Неукротимый граф - Валери Боумен

– Если какой-то дерзкий негодяй захочет встретиться с вами наедине, отвечайте отказом. На людях он не станет пытаться вас поцеловать.

– Вы уверены? – спросила Алекс.

– Абсолютно. Иначе я лично вызову его на дуэль, поскольку ваш брат еще не достиг надлежащего возраста.

И вновь по спине Александры пробежала дрожь. Выходит, лорд Оуэн был готов вызвать на дуэль ее обидчика? Кто бы мог подумать!

Девушка откашлялась и тихо проговорила:

– Знаете, есть один джентльмен, чей поцелуй был бы мне по душе, вот только…

– Кто он? – Вопрос Оуэна прозвучал подобно выстрелу.

Алекс помолчала. Может, не стоило это говорить? Но если уж начала…

– Он… Я хочу сказать, что он…

– Прошу прощения, – перебил Оуэн. – Полагаю, вы говорите о том молодом человеке, от которого ждете предложения.

Алекс кивнула в ответ.

– Да, конечно. Но что, если меня попытается поцеловать другой мужчина – тот, чьих поцелуев я вовсе не желаю? Я хочу быть готова и к такому повороту событий, понимаете?

– Что вы имеете в виду? – Оуэн прищурился.

– Думаю, мне нужно попрактиковаться, если вы будете так любезны и поможете мне, – ответила девушка, стараясь ничем не выдать своего смятения.

– Попрактиковаться? – Оуэн нахмурился. – Каким образом?

Украдкой скрестив пальцы, Александра на одном дыхании выпалила:

– Вы должны сделать вид, будто пытаетесь меня поцеловать, а я дам вам отпор.

Глаза Оуэна округлились.

– Но я не совсем уверен… – Он умолк и откашлялся.

И тут Александра поняла: ее план сработает лишь в том случае, если она будет делать вид, что все это – лишь часть обучения. Следовательно, она должна была вести себя так, будто ничего особенного не происходило.

– Буду с вами откровенна, Оуэн. Вы не можете просто обучить меня флирту, а потом оставить один на один с каким-нибудь похотливым поклонником – ведь я же не знаю, как дать ему отпор, если потребуется. Неужели не понимаете?..

Оуэн поскреб в затылке, и по выражению его глаз Александра поняла, что он всерьез обдумывал ее слова. Что ж, отлично!

– Ладно, хорошо. – Оуэн вздохнул. – Я попытаюсь вас поцеловать, а вы отпрянете и ударите меня веером. Конечно же так стоит делать лишь в крайних случаях. И я еще раз настоятельно рекомендую вам не оставаться наедине с кем бы то ни было.

– Я прекрасно вас поняла, – ответила Алекс, отчаянно пытаясь унять бурю эмоций, поднявшуюся в груди.

Оуэн же поправил галстук и расправил плечи. Затем, посмотрев на девушку, проговорил:

– Вы так восхитительны сегодня, леди Александра. Ваша красота меня околдовала, и боюсь, я не в силах совладать с охватившей меня страстью.

Александра с трудом сдерживала смех.

– Не в силах совладать с охватившей вас страстью, милорд?

Губы Оуэна изогнулись в улыбке.

– Не судите меня строго, дорогая. Уверен, многие сказали бы и кое-что похуже. Но не я, конечно. Я предпочитаю изъясняться более изысканно. Я лишь предположил, как бы мог выразиться негодяй, вознамерившийся запятнать репутацию невинной девушки.

Александра с усмешкой посмотрела на стоявшего перед ней мужчину.

– Хотите сказать, что никогда не делали дамам непристойных предложений?

На губах Оуэна заиграла улыбка нераскаявшегося грешника.

– Конечно, не делал. Я совершил множество неблаговидных поступков, но никогда – в отношении дам, чья репутация могла бы пострадать.

Александра рассмеялась.

– Вы имеете в виду таких, как я?

– Совершенно верно. – Оуэн отвесил поклон.

– Что ж, продолжайте! – Алекс взмахнула рукой. – Так что же вы мне сказали, мистер Ухажер?

Оуэн с усмешкой покачал головой.

– Нет-нет, берите выше, дорогая. Он должен оказаться… по меньше мере, лордом Ухажером.

– Прекрасно, – кивнула Алекс. – Так о чем вы говорили, лорд Ухажер?

– О своей страсти. Она охватила меня с невероятной силой, – с чувством произнес Оуэн, что в очередной раз развеселило Александру.

– И что же вы собираетесь предпринять? Не желаете ли объясниться, милорд? – спросила девушка.

Тут Оуэн привлек ее к себе, и Александра, тотчас же перестав смеяться, затаила дыхание.

– Нет, я не намерен объясняться. Я собираюсь… – Тут Оуэн наклонил голову, и Александра поняла, что решающий момент настал. Разумеется, она помнила, что ей следовало отпрянуть и дать «наглецу» отпор – то есть ударить его веером или даже отвесить пощечину (и рука, и веер были наготове). Но едва лишь лицо Оуэна приблизилось к ее лицу… О, она тотчас же забыла обо всем на свете и теперь могла думать только о теплом дыхании Оуэна и его чувственных губах. Несколько секунд спустя эти губы прижались к ее губам в страстном и неистовом поцелуе.

Сначала обоим показалось, что их на мгновение парализовал электрический разряд. И они замерли, ошеломленные. Но потом губы Оуэна пришли в движение, и Александра, обвивая руками его шею, внезапно почувствовала, что у нее подгибаются колени. «Я падаю!..» – промелькнуло у нее. Но в тот же миг сильные мужские руки подхватили ее, и Оуэн прижал девушку к своему огромному мускулистому телу. Из горла Александры вырвался стон, и Оуэн, тоже застонав, стал целовать ее с еще большей страстью. Александре же казалось, что она тотчас рухнет на паркетный пол, если вдруг уберет руки с его шеи. От Оуэна чудесно пахло дорогим одеколоном, аромат которого смешивался с едва уловимыми запахами дыма и хвои. В какой-то момент, по-прежнему крепко обнимая Оуэна, девушка приподнялась на цыпочки, пытаясь ответить на поцелуй.

Когда же Оуэн наконец отстранился, оба дышали тяжело и прерывисто. Внезапно глаза молодого человека расширились, и он с удивлением пробормотал:

– Но вы же не отстранились…

– А вы меня поцеловали… – прошептала Александра, мысленно возликовав. Ах, что это был за поцелуй!.. Это было удивительно! Как она и предполагала. Как и представляла в мечтах. Быть дерзкой и решительной иногда и впрямь очень выгодно.

– Я поцеловал вас, поскольку думал, что вы меня оттолкнете. – Оуэн смотрел на девушку так, словно она внезапно превратилась в какое-то экзотическое животное, которого он никогда прежде не видел.

Однако Александра была почти уверена: Оуэн целовал ее гораздо дольше и с большей страстью, нежели ожидалось от изображающего страсть учителя. Она уже собиралась спросить, почему он не остановился, – но в последний момент поняла, что не желала этого знать. «Нет-нет, пусть все останется, как есть», – решила она. И вдруг, улыбнувшись, сказала:

– Я забыла вас ударить.

Оуэн промолчал. И какое-то время они пристально смотрели друг на друга. Наконец Оуэн провел ладонью по волосам и со вздохом проговорил: