Укрощение ловеласа - Ребекка Уинтерз

— Да, но я сейчас говорю о своих чувствах к тебе. Я думала, что, восстановив Реми в правах, я решу все проблемы. Но оказалось, что передо мной встала еще большая проблема.

— Какая?

— Ты. Что мне делать с тобой?

— А чего ты хотела бы?

— Все равно мои мечты не сбудутся, значит, нет смысла о них говорить. Мне следует довольствоваться тем, что в эту минуту мы вместе.

На этот раз Жасмин сама нетерпеливо отыскала его губы, рассказывая о своих чувствах без слов. Этот поцелуй длился долго, чуть не сведя Шарьера с ума.

И вдруг его пронзила боль, какой он раньше не испытывал, потому что стало ясно: это ее прощальный поцелуй. Люк привлек любимую к груди и зарылся лицом в ее шею. Она действительно уезжает, и ее не отговорить.

— Прежде чем ты отправишься в Штаты, я хочу, чтобы мы немного побыли вместе. Я возьму для этого отпуск. Когда ты уезжаешь?

— Я обещала быть дома к седьмому августа — родители будут отмечать тридцатую годовщину со дня их свадьбы.

Люк ощутил поднявшийся в нем протест. Она уезжает так скоро? Он быстро подсчитал в уме.

— Значит, у нас в распоряжении всего неделя.

Жасмин застонала и встала с его колен.

— Хватит фантазий, Люк. Я не могу с тобой поехать.

— Почему?

— Ты знаешь. Твоя жизнь здесь. А моя — по ту сторону Атлантики. Думаешь, эта короткая поездка сделает нас счастливыми? Ведь мы будем все время помнить, что в конце ее нам придется расстаться. Об этом даже подумать больно. По крайней мере мне. Но ты мужчина, ты смотришь на это по-иному.

— Не понял.

Не глядя на собеседника, Жасмин пояснила:

— Ты можешь отправиться куда-нибудь с женщиной, приятно провести с ней время, а затем пойти дальше своей дорогой. Женщины — другие. Не все, но некоторые. Я — точно. Путешествовать вместе, заниматься с тобой любовью — и все это лишь для того, чтобы потом распрощаться? Я не хочу пройти через такие мучения.

Люк взял в руки ее ладонь.

— Тогда мы не будем спать вместе.

Жасмин улыбнулась:

— Но ты ведь француз.

— Я — мужчина, и желание заниматься с тобой любовью у меня возникло еще на Геронисосе. Но вовсе не поэтому я зову тебя поехать со мной. Если ты считаешь, что я хочу лишь овладеть тобой, то заблуждаешься. На днях я признался тебе, что ни к кому не испытывал таких чувств, как к тебе. Мне будет достаточно даже просто обнимать и целовать тебя во время нашего короткого отпуска.

— Люк…

— Неужели мы не можем в этой суматошной жизни выкроить время для себя? На этом катере мы можем отправиться в любую точку Средиземноморья. Мы будем исследовать гроты и руины. И я смогу осуществить свои мечты — ведь у меня они тоже есть.

На лице Жасмин было написано изумление.

— Ты правда сможешь вот так взять и уехать?

Он вскочил на ноги.

— Моя работа никуда не денется. А вот ты улетаешь. Мы уже обсудили все деловые вопросы. Теперь я хочу, чтобы в оставшееся нам время нас не волновало ничего, кроме друг друга.

— Я тоже этого хочу, — призналась она. — Но не могу уехать на целую неделю. До отъезда мне нужно закончить кое-какие дела.

Она согласилась! Люк облегченно выдохнул и протянул Жасмин спасательный жилет.

— Сейчас мы плывем назад, забираем твою машину и отправляемся в Грасс. Когда ты упакуешь вещи, мы вернемся обратно на моем автомобиле. Я тоже соберусь, и мы снова выйдем в море. А когда нам приглянется какое-нибудь местечко, бросим там якорь на ночь.

Люк спрыгнул на песок и столкнул катер в воду, размышляя о том, что надо было тогда, в мае, подняться вместе с Жасмин на утес. И может быть, сейчас они были бы все еще на Кипре, так увлеченные друг другом, что им ни до чего больше не было бы дела. Но что толку оглядываться назад? Главное — те несколько дней, что ждут их впереди.

