Только ты и я - Пэнси Вейн

– Беллы? – Руди недоуменно повернулся к ней.

– Я разыскала ее адрес и… побывала у нее в гостях.

Он остановился.

– Господи, зачем?

– Понимаешь, я просто представила вчера, как ты должен был страдать из-за нее, и подумала, что напрасно ты не дал ей шанс оправдаться перед тобой. Ведь ты сам говорил, что она писала тебе, только ты не прочел письма. Я решила, что, может быть, она захочет написать еще, чтобы расставить все точки над i. И еще мне проcто захотелось посмотреть на нее, – пробормотала она упавшим голосом, боясь даже поднять на него глаза.

– И что она тебе сказала?

– Она ни в чем не виновата перед тобой. Ее мать все это выдумала тогда, чтобы вас разлучить! Насчет ее беременности и другого парня. То есть парень был, но Белле до него не было никакого дела.

Когда Мишель просила Беллу не рассказывать Руди о ее визите, она боялась, что он, узнав об этом, придет в негодование от такого вмешательства в его «частные дела». Но теперь, встретившись с ним, она вдруг испытала настоятельную потребность сказать всю правду.

Он изумленно смотрел на нее.

– Да! У Беллы по-прежнему нет ни мужа, ни ребенка. Она работает в Вестминстере, наверное, она получила то самое место, которое надеялась получить, и… хочет увидеться с тобой.

При этих словах у Мишель замерло сердце. Она не стала сразу говорить ему все до конца, о том, что у Беллы есть парень, – ей очень важно было увидеть, какое выражение примет лицо Руди при известии, что Белла не замужем. Она так и впилась глазами в его лицо.

– Просто невероятно… Ее мать? – проговорил он медленно. – Белла сама все это тебе рассказала?

– Ее мучило то, что ты не прочел ее письма. В них она все тебе объясняла. Ей, видимо, тоже что-то неприятное сказали о тебе.

– Ее мать всегда меня недолюбливала – так мне казалось. – Он усмехнулся и покачал головой. – И ведь ни один из нас не сделал попытки объясниться напрямую. Сейчас это кажется невероятным, но тогда я был совершенно уверен, что узнал чистую правду…

Он перевел глаза на Мишель, которая ответила ему прямым взглядом, изо всех сил пытаясь не выдать своего волнения и страха.

– Ты встретишься с ней?

– Конечно. Я должен это сделать. – При этих словах Мишель замерла и так сильно сжала застежку на своей сумке, что сломала ее. – Мне придется сказать ей, что все прошло… что все осталось в прошлом. И никто из нас в этом не виноват.

У Мишель с груди словно упал огромный тяжелый камень.

– Белла сказала, что встречается с одним парнем, и у них, кажется, все очень серьезно…

И тут она увидела, что Руди вздохнул с облегчением, и едва не бросилась от радости ему на шею.

– Получается, что мы оба были наивными дурачками – особенно я! – пробормотал он.

Теперь Руди казалось, что он сбежал не только от неверной, как он считал, возлюбленной, но и от отца, и от запланированного, на долгие годы вперед определившегося будущего. Это открытие заставило его замедлить шаг. Неужели тогда он ухватился за первую же возможность, чтобы порвать с Беллой?

Мишель вглядывалась в его лицо.

– А если бы никакого парня не было, если бы она ждала тебя все это время? – проговорила она.

– Наверное, в отношениях, как в истории, не бывает сослагательного наклонения, – проговорил он, пожав плечами. – Тогда мы были бы не мы, а совсем другие.

Белла, отличница, собранная и деловитая, нацеленная на серьезную карьеру, – нет, он не мог представить ее томящейся от любви.

Она пошли дальше в молчании, и каждый наслаждался близостью другого… но в то же время тень сомнения друг в друге продолжала над ними витать.

– Как все-таки случилось, что тебя ранили? – спросила она наконец.

– Мы ехали в броневике, нас обстреляли моджахеды, пуля попала в ногу, – проговорил Руди неохотно. Взгляд его сделался отсутствующим, словно мысли умчались очень далеко. В тот день они потеряли двух славных парней, братьев Бересфордов, Джека и Майкла. Сам он все-таки вывел машину из-под обстрела и потерял сознание только на КПП. Сейчас все вспомнилось так отчетливо, что слова, как всегда, показались ненужными. – Прости меня, но я, наверное, не готов еще об этом рассказывать.

Теперь полагается отвлечь его от тяжелых воспоминаний какими-нибудь женскими пустяками, подумала Мишель. Но ничего не приходило на ум.

– Ненавижу войну, – сказала она некоторое время спустя. – И эту, и все остальные. Я давно участвую в митингах. Как-то раз митинг разогнали, меня задержала полиция, потом одна газета напечатала фотографию, я попала в кадр. Под фотографией написали, что дочь инспектора полиции, актриса молодежного театра, участвует в уличных беспорядках. Теперь мне приходится быть осторожной.

– Твой отец полицейский? – спросил Руди заинтересованно. – И как он к этому отнесся?

– Божественно. Папа никогда не запрещал мне отстаивать свое мнение. Он самый лучший коп на свете.

– Классно, когда тебя так поддерживают родители. Мой отец нас с братом воспитывал скорее в строгости. Но теперь я его лучше стал понимать.

Влажный западный ветер, с утра сменивший колючий восточный, отбросил назад его волосы, и Мишель увидела на его лбу маленький шрам. У нее снова дрогнуло сердце. Эта пуля или осколок могли сделать так, что они никогда бы не встретились.

– А я ушла из театра, – сказала она неожиданно. – Сегодня восстановилась на факультете. Мой диплом, между прочим, почти готов. Я говорила с руководителем, и он предлагает в апреле поехать в Абердин. Там строится предприятие, и мы будем брать пробы грунта и воды, смотреть, как повлияло строительство на местную флору и фауну. Ну и зададим мы им жару, если увидим, что природе нанесен ущерб. Остановим строительство!

– В фильмах на экологов часто нападают нанятые бессовестными предпринимателями негодяи…

– Да, помню, я тоже смотрела такие фильмы, и мне еще сильнее захотелось быть экологом. Когда я передумала становиться полицейским, как папа, я решила защищать природу. Ненавижу, когда люди оставляют после себя мусор и портят самые прекрасные уголки. Вот когда я была скаутом, можешь поверить, всякого навидалась.

– Да, я всегда тоже чувствовал себя ужасно, когда в любимых местах, где любил гулять в детстве, кто-то устраивал свалку мусора. Словно мне лично нанесли оскорбление.