Песня нашей любви - Сильвер Джеймс

После обеда, когда все встали из‑за стола, Такер пошел на кухню, где Зои мыла посуду.

— Ангел мой, ты не обязана делать это.

— Напротив, — тихо, но в то же время решительно возразила она. — Я должна платить по счетам, а со Смити…

— Иди сюда, — перебил ее Такер и привлек к себе, а потом поцеловал в макушку. — Я объясню тебе кое‑что насчет моей семьи. Мы стоим горой друг за дружку. Когда кто‑то один попадает в беду, все спешат ему на выручку. Включая наших двоюродных братьев. Зои, все наладится. Обещаю.

— Не обещай того, что не можешь исполнить. На Смити работает тот ужасный адвокат. Они собираются учинить большой скандал, и я втянула в это дерьмо твою семью.

— Моя семья хочет…

Такер не договорил, потому что в эту секунду расплакался Нэш, лежавший на кухонном островке в своей люльке‑переноске. Зои достала из холодильника бутылочку со смесью и поспешила к сыну.

— Мне нужно покормить Непоседу.

Такер собрался последовать за ней, но тут на пороге кухни появился его кузен Ченс. В одной руке он держал куриную ножку, а в другой папку с бумагами.

— В кабинет, — коротко бросил он. — Я отправил Дону Изли контракт Зои, — сразу перешел к делу Ченс, когда они вошли в комнату, которую когда‑то отец Такера использовал в качестве рабочего кабинета. — Теперь у меня к тебе остался всего один вопрос. Я поговорил с Редмондом Смити. Сколько денег ты готов заплатить ему, чтобы он отказался от родительских прав на Нэша? И почему?

Ответ на первую часть вопроса не вызывал никаких сложностей. А вот со второй… Такер не был импульсивным человеком. Он не совершал безумных поступков и не подбирал с обочины сбежавших невест, оказавшихся на мели. Он не помогал младенцам на родах. Он не влюблялся в деревенских девушек с чарующим голосом. По крайней мере, так было до встречи с Зои. Наверное, он влюбился в нее в тот самый момент, когда поправлял ее ужасное свадебное платье, пытаясь уместить его в свою машину.

— Ты говорил с Зои насчет того, чтобы лишить Редмонда родительских прав?

— Нет, но она не указала Смити в свидетельстве о рождении. Она не хочет видеть этих людей ни в своей жизни, ни в жизни своего сына. Что касается суммы. Я готов заплатить любые деньги. — Он заплатил бы миллион долларов, лишь бы Смити оставили Зои и Нэша в покое. Черт, он отдал бы даже десять миллионов. — Ты спросил, почему я это делаю. — Такер посмотрел на носки своих ботинок. — Я, определенно, влюбился.

— Это все, что я хотел знать. — Ченс достал из папки несколько документов. — Мне нужен чек на сто тысяч долларов. Завтра я полечу в Алабаму, добьюсь, чтобы Смити подписал необходимые документы, а затем положу эти деньги в трастовый фонд для него и его семьи. Теперь поставь свою подпись здесь, здесь и здесь.

— Насколько сложно оформить документы об усыновлении?

— Немного поспешное решение, тебе не кажется? — обеспокоенно посмотрел на него Ченс. — Учитывая данные обстоятельства?

— Возможно, — пожал плечами Такер. — Но ты знаешь меня. Я человек методичный. Я хочу, чтобы они были готовы. На всякий случай. Когда придет время.

— Как скажешь, приятель, — собирая документы со стола, ответил его кузен.

Когда они вышли из кабинета, Кэтрин хлопотала на кухне, а Зои нигде не было видно. Ченс остановился, чтобы чмокнуть свою тетушку в щечку, а потом, после ее выговора, со смехом бросил обглоданную куриную ножку в мусорное ведро. Такер впервые за долгое время облегченно вздохнул. Убрать Смити из жизни Зои стоило каждого пенни.