Затерянная мелодия любви - Рэдклифф

– Недолго… около часа, кажется, – ответила Грэм.

– Чем вы занимались? – ласково спросила Анна, убирая веточку из темных волос Грэм.

Грэм невольно вздрогнула от легкого прикосновения, и ее щеки залились румянцем. Прикосновения Кристины на нее так не действовали. Приятная волна прокатилась по телу Грэм, и вместе с этим послышался первый предупреждающий звоночек. Ей следует проявлять осторожность с Анной, хотя казалось, что уже невозможно обходиться без ее компании.

Последние несколько недель, с тех пор, как приехала Кристина, были сложными вдвойне. Ей постоянно приходилось противостоять непрестанным требованиям внимания со стороны Кристины, и ее настойчивым попыткам разжечь в Грэм былую страсть. В результате у Грэм практически не оставалось времени на Анну. Она скучала по ее чувству юмора, по ее состраданию, и по ее удивительной способности привносить жизнь в мир Грэм. Один лишь тихий умиротворенный голос Анны придавал Грэм подобие спокойствия. Она обнаружила, что скучала даже по тому, как Анна уговаривала ее поспать, или поесть, или уйти с солнца, – требованиям, которые никому раньше не позволялись. Она скучала по связи, в которой, как она думала, больше не нуждалась.

Несколько дней она пыталась игнорировать нарастающее чувство беспокойства и дискомфорта, но наконец, практически против своей воли, она вышла на поиски молодой помощницы. Обнаружив ее спящей, Грэм захотелось просто побыть рядом.

– Я слушала ваше дыхание, находя, что его темп похож на припев. В моей голове вдруг начала складываться музыка, которую я пыталась написать, – задумчиво проговорила Грэм. Легкость, с которой проявилась мелодия, просто сидя в тишине рядом со спящей женщиной, поразила Грэм. Особенно после стольких бессонных ночей, проведенных в бесплодных попытках уловить хоть какую-то ее часть. – Я просто слушала, – тихо заключила она.

Пока Грэм говорила, Анна наблюдала за изменениями на ее лице. Грэм по-настоящему расслабилась, морщинки возле ее глаз разгладились, а губы казались полнее и мягче. Глубоко вздохнув, она откинула голову назад, и Анне пришлось сделать над собой усилие, чтобы не дотронуться до нее. Ей отчаянно хотелось обнять ее. И лишь страх, что Грэм отстранится, как это обычно случалось, останавливал ее.

– Я так рада, что у вас это получилось, – тихо сказала Анна.

Грэм протянула руку к Анне, тем самым очень удивив ее.

– Я знаю.

Она слегка коснулась губами руки Анны, и нежно опустила ее. Со вздохом она поднялась на ноги. Как бы приятно здесь ни было, ее ждали дела, и они требовали ее присутствия.

– По желанию Кристины, мы устраиваем небольшую вечеринку в честь дня рождения Хэлен. Я хотела бы, чтобы вы присоединились, – ровным голосом сказала Грэм.

– О, Грэм, не думаю! Мне там не место, – поспешила отказаться Анна.

Трудно было представить наихудший сценарий. Находиться рядом с Кристиной на официальном мероприятии!

Грэм слегка покачала головой.

– Хэлен любит вас, и вы часть этого дома. Я бы хотела, чтобы вы пришли.

Анна продолжала отказываться.

– Я работаю на вас, Грэм, я не принадлежу к вашей социальной прослойке.

– Для меня не существует социальной градации, Анна, – мрачно заметила Грэм, с ее лица исчезли следы безмятежности.

– Среди гостей будут друзья нашей семьи, знакомые Хэлен, которых она знает на протяжении многих лет и несколько новых друзей Кристины. Если бы Хэлен не заслужила благодарности за все годы, отданные на благо Ярдли, я бы никогда не согласилась на эту авантюру. – Она прикоснулась к своим волосам, устремив свой взор куда-то вдаль, и продолжила: – Мне будет сложно, вы нужны мне.

Анна не видела причины в такой необходимости, но не могла противиться прямой просьбе Грэм.

– Конечно, я приду.

Грэм кивнула.

– Хорошо. – Она собралась было уходить, но вдруг резко обернулась и серьезно посмотрела на Анну. – И я ожидаю видеть вас за ужином, Анна. Каждый вечер.

Не подождав ответа, она вышла из тени деревьев, и исчезла в лучах яркого солнца, оставляя Анну смотреть ей вслед.