Пустоцвет - Nata Zzika

— Ой, да, заработалась, — женщина с изумлением оглядела пустое помещение — все давно ушли, а она и не заметила!

И ощутила, как сосет пустой желудок — кроме завтрака в нем сегодня ничего больше не побывало.

— Так увлеклись? — протянул руку старший. — Можно взглянуть?

— Да, конечно, — смутилась Маша. — Только я еще ничего не сделала, одни наброски.

— Любопытно, — отреагировал начальник, изучая Машины записи. — Над этим проектом, по очереди, весь отдел бился, никому не удалось найти решение, хотя, некоторые идеи были вполне удачные, но стопроцентного попадания не случилось. И, честно говоря, я с трудом представляю, что нужно сделать, чтобы продажи сдвинулись с мертвой точки. Слишком специфический товар. Посмотрим, что у вас получится, надеюсь, сумеете меня удивить, — улыбнулся мужчина. — Идите домой, завтра рабочий день, и опаздывать у нас не принято.

А дома ее встретила сердитая Надежда Львовна.

— Мария, вам не приходило в голову, что телефон существует, чтобы люди не волновались?

— Простите, заработалась и забыла обо всём на свете!

— Поразительная безответственность! — фыркнула женщина. — Мойте руки и марш за стол!

— Но, я…

— Без разговоров!

Только проглотив первую ложку восхитительного рагу, Мария поняла, как она проголодалась!

Готовить она не успевала, перебиваясь бутербродами и чаем, на что квартирная хозяйка смотрела с большим неодобрением. Вот и сегодня Машу ждала, в лучшем случае, яичница — если, конечно, остались яйца, в магазин за продуктами она тоже не попадала.

— Чтобы хорошо работать, человек должен хорошо питаться и отдыхать, — заявила Надежда Львовна.

— Времени не хватает, — стараясь не слишком торопливо работать ложкой, пробормотала Мария.

— Это потому что вы, Маша, совершенно неорганизованны! Многие вещи можно делать по пути. А еще крайне важен режим! Вот, почему вы сегодня так поздно вернулись с работы?

— Мне новый проект получили. Практически, безнадежный, — Маша с сожалением посмотрела в пустую тарелку, борясь с желанием протереть ее хлебной корочкой. — От того, как я с ним справлюсь, зависит, возьмут ли меня на постоянной основе. Увлеклась и потеряла счет времени.

— Сложное задание?

— Очень, — Мария вздохнула и отодвинула тарелку, так и не решившись пустить в дело хлеб. — Спасибо большое, необыкновенно вкусно!

Хозяйка, ни слова не говоря, сгребла тарелку, положила в нее еще рагу и вернула на стол.

— Ешьте.

— Да я уже наелась, — вяло запротестовала Мария, краснея от стыда, что пожилая женщина ухаживает за ней, как за ребенком.

— Пока дно у тарелки не увижу — из-за стола не выпущу, — не слушала возражений хозяйка. — Между прочим, я поручилась за вас перед своим учеником, Владиком, он ждет от вас результативного труда. А если вы не будете нормально питаться, то не только ничего путного не придумаете, но еще и опозорите меня голодным обмороком.

— Спасибо, — пробормотала Мария, берясь за ложку. Есть хотелось зверски, даже непонятно, с чего на нее напал такой жор. — Я, вроде бы, не собираюсь в обмороки.

— Это пока. Но если вы не наладите режим сна и питания, то они не за горами. Я правильно понимаю, что вам поручили очень сложное дело, которое сейчас занимает все ваши мысли?

— Да, так и есть.

— У меня предложение — поскольку сами готовить вы не успеваете и, судя по ситуации, вряд ли у вас появится больше свободного времени, я могу готовку взять на себя. Мне без разницы — на одного варить или на двоих, даже неплохо, что дел будет чуть больше, чем обычно. И вам удобно — не выкраивать время на домашние дела.

— Как раз неудобно, вы не обязаны меня кормить.

— Будете давать мне некоторую сумму на продукты, а остальное — моя забота.

Маша доела рагу, чувствуя, как сытость разливается по телу. Еще бы чайку!

Будто подслушав её мысли, Надежда Львовна придвинула к девушке чашку с ароматным напитком, и следом — блюдечко с вареньем.

— Так как?

— Да, это бы очень меня выручило, но удобно ли вам? Ходить по магазинам, готовить? — веки стали тяжелые, как и язык. Тянуло опустить голову на руки и отключиться.

— Значит, так и поступим. Э-э, да вы, Маша, сейчас за столом уснете! Нельзя так себя изнурять, вставайте, я провожу вас в комнату.

Утром Мария оставила на кухонном столе десять тысяч двумя бумажками.

— Как закончатся, скажете, хорошо?

— Хорошо, — сурово ответила хозяйка. — Обедать не забывайте, иначе мне придется просить Владика проследить.

— Не надо! — испугалась Маша, представив, что подумают коллеги, если начальник станет следить за ее распорядком дня. — Я больше не забуду!

Когда ей позвонил адвокат Сомова, первую минуту она с трудом вспомнила — кто это. И что Диме от нее надо. В голове ничего, кроме проекта, не было. Маша ела, шла, разговаривала, а сама прокручивала варианты и идеи, перебирала пазлами находки и решения, выстраивая схемы, придумывала слоганы.

— Развод? Да, конечно, я не возражаю. Что? Справку?? Вы с ума сошли, у меня нет ни минутки свободной, еще бегать по врачам! Слушайте, это не мои проблемы, сожалею, но ничем помочь не могу. Хотя, недавно я проходила медкомиссию, в том числе и гинеколога. Если вас устроит, то можете обратиться в пятую поликлинику. Я уверена, что вы сможете достать дубликат заключения и без моего участия. Всего доброго.

Уф, столько всего навалилось, что она совсем забыла о своем подвешенном состоянии — ни жена, ни разведёнка.

Сердце кольнуло — Дима… Как же так, Дима…

Женщина сохранила данные, автоматически перекинув все, что наработала, на флешку — привычка, оставшаяся еще с прошлого места работы. Однажды в системе произошел сбой, и они потеряли результаты двухнедельного труда целого отдела. Пришлось восстанавливать по крупицам. С тех пор она всё дублировала.

Маша встала и вышла в коридор. Заглянула в туалет, умылась, всматриваясь в бледное лицо. Да, Надежда Львовна права, вид далеко не цветущий. Просто, она не высыпается, столько беспокойства из-за проекта! Все работают вдвоём-втроём, а ей сунули самый безнадежный, и она пытается в одиночку что-то придумать. С едой наладилось, еще бы сон нормализовать, а то дома она по часу ворочается, прокручивая в голове злосчастный проект, а утром едва отдирает голову от подушки.

Родители обижаются, что у дочери минутки лишней нет, с ними поговорить.

Маша намочила платок и аккуратно протерла лицо, на несколько секунд приложив прохладную ткань к глазам — устают, столько за монитором сидеть!

Разговор с мамой и отцом вышел непростой, но родители поддержали, это главное. Папа рвался поговорить с Дмитрием, ей еле-еле удалось его убедить не вмешиваться. Она очень надеется, что удалось.