Наследница в его постели - Тамара Леджен

Хотя и шокированный, слуга Джулиана постарался не подавать виду.

– Очень хорошо, сэр, – сказал он. – Добро пожаловать домой, мадам. Надеюсь, вы будете счастливы здесь.

– Я не собираюсь здесь оставаться! – крикнула Виола. – Помогите!

Джулиан не предполагал, что воспитанная молодая дама способна производить столько шума. Он быстро открыл дверь дома и поспешил вверх по лестнице.

– Поставьте меня на землю, мистер Девайз, – приказала Виола.

– По традиции новобрачный должен перенести свою молодую жену через порог, – отозвался Джулиан. – Что подумает Хадсон, если я этого не сделаю?

Добравшись до лестничной площадки, он поставил ее на ноги.

– Я заставлю вас пожалеть об этом, мистер Девайз, – заявила она, приводя в порядок одежду.

– Что ж, это привилегия жены, – бодро отозвался Джулиан.

На лестничной площадке появилась Корк с Бижу на руках, а Джулиан направился вниз, чтобы помочь Хадсону с багажом Виолы.

– Какой красавец, мадам. У него глаза как сапфиры, – шепнула Корк. – Не то чтобы я видела сапфиры, конечно, – добавила она в ответ на свирепый взгляд хозяйки.

– Вы живете над лавкой? – презрительно окликнула Джулиана Виола.

– Да, – ответил он, втаскивая наверх ее сундук. – А теперь и вы, любовь моя.

– Не смейте меня так называть!

Хадсон, поднявшийся следом за Джулианом, вытащил носовой платок и вытер вспотевший лоб.

– Хадсон, будь любезен, проводи мисс Корк в ее комнату, – сказал Джулиан, с грохотом поставив сундук на пол. Виола попыталась протестовать, но Джулиан остановил ее, подняв палец. Этот жест так взбесил Виолу, что лишил дара речи.

– В ее комнату, сэр? – Хадсон посмотрел на хозяина с укором. – Если бы вы предупредили, что женитесь...

– Сожалею, что застал тебя врасплох, старина, но так вышло.

– Мисс Корк может занять мою комнату, – неохотно предложил Хадсон.

– Отлично, – кивнул Джулиан. – Идите. А я позабочусь о миссис Девайз, – добавил он, втолкнув Виолу в тесную комнатушку, и закрыл дверь.

В комнате было прохладно. В кирпичном камине не горел огонь, и единственным источником света служил уличный фонарь, светивший через небольшое окошко над письменным столом. Виоле приходилось видеть кладовки более просторные, чем эта комната.

– Что вы о себе думаете? – набросилась на него она. – Как вы посмели сказать, что я ваша жена?

– Хадсон ужасно старомоден, – объяснил Джулиан. – Он был бы шокирован, узнав, что я привел в дом женщину, которая не является моей женой. Честно говоря, я не знал, что еще ему сказать. Едва ли я могу признаться, что купил вас в борделе. Его хватит удар. Он отошел от двери.

– Не смейте приближаться ко мне! – взвизгнула Виола.

– Вряд ли я смогу избежать этого в такой тесноте, – резонно заметил он.

– У меня есть вилка! – пригрозила она, вытащив, сей предмет дрожащими руками из сумочки.

Джулиан сдержал смех.

– Я не собираюсь говорить ничего такого, чего ваша вилка не могла бы слышать, – заверил он ее, заключив в объятия.

– Что вы себе позволяете? – взвизгнула Виола. Вместо ответа он поцеловал ее в губы, запрокинув ее назад так сильно, что Виола схватилась за край письменного стола, выронив вилку. Поцелуй породил в ней странное ощущение, пронзившее ее насквозь.

– Животное! – выдохнула она, когда он оторвался от ее губ.

– Я хотел этого с того момента, как увидел вас, – промолвил он. – И должен признаться, все мои ожидания оправдались.

– А я хотела вот этого, – парировала она, отвесив ему пощечину. – Вы только что совершили самую большую ошибку в своей жизни!

– Вы правы, – рассмеялся Джулиан. – Я мог сделать это лучше. Попробую.

Он притянул ее к себе и поцеловал. Виола не могла объяснить своих ощущений. Хотя он едва удерживал ее, она была не в силах сопротивляться. Прикосновение его губ снова потрясло ее. Необычайно острое ощущение кружило голову, и по мере того, как поцелуй длился, стало нравиться.

– Ну, как? – поинтересовался он, устремив на нее лукавый взгляд голубых глаз.

Виола отстранилась. Она чувствовала себя слабой, беспомощной и растерянной. Никогда в жизни она не испытывала ничего подобного. Она не узнавала себя, и это пугало.

– Вы, сэр, не джентльмен, – произнесла она нетвердым голосом, смущенная собственной реакцией.

– У вас была истерика, – заявил он. – Вам требовался шок, чтобы вернуться в нормальное состояние.

– У меня не было истерики, – возразила Виола. – Я была возмущена, и имела для этого все основания.

– Но вы же не станете отрицать, что сейчас гораздо спокойнее, – самодовольно отозвался он. – Вы никогда не целовались, Мэри?

– Конечно, нет! – воскликнула она.

Он протянул руку и обвел пальцем контур ее подбородка. Виола отвернулась, несмотря на унизительное желание прижаться щекой к его ладони.

– Неужели в Йоркшире совсем нет мужчин с горячей кровью? В Суссексе вам бы это не удалось, – хмыкнул он.

– Не удалось бы – что? – раздраженно спросила она.

– Отсидеться в сторонке, будучи такой чертовски красивой.

Губы Виолы непроизвольно раздвинулись в предвкушении очередного поцелуя, но его не последовало. Вместо этого он поднял вилку и протянул ей.

– Вы, наверное, проголодались, – сказал он. – Я попытаюсь добыть немного хлеба и сыра, прежде чем уйду.

– Уйдете! – воскликнула Виола, забыв обо всем остальном. – Куда?

Джулиан чиркнул спичкой и зажег свечу на письменном столе, заваленном учетными книгами и газетами. Стол был, придвинут к окну, отставляя место только для стула и книжного шкафа. Усадив Виолу на стул, Джулиан пристроился на уголке письменного стола.

– Я ненадолго, – заверил он ее. – Но прежде я хотел бы объясниться. Вы готовы выслушать меня?

Виола сжала губы, твердо намеренная показать, что она сделана из прочного материала.

– Вы устроили целое представление на улице, – заметил он.

Она вскинула подбородок.

– Сожалею, что поставила вас в неловкое положение, мистер Девайз. Но чего вы ожидали? Что я безропотно позволю вам похитить меня?

– Я надеялся, что вы доверяете мне, – пожал он плечами. – Мне кажется, я заслужил немного доверия после всего, что сделал для вас. Вы могли бы, по крайней мере, выслушать мои объяснения, прежде чем обвинять.

– Вам следовало объяснить свои мотивы раньше, – заявила она без всяких угрызений совести.

– Я объясню сейчас. Я предлагал цену не от лица герцога.

– Не от лица герцога? – переспросила Виола.