* * *

По пути на причал Люк завез Жасмин на свою виллу, расположенную неподалеку от замка старинной династии Гримальди в Кань-сюр-Мер. Жасмин была очарована этим средневековым городком с лабиринтом улочек, в котором Шарьеры жили уже много веков.

Несколько часов спустя она уже плыла с Люком на его катере вдоль побережья.

— Видишь те огни впереди?

Жасмин кивнула в ответ.

— Мы только что миновали Алассио и сейчас подплываем к Баба-Бич, где проведем ночь. Здесь обычно мало людей.

Окрестности выглядели просто сказочно. Жасмин из-за работы так и не нашла времени полюбоваться Лазурным побережьем, теперь она собиралась наверстать упущенное.

Люк бросил якорь в укромной бухте недалеко от берега. Здесь действительно никого не было, если не считать видневшейся чуть подальше парусной лодки.

Жасмин скинула спасательный жилет и переоделась в каюте в джинсы и топ. Люк, надев тренировочные брюки и футболку, выставил на палубу два лежака бок о бок.

— Как насчет немного расслабиться, прежде чем отправиться спать в каюту?

— О да! Разве можно уснуть в такую ночь, как эта!

Она устроилась на лежаке, животом вниз и головой к пляжу. Люк растянулся на другом лежаке на боку, подпер рукой голову и уставился на Жасмин.

Она рассмеялась:

— Ты не туда повернулся.

— Я уже был тут раньше и сейчас любуюсь тем видом, каким хочу.

От этих слов по ее телу разлилось тепло.

— Ты невыносим! — шутливо воскликнула Жасмин.

— А ты бесподобна! В библиотеке моего деда есть книга твоей бабушки. Я прочел ее и просмотрел все иллюстрации. Ты еще красивее, чем Меган. Реми, наверное, был в шоке, когда увидел твое лицо.

Она тоже повернулась на бок.

— Так и было.

— Скажи, что еще, кроме гордости, удержало его от того, чтобы принять предложение возглавить компанию после смерти отца? Я так понимаю, это было связано с твоей бабушкой?

«Да уж, ничего не ускользает от внимания Люка», — подумала Жасмин и сделала глубокий вдох.

— Помнишь, я рассказывала тебе о том, как Реми отправился в Париж управлять компанией, когда дедушка уехал в Южную Америку? После того как умерли его первая жена и ребенок, доктор посоветовал деду отправиться в долгое путешествие.

Люк сел.

— А я не знал об этом ребенке.

— О нем немногим известно. Это был его первенец. Так вот, дед отправился в длительную поездку вместе с друзьями, как и он, увлекавшимися археологией. Перед отъездом он попросил Реми подменить его у руля компании, а заодно присутствовать на банкете в парижской ратуше Отель-де-Виль по поводу вручения ежегодной премии лучшим парфюмерам. Там присутствовали все знаменитости, включая президента Франции и кинозвезд вроде Ива Монтана и Симоны Синьоре. Там, на банкете, какая-то женщина случайно толкнула Реми, и шампанское из его бокала выплеснулось на его рубашку. Той женщиной была моя бабушка, Меган Хант. Реми кинул на нее всего один взгляд и тут же влюбился без ума. Она тогда только недавно отучилась в Сорбонне на переводчика и собиралась уехать работать в Англию. Но Реми упросил свою тетю Доминик, у которой была частная школа в Швейцарии, взять Меган в помощницы. Когда однажды вечером он сделал любимой предложение руки и сердца, то в ответ услышал, что он очень ей дорог, но она еще не готова связать себя узами брака. Отказ причинил Реми такую боль, что после этого разговора он не справился с управлением автомобилем, попал в серьезную аварию и оказался в больнице. А на следующий день рано утром Реми должен был отвезти Меган на вокзал — она уезжала в Швейцарию. Узнав, что дедушка уже вернулся из поездки по Южной Америке, Реми попросил его проводить Меган. Он сказал, что любит эту девушку и собирается жениться на ней к Рождеству.