Игра лишь для двоих - Джулия Джеймс

Она замолчала и слегка покачнулась.

– Можно… я присяду?

Не получив ответа, Элоиз опустилась на диван. Она изо всех сил сжимала свою сумочку, которую держала на коленях, прикрывая живот. Ее пальцы касались округлости, в которой зарождалась новая жизнь, ее драгоценный ребенок. Мысль о том, что сейчас, в этот самый момент, решалось его будущее, придала ей смелости.

– А что тут объяснять? – сухо спросил Вито. – За тебя все сказали твои поступки. Ты не та женщина, за которую я принимал тебя, иначе как объяснить случившееся?

Элоиз стало дурно, но она собралась с силами. Она молчала слишком долго, и теперь пришло время говорить.

После длинной, бессонной и беспокойной ночи Элоиз поднялась рано утром, разыскала на кухне Марию и упросила ее присмотреть за Джонни, пока вернутся его родители. Потом она помчалась на Манхэттен. По дороге Элоиз позвонила на домашний телефон своей матери и оставила голосовое сообщение, сказав, что вскоре ей может понадобиться хороший адвокат.

Потому что выходить замуж за Вито, когда он относился к ней таким ужасным образом, с презрением и недоверием, было бы просто невыносимо! Все, что ей оставалось, это прийти к болезненному, мучительному решению о совместной опеке над их ребенком…

Если только не…

Элоиз снова преисполнилась решимости. Ей необходимо попытаться и снова завоевать доверие Вито. Исправить ошибку, которую она допустила.

– Так о чем ты хотела поговорить? – напряженно спросил Вито, не дождавшись ее ответа. – И что такого ты можешь сказать, что изменит сложившуюся ситуацию?

Он осуждал ее, не выслушав, осуждал за сам поступок, не зная его причины.

– Вито, я… я хочу попытаться достучаться до тебя, чтобы ты понял, почему я не сказала тебе о своей беременности.

Она судорожно вздохнула, потом выдохнула, стараясь унять дрожь в голосе.

– Сначала, когда я только узнала, что беременна, я была потрясена, не могла поверить в то, что случилось. Благодаря контактам матери мне предложили работу у Карлдонов, и я конечно же объяснила им свою ситуацию. Они оказались чудесными людьми и даже предложили мне, если я захочу, остаться у них после того, как родится ребенок. Мать тоже… – Элоиз запнулась и начала с особой тщательностью подбирать слова. – Она оказала мне поддержку, за что я очень признательна ей. Но именно из-за нее я… я не пыталась связаться с тобой, чтобы рассказать тебе о ребенке.

– Как тебя понимать? – нахмурился Вито.

Элоиз тяжело сглотнула и, сжав кулаки так сильно, что ногти впились ей в ладони, заставила себя продолжать.

– Я никогда не рассказывала тебе о своей семье и о своем детстве. И даже о своей матери. Но сейчас мне придется это сделать.

Каменное выражение лица Вито лишало ее мужества, но она не сдавалась.

– Когда… когда мать была такого же возраста как я сейчас, она… она безнадежно влюбилась в… в моего отца. У них случился головокружительный роман, и они поженились всего через несколько месяцев после знакомства, упиваясь своей страстью. Они думали, что будут счастливы вместе до конца своих дней!

В ее голосе появились нотки горечи.

– Но никакого хеппи-энда не получилось. Все вышло как в пословице: «Женишься на скорую руку да на долгую муку». Они оказались абсолютно несовместимы друг с другом. Моя мать всегда была нацелена на карьеру, а отец мечтал о жене, которая будет заботиться о семейном очаге. И… – Элоиз снова тяжело сглотнула. – …И он мечтал о большой семье. Чтобы она родила ему много сыновей.

Она замолчала и, казалось, сдерживалась, чтобы не заплакать.

– Моей матери не свойственны материнские инстинкты. Когда я родилась, она открыто заявила отцу, что больше не намерена беременеть и не будет рожать ему сыновей, о которых он так сильно мечтал. – Элоиз рассеянно посмотрела в окно, не видя перед собой ничего, кроме пустоши, которую представляло собой ее детство без отца. – Он бросил ее. Уехал из Англии и перебрался в Австралию. Развелся и снова женился. На этот раз он выбрал в жены женщину, которая с готовностью оставалась дома, готовила ему обеды и растила большую семью. Все, как он хотел. У них родились одни мальчики. Ни одной девочки.

Она перевела взгляд на Вито, но видела не его, а мужчину, которого никогда не знала. И никогда не узнает. Которому она оказалась ненужной, и он отверг ее с того самого момента, когда она родилась.

Когда Элоиз заговорила, ей показалось, что в ее горле сухо, как в оставшейся без воды пустыне.

– Я совсем не помню своего отца, потому что он бросил нас, когда я была совсем маленькой. Если бы я встретила его на улице, я бы не узнала его. Он был бы – и есть сейчас – абсолютно незнакомым для меня человеком. Он отказался поддерживать контакт со мной и вычеркнул из своей жизни, словно меня никогда не существовало. И меня на самом деле не существует для него. Я родилась девочкой, а он мечтал о сыновьях.

Элоиз слегка пожала плечами.

– Мать отпустила его. Она была даже рада его уходу, потому что могла посвятить всю себя работе. Она растила меня с помощью армии нянечек. Я училась в школе-интернате, а она занималась моим воспитанием в свободное от работы время, которого у нее почти никогда не было.

Она снова пожала плечами.

– Она всегда твердила, что она хорошо заботилась обо мне – но не сама, а с помощью посторонних людей. Мама любит меня по-своему, а я люблю ее, но у нас никогда не было… близких взаимоотношений.

Элоиз вдруг охватило беспокойство. Она поднялась с дивана и принялась мерить шагами комнату. Вито стоял не шелохнувшись и только взглядом следил за ней. Элоиз вдруг остановилась и посмотрела ему прямо в глаза.

– Вито, когда я узнала о своей беременности, я тут же подумала о своем отце и о том, что его совсем не интересовала собственная дочь. Я увидела в своей ситуации ужасные отголоски того, что произошло между моими родителями.

– Но я не такой, как твой отец!

– Вито, ты должен был жениться на другой еще до появления нашего ребенка на свет! Вот с какой реальностью я столкнулась, когда узнала, что беременна!

– Бог мой, – взвился Вито, – неужели ты думаешь, что я женился бы на Карле, если бы знал, что ты беременна? Да тогда бы дело не дошло даже до помолвки с ней! Элоиз, вот что ужасает меня больше всего. То, что ты не сказала мне правду и я мог жениться на Карле! Я мог быть сейчас женатым человеком! От одной мысли об этом у меня кровь стынет в жилах!

Она пошатнулась, услышав брошенное в свой адрес обвинение, но не собиралась сдаваться.

– Вито, но я не знала этого! Ты заявил мне прямо в лицо, что помолвлен с Карлой! Откуда мне было знать, что это неправда?

– Я пытался сказать тебе, – отрезал Вито. – Но ты отказалась выслушать меня.

Элоиз побледнела и закрыла глаза, словно признавая справедливость его обвинения.