Радуга завтрашнего дня - Бертрис Смолл

— Если завтра не будет ни дождя, ни снега, поставим во дворе мишень и начнем наши занятия. Сабрина, если надумаешь, присоединяйся к нам.

— Никогда не видела, чтобы дама стреляла из лука! — зачарованно прошептала Бри.

— Видишь ли, девочка, — усмехнулась Фланна, — я только учусь быть леди, но пока не слишком получается. Зато с луком я здорово умею обращаться!

Она встала и пощекотала малыша под подбородком.

— А ты, крошка Уилли? Тебя мы посадим "на пони уже весной. Ну а теперь нужно побыстрее накормить и уложить детей. Дорога была долгой. Энгус, куда ты пропал?

— Я здесь, миледи, — сказал мажордом, выступив вперед и кланяясь джентльменам. — Я уже говорил с экономкой, миледи. Мы готовим спальни в восточной башне. Я немедленно отведу детишек на кухню и велю повару подать ужин.

Фланна кивнула и вновь обратилась к гостям. Бидди, глаза которой просто лезли из орбит, рассматривала Энгуса.

Испуганные детишки не могли двинуться с места.

— Энгус ничего вам не сделает, малыши, — заверила Фланна. — Когда-то он присматривал за моей мамой, а потом помогал растить меня. Теперь приехал со мной в Гленкирк. Он мой друг и мой слуга. Вы должны во всем полагаться на него. Обещаю, он о вас позаботится.

— — Спасибо, миледи, — промямлила Бидди, очевидно, все еще сомневаясь.

Но Фредди обрел голос и осмелился спросить:

— А сколько в вас футов?

— Целых семь, парнишка.

— Каково это — быть таким большим? — допытывался Фредди.

Энгус нагнулся и подхватил малыша на руки.

— Вот так, парнишка! Ну, что думаешь?!

— Мне это нравится! — смеясь, взвизгнул Фредди.

— И меня, и меня тоже! — вскричала Сабрина, громко хохоча.

— Идите за мной, мистрис Бидди, — попросил Энгус. — Вас ждут горячий ужин и теплые постели.

И он зашагал к выходу вместе с новыми друзьями. Следом семенила Бидди с малышом Уилли.

— Как я могу отблагодарить вас, мадам? — воскликнул герцог Ланди. — Вижу, под вашим крылышком мои дети будут счастливы и в безопасности.

— Детям для счастья не много нужно, — отмахнулась Фланна. — А теперь я должна идти и присмотреть за служанками, чтобы как следует согрели спальни детей.

Она присела и поспешила уйти.

— Сядем, Чарли, — предложил Патрик. — Я хочу услышать все новости. Уверен, что ты приехал в Шотландию не только ради детей.

Мужчины устроились перед очагом, и Гленкирк наполнил кубки.

— Как матушка? Когда ты видел ее в последний раз и почему не оставил детей с Генри?

— Мама глубоко скорбит по отцу, — ответил Чарли.

Как все отпрыски матери от разных отцов, Чарлз Фредерик Стюарт не знал своего усопшего родителя и называл отцом Джеймса Лесли, ибо тот был единственным настоящим отцом, которого он помнил. — Она увезла Отем во Францию, вместе с верными слугами, включая того, кто женился на Торамалли. Вряд ли он тоскует по твоему горному логову.

— Существует ли опасность, что солдаты Кромвеля нападут и на Кэдби, как напали на Королевский Молверн? — допрашивал Патрик.

— Вряд ли. Поэтому я и привез малышей к тебе. Генри всеми силами старается не показать предпочтения ни одной из сторон. Если бы я оставил своих цыплят у него, боюсь, он стал бы мишенью для фанатиков. Как и все мы, Генри был потрясен и возмущен казнью короля, но он смотрит вперед. Когда-нибудь этот ужас закончится, и молодой король займет свое законное место. Если Линдли хотят выжить, значит, должны соблюдать нейтралитет. Так считает Генри, и я согласен с ним, несмотря на родство с королевской семьей. Меня же — именно из-за этого — вечно будут подозревать. Когда Бесси убили, я понял, что больше не могу терпеть. Поэтому и встал на защиту короля. Но дети — мое слабое место. Здесь же им ничего не грозит, ибо не многие знают, что ты мой брат. Ты в своем великолепном уединении убережешь моих крошек. Мама знает, где ее внуки, и не станет тревожиться.

Патрик кивнул, медленно потягивая вино.

— Но что станешь делать ты, Чарли, пока я буду заботиться о твоих отпрысках? Какой опрометчивый поступок собираешься совершить? Шотландский парламент держит твоего короля в тугой узде. Кажется, я слышал, как ты сказал своей дочери, что король через две недели будет в Абердине? Зачем он приезжает?

— Нам нужно собрать войско, Патрик. Англию можно отвоевать у мятежников, только имея большую армию.

— Ты рехнулся! Неужели гибель отца ничему тебя не научила? — взорвался герцог Гленкирк.

— Шотландцы никогда бы не проиграли сражение при Данбаре, если бы генерал Лесли в своей безграничной гордости не велел солдатам спуститься с холмов, где их позиция была неуязвима, и расположиться лагерем прямо перед англичанами. Разве этому старому напыщенному ослу не пришло в голову, что отчаявшиеся англичане могут атаковать первыми? Англия в тисках чудовища. Люди больше не могут терпеть. Побольше воинов — и короля будет приветствовать вся страна.

— Шотландских воинов, чертов ты дурак! — окончательно разозлился Патрик. — И ты в самом деле веришь, будто шотландская армия перетянет англичан на сторону Карла Стюарта? Да англичане смертельно боятся шотландцев! Завидев всех этих дикарей в пледах и килтах, с волынками и развевающимися знаменами, англичане пойдут на все, чтобы выдворить их из страны. И не думай, что их встретят с распростертыми объятиями и гимнами радости! На протяжении двух поколений англичане считают Стюартов чужеземцами!

— Все потому, что король Яков и Карл Первый родились в Шотландии. Этот же появился на свет в Сент-Джеймском дворце. Подданные любили своего принца и любят по-прежнему. Довольно с них Кромвеля и его порядков, бесчеловечных солдат и псалмопевцев, очистивших нашу церковь от пышности, епископов и радости поклонения Господу! — страстно закончил Чарли.

— Не могу не согласиться с тобой, Чарли, — кивнул Патрик, — но ты не сумеешь вновь посадить молодого короля на английский трон с помощью шотландской армии.

Англичане такого не позволят. Этим можно повредить делу короля.

— Он хочет вернуться домой, — мягко заметил Чарли. — Бесси была убита в сентябре. Я уехал на север в середине ноября и с тех пор нахожусь при дворе, если это можно назвать двором. Шотландский парламент ухитрился отгородить короля от его истинных друзей, отправив их в изгнание. Эти чертовы священники день и ночь читают ему проповеди. Знаешь, что сказали они после Данбара? Что это Стюарты виноваты в гибели шотландцев, потому что не приняли ковенант раньше.

Потому что цеплялись за свою англиканскую церковь, вместо того чтобы вести нацию по пути пресвитерианства. И единственная причина, по которой приняли его в Шотландии и пойдут за ним в Англию, — надежда принести и туда свою религию и силком навязать ее англичанам.

Патрик устало покачал головой.