Голубой Маврикий - Жорж Кулецкий

– Лева, – возбужденного заговорил Милош, – ты почему не предупредил, что эти парни из морской пехоты? Они там одному нашему чуть руку не сломали.

– Раз чуть, значит, не сломали.

– Но он теперь не может ей ниц делать.

– Что-то нашли?

– Эти парни нашли. Но это не голубой Морис.

– Пусть находят все, что хотят. А что тамошняя полиция у них нашла?

– Ниц.

– Они что, искать не умеют?

– Искать они умеют, но эти ваши тоже не глупые хлопцы. Но если они что-то найдут, мы сразу узнаем. Наши люди за ними смотрят.

– Смотри, чтобы не проглядели…

Львович уже начал сомневаться, удастся ли ему вернуть свои шесть тысяч евро, вложенные в это авантюрное предприятие. Утешением служило то, что давний партнер, которому он доверял, несмотря на идеологические расхождения, – Львович считал, что при коммунистах все было не так плохо, как утверждали демократы, – тоже вложил свои деньги. А чехи, по его убеждению, весьма прижимистые люди и вкладывают только при уверенности не меньше восьмидесяти процентов.

«…Описание этого сражения должно быть сделано до мелочей, а после того оно должно изучаться в морских училищах, чтобы будущие командиры знали, каких ошибок надобно избегать и к чему быть готовыми…

На восточном берегу мое внимание мои спутники обратили на странную пушку. Она была вкопана в землю недалеко от кромки воды, но жерло ее было направлено вверх. Мне рассказали, что поутру, встав спиной к солнцу, нужно было смотреть через обрез пушки на средний «палец» из трех вершин и провести мысленно линию. Потом через сто шагов будет пальма и в пятнадцати шагах направо от нее, строго перпендикулярно к линии первого выдвижения, небольшой холмик. Там уже прокопана траншея, которая ведет к пещере. Пещера та нынче пустая, но говорят, приходил сюда пять лет назад какой-то корабль, сошли с него на берег десяток людей, напугали до смерти слугу хозяина этого участка, который оставался сторожить поле сахарного тростника, прокопали эту самую траншею и поутру ушли в океан, оставив пустые ящики и бочки. У них был лоцман, знавший местные особенности, иначе они оказались бы на одной из мелей. Да и еще кто-то знал, какие знаки и как следует понимать.

Думаю, что на этом острове, как на восточном, так и на западном побережье, будет еще немало искателей сокровищ, хотя ценность этой земли совсем не в том, что в ней закопали лихие морские разбойники. Ценность Маврикия в нем самом, в том, что провидение распорядилось поднять эту землю из океанских глубин именно в этой точке океана…»

Когда компания после недолгого путешествия вернулась в гостиницу и швейцар в бежевом костюме уже привычно стукнул в гонг, возвещая о прибытии гостей, к Игнату в вестибюле быстро подошел смуглый человек – скорее всего креол индийских корней – в тонком темно-синем костюме, типичной на Маврикии одежде чиновников не самого высокого ранга. Чуть поодаль на диванчике расположились двое полицейских в форме: светло-голубые рубашки с короткими рукавами и черными погонами, темно-синие брюки. Рядом лежали их фуражки в черно-белую шашечку – точные копии лондонских.

– Добрый вечер, – обратился чиновник к Игнату, в котором он почувствовал лидера этой компании. – Извините, что я беспокою вас, но я из полиции, и у нас есть небольшое к вам и вашим друзьям из России дело. Мне бы хотелось, чтобы мы вместе съездили в Порт Луи, – вежливо, но твердо сказал чиновник.

Игнату стало ясно, что это не просто служка из департамента, а человек более серьезный. Все-таки люди из спецслужб узнают друг друга без обмена визитными карточками. Что-то в них есть неуловимое, причем общее что для русских, что для немцев или итальянцев. Оказалось, и маврикийцы не исключение.

– Парни, у нас, кажется, возникают какие-то проблемы, – повернулся он к Василию и Филиппу. – Меня приглашают в Порт Луи.

– Игнат, – вступила Юлиана, – насколько я поняла, они хотят, чтобы поехали все трое. – И что-то переспросила чиновника на французском.

Тот сразу же согласно кивнул головой и повторил Игнату – вы вместе с друзьями, но леди не должна ехать, она ведь не с вами.

– Думаю, нам лучше поехать, – согласился Василий. – Мы можем оставить вещи в номерах?

– Оставьте их здесь. Не будем терять времени.

Все вместе вышли из отеля и пошли по гравийной площадке к стоявшим поодаль двум синим «дефендерам» с трехцветными фонарями спецсигналов на крыше. Стекла были за проволочными решетками, которые были выкрашены также в синий цвет, а потому и не выделялись.

А Юлиана вдруг поняла, что ей не безразлична судьба Василия и его друзей.

Правда, придя в свой номер, она первым делом включила компьютер, подключилась к Интернету и стала искать в Googl, кто такой Остап Ибрагимович. В русской версии оказалось 138.000 упоминаний. Юлиана начала открывать их одно за другим – и так увлеклась, что забыла на время и о Василии, и о его друзьях, и о возникших у них проблемах.

– Я так думаю, что у нас в номерах они уже покопались и не хотят, чтобы мы им устроили скандал по поводу обыска, – предположил Игнат.

– Думаю, ты прав. Вот только, что мы нарушили? К чему могут прицепиться?

– Скоро узнаем. Если что, будем требовать консула.

В полицейском участке, том самом, рядом с почтовым офисом, они прошли в кабинет, где их уже ждали.

– Господа, мы рады, что вы избрали наш остров для своего отдыха, и надеемся, это недоразумение не омрачит ваше пребывание. Но мы не можем оставить без внимания ту информацию, которую получили на днях из двух источников, – начал уже более серьезный начальник, чем тот, с которым они приехали. – Вы ведь не будете отрицать, что вы – военные моряки и служите в специальной части?

– Извините, у вас какое звание? – неожиданно спросил Василий.

– Майор.

– Очень хорошо, господин майор. Я закончил службу пять лет назад, мой товарищ – чуть больше месяца, а наш друг Филипп вообще никогда не служил ни на флоте, ни в армии. Так что ваша информация устарела. К тому же она – не секретная, можно ее проверить. В чем еще нас обвиняют? И зачем потребовалось привозить нас сюда вечером?

– У нас есть сообщение, что вы прибыли на остров, чтобы найти возможность захода на него атомных подводных лодок из России.

Майор был явно сухопутным и надеялся, что если информация подтвердится, это разоблачение будет сенсационным. Может быть, даже в глобальном масштабе. Он даже представлял себе заголовки типа «Русский противовес Диего Гарсия». Вполне логично предположить, что если у американцев есть база на Диего Гарсия, то и русским стоит заиметь свою в Индийском океане. В конце концов, этот океан не менее важен, чем Средиземное море или Атлантика.

Игнат с Василием разве что не расхохотались, а Филипп, хотя и был ошарашен, но его подмывало спросить – почему именно атомных подводных лодок? Обычные лодки тоже весьма серьезная сила. Но разумно счел за благо лучше промолчать.