Утро после «Happy End» - Татьяна Веденская

– Знаешь, мы, пожалуй, можем взять ипотеку прямо сейчас, – выдал он и посмотрел на меня взглядом победителя.

Я так и обмерла.

– Ты считал? Просчитывал ипотеку?

– Ну да! Теперь мы не можем себе позволить слоняться по чужим углам! – весомо изрек Константин. – Ребенок не должен рождаться где попало. Мы вполне можем позволить себе однокомнатную квартиру. Не в этом районе, конечно, но где-нибудь в Измайлове.

– Стой-стой-стой! – я замотала головой. – Скажи мне, что ты чувствуешь. Ты рад?

– Что? – непонимающе посмотрел на меня Костя. Родной, такой изумленный и взъерошенный. Прелесть!

– Ты рад?

– Что за глупости, конечно рад. – Он тряхнул головой и принялся тереть глаза, словно в них разом что-то попало.

– И то хлеб, – вздохнула я.

Костя подошел ко мне и порывисто прижал к себе.

– Я не то что рад – я просто в неописуемом, в невыразимом восторге. Это самая лучшая новость, которую я только слышал за всю свою жизнь!

– Вот это как раз то, что надо, – удовлетворенно кивнула я. И подумала, что, наверное, и в моей жизни до сего дня не происходило ровно ничего, что можно было бы сопоставить с этим.

Весь вечер мы говорили с мужем о том, как будем растить ребенка, как купим квартиру, в которой будем счастливы. О том, как все будет хорошо. О том, что он никогда и никому не даст меня в обиду. Что надо начать откладывать деньги на образование ребенка, потому что «образование – это самое главное». Костя волновался и поминутно спрашивал меня, как я себя чувствую.

– Прекрасно, просто прекрасно, – пыталась заверить я его, но он мне не верил, осматривал со всех сторон и спрашивал, что у меня болит.

– Ну, должна же ты хоть что-то чувствовать?! – возмущался он.

– Я – да. Я чувствую, что ты меня достал! – смеялась я.

– Прости. Может, тебя положить спать? Может, тебе теперь все время надо лежать?

– Ага, и как корове все время жевать траву! – пыталась я достучаться до его разума.

– Почему траву? Может, тебе чего-то хочется? Я где-то слышал, что беременным часто хочется какого-нибудь деликатеса! Хочешь, я схожу и куплю?

– Можешь ты хоть минуту просто полежать со мной рядом. Просто спокойно полежать? – Я устало отмахивалась от его назойливой заботы, разом свалившейся на меня.

– Полежать? Конечно, – он прижал меня к себе и, по-моему, попытался перестать дышать.

Я улыбнулась и запустила руку к нему под рубашку.

– Милый, родной, – прошептала я.

Он напрягся.

– Ты что! Тебе теперь, наверное, нельзя.

– Ну конечно. Прямо на все девять месяцев, – тихонько засмеялась я.

Костя поцеловал меня в лоб, а потом вся наша супружеская любовь напоминала попытку разминировать часовой механизм очень хрупкой, практически хрустальной бомбы. И я не могу сказать, что мне это не понравилось. Во всяком случае, могу сказать точно, что так меня еще никогда не любили. Мужчина, особенно в таком возрасте, как Константин Яковлевич, если его женщина ждет первенца, смотрит на нее, словно на богиню, способную вершить его судьбу. Это чувство безграничной власти, власти, которая превращает «Мужус обыкновенус» в «Настоящего Мужчину – защитника, кормильца, опору, лучшего друга, няньку и во все, что душа пожелает». Это было самым прекрасным, что мне довелось испытать в жизни. По крайней мере в семейной.

Утром Костя виновато собирался на работу. Он на цыпочках передвигался по квартире, стараясь меня не разбудить. А разбудить-то как раз и нужно. Ведь еще никто не освободил меня от исполнения служебных обязанностей. Потоки желающих потратить кровные деньги на отдых увеличивались с каждым днем. Зима была на излете, но лаяла, как обезумевший от голода цепной пес. Самые страшные холода, самые ледяные ветры бывают именно в конце февраля. И все эти атмосферные явления гонят граждан в теплые края еще до того, как начнется официальный сезон. Официальный сезон – это безумие, сводящее с ума менеджеров и туроператоров. А февраль – март – апрель – ненапряжная, но довольно насыщенная трудовая пора.

– Почему ты меня не разбудил? – поймала я Костю на месте преступления. Он как раз пытался бесшумно надеть ботинки.

– Ты так сладко спала, – оправдался он. – Тебе надо больше спать.

– Меня уволят!

– Ты сама сказала, что теперь это невозможно! – парировал Костя.

– Невозможно, если я буду работать. А если я работать брошу, никто мне на дом зарплату носить не будет. Особенно НН. – Я лихорадочно напяливала на себя рейтузы.

– Осторожней! – с замиранием сердца воскликнул Костя, когда я споткнулась о штанину.

– Слушай, ты прекращай так дергаться, – разозлилась я. – Ты так не доживешь до родов!

– Да, ты права, – поник супруг. И принялся уговаривать меня поехать на такси.

– Если я буду ездить на такси, как мы купим квартиру? – приперла я его к стенке. Он молчал, как «побитый пес». – И вообще, я всегда права.

– Тогда я тебя провожу! – уперся Костя и действительно доставил меня до самых Ленгор. Я, честно говоря, немного обалдела от такой реакции мужа на простую новость о беременности жены.

– ВАУ! – сказала Аллочка и быстренько нагадала мне безоблачного семейного счастья.

– ВАУ! – сказала Динка по телефону. – Я тебе говорила?!

– ВАУ! – ответила я. – И что теперь будет?

– Будешь счастливой! – сказали все хором. И я расслабилась.

Пусть все идет как идет. Раз уж мне достался такой чудесный муж, зачем напрягаться. Да, возможно, что это и не его ребенок! Возможно, что это – ребенок Дениса. Но кому будет лучше, если этот маленький факт станет общеизвестным? Денису точно нет. Мне – так станет только хуже. А уж Косте и подавно. Мужику тридцать девять лет! Ему просто необходимо стать отцом. Разве нет?

– Конечно, – кивнула Аллочка. – Ты совершенно права.

– Ты считаешь? – задумалась я. Вдруг оставшись одна, я почувствовала себя мошенницей, незаконно прикарманившей огромное богатство. Богатство, конечно, прекрасно и неописуемо мне нравится, но оно чужое. Как только меня вычислят, все станет гораздо хуже. Гораздо хуже.

– Не будь дурой! – разозлилась Динка, когда я поделилась с ней своими сомнениями. Она доступно и популярно объяснила мне все, заставив поверить в неизбежность того, что происходит. Впрочем, я не сильно сопротивлялась. Что я, Жанна Д’Арк, чтобы самой угробить собственное счастье?

Костя завалил меня букетами, книгами с фотографиями малышей в разных ракурсах. Мы с ним могли часами разговаривать о том, как сейчас выглядит наш ребенок.

– Ты представляешь, у него уже практически сформированы все органы! – показывал на картинку с симпатичным эмбриончиком Костя. – Скоро он сможет нас слышать. Тебе надо испытывать только положительные эмоции!