, прогуливаясь по местному рынку, обнаружил странной формы желтый фрукт, очень популярный среди местных жителей. Капитан Бейкер, предприимчивая душа, решил, что фрукт выглядит и пахнет привлекательно. Он приобрел сто шестьдесят гроздей по шиллингу за штуку и сложил в трюме корабля. Вернувшись одиннадцать дней спустя в Америку, в порт Нью-Джерси, он предложил диковинку местным торговцам. Те ухватились за фрукт и выложили ему кругленькую сумму, заплатив по два доллара за гроздь.

– Неплохой доход, – заметил Джулиан Арманд.

– За несколько бананов. Новый фрукт произвел фурор. Те, кто, невзирая на необычность, добрался до сладкой мякоти… были вознаграждены. Это стало началом индустрии импорта фруктов. Старина Бейкер превратился в «Бостонскую фруктовую компанию». А та компания, что выросла из первой, сейчас один из самых крупных поставщиков. Когда-то отец рассказывал мне эту историю на ночь. – Гай улыбнулся Лотти. – Но теперь он не любит о ней вспоминать, поскольку эта компания гораздо крупнее его собственной.

– Молодец, что выдержал конкуренцию, – сказал Джулиан.

Он сидел, закинув босые ноги на связку книг. На коленях у него лежала пачка литографий, и он раскладывал их по двум стопкам, по обе стороны от себя, на диванные подушки.

Тут же на диване сидел Стивен, бледный, веснушчатый юноша, который никогда не разговаривал. Стивен брал отбракованные оттиски и внимательно рассматривал, словно того требовала вежливость. Кажется, он драматург. Лотти добавила «кажется» в стиле миссис Холден, поскольку до нее недавно дошло, что ни один из этих людей, кроме Френсис, по сути, ничем не занимался.

– И у него успешный бизнес?

– Теперь – да. Впрочем, я не знаю, сколько денег он зарабатывает. Но с тех пор, как я был мальчишкой, наши дома становились все больше. Как и наши машины.

– Конкурентоспособность имеет свои плюсы. А ваш отец, судя по всему, очень решительный человек.

– Терпеть не может проигрывать. Даже мне.

– Вы играете в шахматы, Гай?

– Давно не играл. Хотите сыграть партию, мистер Арманд?

– Нет, не я. Как тактик, я бесполезен. Нет, если вы хороший шахматист, вам следует сразиться с Джорджем.

– Джордж мыслит только математическими категориями. Чистая логика. Я часто думаю, что он наполовину человек, наполовину машина, – заметила Аделина.

– Вы хотите сказать, что он холодная натура.

– Не совсем. Джордж бывает ужасно добр. Но это не тот человек, которого можно полюбить. Нет. И влюбиться в него нельзя.

Неспешный разговор явно противоречил тому, что в воздухе в тот день чувствовалась нервозность, не имевшая никакого отношения к неотвратимому приходу осени. Лотти поначалу даже не ощутила эту едва уловимую вибрацию между людьми в комнате, заряд.

Аделина приподняла локон волос Лотти, которая молча сидела у ее ног, стараясь не краснеть. Слова Аделины пробудили ее от мечтаний о грузовых кораблях и экзотических фруктах. Аделина тем временем украшала ее голову крошечными вышитыми розочками, обнаруженными в шкатулке для драгоценностей.

– Ими было расшито мое свадебное платье, – сообщила она, приведя Лотти в ужас. – Это всего лишь платье, Лотти. Я храню только самое лучшее из прошлого.

Аделина настояла на том, чтобы прикрепить розочки к волосам Лотти. Ей захотелось увидеть, «как это будет выглядеть». Лотти сначала отказалась: что там Аделина «увидит», если вплетет ей в волосы кучу нитяных бутонов? Но тут вмешался Гай, сказав, что нужно попробовать. Что ей следует позволить Аделине расплести ее длинную косу, а потом сидеть тихо, пока та будет расчесывать и украшать ее волосы. Мысль, что все это время Гай будет смотреть на нее, показалась Лотти настолько восхитительной, что после недолгих протестов она наконец согласилась.