Звезда любви возвращается - Элизабет Беверли

— Ты просто прекрасна на вкус, — повторил Уиллис, — настолько прекрасна, что я…

Его голос прервался, и неожиданно Розмари прижалась к нему. Но не по своей воле. Это сделал Уиллис.

Розмари больше не сомневалась — Уиллис начал целоваться первым. Он положил ее ладони на свою шею, скользнул руками вниз, обнял Розмари за талию и притянул к себе.

Розмари растаяла в его объятиях. Она ловила миг счастья и длила наслаждение. Теплые губы Уиллиса были нежными и ласковыми, бережное поглаживание его рук почти уничтожило ее волю. Розмари желала Уиллиса всю свою сознательную жизнь. И вот теперь он пришел к ней сам, страстным нетерпеливым любовником.

Но память о том, как Уиллис оттолкнул ее две ночи назад, заставила Розмари отпрянуть. Он шагнул за ней, пытаясь дотянуться до ускользнувших губ. Но Розмари уперлась кулачками в грудь Уиллиса и быстро отвернулась, пока не успела сдаться в плен поцелуя.

— Не надо, Уиллис, — мягко попросила Розмари, — не целуй меня больше и не заставляй думать, что хочешь быть со мной. Все равно потом ты оттолкнешь меня, как той ночью.

Уиллис нашел глаза Розмари.

— Той ночью… — начал он, но его голос дрогнул.

Розмари скрестила руки на груди, как барьер — совершенно бесполезный — между ее желанием и разумом.

— Я тогда не думал о близости…

— И я не думала, — призналась Розмари после секундного колебания.

Уиллис кивнул, прикрыл глаза, пряча свои чувства, опустил руки и сделал шаг назад. Розмари ощутила себя покинутой и одинокой.

— Значит, ты не хотела меня, — спокойно произнес Уиллис.

Розмари шагнула вперед.

— Я не говорила этого, — бросила она, не вдаваясь в подробности.

Как будто не понимая, что делает, Уиллис поднял руку к волосам Розмари и обвил свободную прядь вокруг пальцев.

— Тогда чего ты хочешь, Розмари?

Слишком взволнованная, чтобы отвечать, она вернула ему вопрос:

— А ты? Чего хочешь ты?

Уиллис нехотя улыбнулся и позволил ее волосам выскользнуть из руки.

— Я первый спросил.

Розмари тоже попробовала улыбнуться, но не смогла.

— Я… — она переступила с ноги на ногу, — я хочу… — И Розмари опустила взгляд. — Я хочу, чтобы ты снова поцеловал меня, — робко сказала она, подняла голову и встретилась с серьезными глазами Уиллиса. — Я хочу, чтобы мы продолжали целоваться.

Уиллис тут же оказался перед ней. Он взял Розмари за подбородок и приподнял ее голову. Одновременно он снял очки и сунул их в карман пиджака. Розмари провела ладонью по мягкой рубашке, коснулась пальцами теплой кожи под воротником. Но едва Уиллис попробовал наклониться, Розмари снова отстранилась.

— Не стоит, если ты опять оттолкнешь меня, — объяснила она. — Уиллис, прошу тебя…

Он улыбнулся и прижался лбом к ее волосам.

— Ни за что, — пообещал он. — Розмари, той ночью, — он тяжело вздохнул, — я совершил глупую, непростительную ошибку.

— Почему ты так говоришь? Я никогда не слышала, чтобы ты считал себя глупым или беспечным. Напротив, все, что ты говорил или делал, всегда…

— А как бы ты назвала человека, — перебил он ее, — отказывающегося от близости с красивой женщиной, которую желает долгое, долгое время?

У Розмари отчаянно забилось сердце. Что значит долго? Дни? Недели? Годы? Сколько? Но Уиллис склонился к ее лицу и не позволил задать все эти вопросы.

— Я хочу тебя, Розмари, — произнес он, слегка касаясь ее губ, — и мне кажется, ты тоже… Почему мы должны ненавидеть друг друга? Почему мы не можем наслаждаться своим желанием, пусть и не понимая его причин?

Розмари нервно рассмеялась.

— Это не похоже на речь блестящего ученого. Где вычисления, точные формулировки? Как ты можешь отдаваться чему-то, не изучив причины? Не найдя объяснения?

— По вине Бобржиницколоницкого, — усмехнулся Уиллис.

Она все еще стояла с поднятой головой и полуприкрытыми глазами, когда рассеянно пробормотала:

— Что?

— Если то, о чем я думаю, может произойти, то есть могло бы произойти…

Не открывая глаз, мечтательным тихим голосом, который зажигал пожар во всем теле Уиллиса, Розмари произнесла:

— Я думаю, можно смело говорить, что это произойдет.

Уиллис прочистил горло и немного неловко проговорил:

— Тогда есть кое-что, что ты должна знать обо мне.

Розмари распахнула глаза и пристально посмотрела на Уиллиса.

— О чем ты?

— Я… — Он сглотнул.

— Что, Уиллис?

— Я, видишь ли… — он сглотнул и заставил себя договорить до конца, — имею не слишком большой опыт в области секса. У меня было всего две женщины. — Уиллису показалось, что Розмари улыбнулась, он быстро наклонился вперед и продолжил: — Одна — бухгалтер, вторая — профессор информатики в МТИ, она читала лекции в Бостоне пару лет назад.

— И что же? — Розмари рассмеялась. — Именно это я и должна знать о тебе?

Он кивнул.

— Я тоже… была близка всего с двумя мужчинами.

— Неужели? — вырвалось у Уиллиса в изумлении.

Розмари задел его комментарий.

— По-твоему, я сплю со всеми подряд, да?

Уиллис промолчал, но густой румянец залил его щеки. Розмари без труда догадалась, что ее слова попали в цель.

— Уиллис! Как ты мог думать обо мне такие гадости?

— Я просто смотрю на тебя, Розмари, — принялся защищаться он. — И не представляю мужчин, которые не жаждали бы обладать тобой.

Розмари слегка порозовела и немного расслабилась.

— Не то чтобы все умирали по мне, но многие, ты прав. Знаешь ли, чтобы соблазнить меня, в человеке должно быть что-то еще, кроме желания улечься в постель.

— Вот как?

— Конечно. Ты думаешь, я совсем неразборчива?

— Нет. — Уиллис покачал головой. — Вовсе нет. Я только подразумевал, что ты красивая женщина, дружелюбная, веселая, замечательная и ласковая. — Он улыбнулся. — И что любой мужчина в радиусе сотни миль мечтает о тебе.

Розмари покраснела еще сильнее. Теперь она знала, что Уиллис — самый искусный соблазнитель в мире.

— Ну, ты преувеличиваешь. Большинство мужчин безразличны ко мне. Как и я к ним.

Уиллис хотел спросить почему, но остановился. Лучше не испытывать судьбу. Важно одно — в настоящий момент Розмари хотела быть с ним.

Поэтому он притянул ее к себе, приник к ее губам и забыл обо всей Вселенной.