Жених напрокат - Миранда Ли

– Хорошо, – сдержанно ответила Шарлотта, твердо решив не поддаваться на лесть. – Так я, говоришь, не похожа на других? Очень мило.

– Мило! Ты превращаешь мои слова в банальный комплимент!

Шарлотта рассмеялась.

– Это ты сказал, не я. Ну вот мы и подъехали к Сесноку. Совсем чуть-чуть осталось. Ты что-нибудь знаешь о Сесноке?

– Немного.

По тону Дэниэла Шарлотта поняла, что никакой Сеснок ему не интересен, но роль гида могла отвлечь ее от размышлений.

– Рудники, вина и люди, – вслух прочитала она вывеску у дороги перед въездом в Сеснок. – В этой фразе весь Сеснок. Сначала это был шахтерский городок. Потом здесь стали выращивать виноград. В последние несколько лет это место пользуется большой популярностью.

– Кажется, люди здесь живут неплохо, – ответил Дэниэл когда они, сбросив скорость, поехали по широкой главной улице города.

– Так и есть. Цены на недвижимость взлетели, но тут действительно здорово, особенно летом. Подожди вот выйдем из машины, увидишь. Снаружи такая жара, что дышать трудно. – Согласно прогнозу температура в долине Хантер в этот день обещала подняться до тридцати восьми градусов. Это гораздо жарче, чем в Сиднее с его более мягким климатом.

– Мы здесь не остановимся?

– Нет, – ответила Шарлотта.

– И долго еще нам ехать? – спросил Дэниэл.

– Недолго. Минут десять от города, – уточнила она. – Если только я не перепутаю поворот.

Поворот она не перепутала. И вскоре Сеснок остался позади, а они продолжили путь по извилистой дороге по обеим сторонам которой росли деревья.

– Если верить карте, которую мне прислали из турагентства, – сказала Шарлотта, то отель должен быть справа, где-то совсем рядом.

Сначала дорога спускалась вниз, в лощину, а затем стала круто подниматься вверх. Наконец справа от них на вершине холма замаячил роскошный комплекс импозантных зданий в колониальном стиле.

– Впечатляет, – проговорил Дэниэл, когда они с Шарлоттой выехали в большие черные кованые ворота.

– Если верить турфирме, отель построен около двадцати лет назад, но его недавно отремонтировали, и теперь он считается одним из пяти самых лучших курортов долины Хантер. Здесь есть все, что душе угодно – сказала Шарлотта, паркуя машину возле здания с вывеской Администрация. – Пятизвездочный ресторан бар, бассейн с подогревом, теннисные корты, прогулочные дорожки, спортзал, в номерах люкс – а у нас как раз такой – джакузи и веранды с видом на долину.

– И кондиционеры, надеюсь, – сказал Дэниэл, вылезая из машины. – Здесь действительно очень жарко.

– Я предупреждала. Впрочем, похоже, надвигается гроза, – заметила Шарлотта, вглядываясь вдаль, где над горным хребтом собирались грозовые тучи.

Признаки надвигавшейся грозы обозначились не только в небе, В душе Шарлотты тоже зрела буря. Теперь, когда они добрались до места, она почувствовала, как ее начинает кружить вихрь страсти. Жара в атмосфере не шла ни в какое сравнение с испепелявшим ее жаром тела.

– Давай не будем стоять на солнцепеке, – предложил Дэниэл, беря Шарлотту за руку и подводя к административному зданию.

Через пять минут им выдали ключ. На предложение зарезервировать для них столик в ресторане Дэниэл ответил отказом. Они закажут еду в номер.

Шарлотта не спорила.

Чтобы переставить машину под окна своего номера, ушло буквально две минуты.

– Соседний номер пустует, так что вам никто не будет мешать, – проинформировали их в отеле. – Из вашего номера открывается самый красивый вид. Бассейн и спортзал тоже от вас недалеко. Чтобы найти их следуйте указателям.

Номер располагался в конце прямоугольного здания с Высокой крутой крышей и двумя верандами – с фасада и с торца.

– Мы сейчас включим кондиционер но воздух охладится не сразу. Не хочешь пока пойти поплавать? – спросил Дэниэл, бросив сумки на веранде чтобы отпереть дверь.

– А ты? – вопросом на вопрос ответила Шарлотта. Плавать ей совершенно не хотелось.

– Нет. Душа в номере, пожалуй, будет достаточно, если ты не против.

Шарлотта посмотрела на Дэниэла, не в силах больше скрывать горевшее в ее глазах желание.

– Думаю, ответ ты знаешь сам, – очень спокойно проговорила Шарлотта. Однако этот нарочито спокойный тон явно свидетельствовал о ее внутреннем напряжении.

– Я чувствую то же, что и ты.

Шарлотте очень хотелось в это поверить, хотя она никак не могла представить, что Дэниэл способен на такие же глубокие, сильные чувства, что и она. Ведь для него это все давно привычно.

Дэниэл распахнул перед Шарлоттой дверь. Войдя внутрь, она застыла на месте, озираясь по сторонам. Номер оказался просторной комнатой, оформленной в стиле кантри.

– Похоже, у них тут хорошая изоляция, – предположил Дэниэл, закрывая за Шарлоттой дверь. – Тут, наверное, градусов на десять прохладнее, чем на улице. Но кондиционер включить все же надо.

Как и все мужчины, Дэниэл сразу же занялся техническими приспособлениями, находящимися в номере: проверил кондиционер и телевизор, установленный в громадном стенном шкафу напротив такой же громадной кровати.

– Отличная ванная, – оценил Дэниэл, заглянув туда. – Посмотри.

Шарлотта повиновалась. Дэниэл оказался прав. Ванная была фантастической: джакузи, просторная душевая кабина туалетный столик со всеми туалетными принадлежностями.

Дэниэл раздвинул гардины над стеклянными дверями, ведущими на веранду. Он стоял спиной к Шарлотте, заложив руки в карманы.

– Потрясающий вид, – сказал он. – Все как на ладони. Жаль, мы пока не можем туда прогуляться. Может попозже, вечером.

– Дэниэл – выдохнула Шарлотта, не в состоянии ждать дольше.

Дэниэл неспешно, точно нехотя, обернулся.

– Да, Шарлотта?

– Зачем ты меня мучаешь?

Он улыбнулся.

– Я мучаю не тебя, любимая, а себя.

При слове «любимая» Шарлотта простонала, но Дэниэл истолковал ее стон как признак нетерпении. Все ее смешные и беспомощные попытки убедить себя в том, что ее влечение к Дэниэлу не более чем зов плоти рассыпались в прах от одного его слова, и сердце Шарлотты сжалось от боли.

Дэниэл в три шага преодолел разделявшее их расстояние и рывком притянул ее к себе.

Это было именно то, в чем сейчас нуждалась Шарлотта. Его резкость и даже агрессивность как нельзя более соответствовали ее настроению. Дэниэл, не церемонясь, крепко прижал ее губы к своим и начал срывать с нее одежду. Шарлотта помогала ему, радуясь возможности обойтись без всего, что могло хоть чем-то напомнить ей о любви.