Наказание для продюсера - Анна Леманн

Ксюша

Чем ближе был час моего выступления, тем сильнее я тряслась от предвкушения, что скоро выйду на сцену и покорю там всех. Покажу себя и стану кумиром миллионов. Под мои песни потом будут убираться в квартире, принимать душ, танцевать, готовить. Их будут напевать сами, с друзьями в караоке и записывая кавер-ролики.

— А ты к кому хочешь? — доносится до меня разговор двух девушек.

— К Цветкову, — отвечает ее собеседница. — Он такой милый и сильно не лютует. С ним выиграть легко!

— А я к Лауре, — говорит та, что задала вопрос. — Она крутая, после нее можно получить контракт с модельным агентством. Ты же знаешь, что она всех своих девочек через кучу стилистов прогоняет?

— Да, знаю, — отвечает ей вторая. — Либо к ней, либо к Цветкову хочу, но не к Златогорскому. Брр!

— А что не так с Златогорским? — спрашиваю их, поймав слегка растерянные взгляды сразу обеих блондинок. — Да, не бойтесь! Мне просто интересно. Мне же тоже в случае чего придется выбирать.

— Ну… Златогорский гоняет сильно. Это все знают. Ошибок не прощает и чтобы выбрать его, нужно быть либо глупцом, либо сумасшедшим. Он же загоняет тебя до вывалившегося языка.

— То есть Цветков — это легкий путь к победе, Лаура — путь не только к победе, но и к модельной карьере, а Златогорский — тиран и деспот?

— Да, — кивает собеседница. — Не удивлюсь, если у него вообще победительницы не будет.

— Она где-нибудь в больничке с нервным срывом будет валяться.

— В дурке, Ник, — хохотнув, поддерживает ее вторая девушка. — А это не тебя зовут? — спрашивает она меня.

— Где? — настороженно интересуюсь, прислушавшись к шуму, так как из-за всех разговоров вокруг ничего не слышно. Ни телевизора, на котором ведется трансляция, ни девушку, контролирующую выступления. Мы ее назвали Командирша.

— Номер семнадцать! Приготовиться! — слышу вдалеке.

— Меня! — подтверждаю я, чувствуя, как бешено колотится сердце.

— Номер семнадцать, три минуты до выхода! — повторяет Командирша.

Господи! Три минуты! Всего три минуты… Кто-нибудь, спасите! Уберите дрожь, успокойте мои нервы…

— Вы готовы? — спрашивает меня девушка в черном, держа рацию у лица. — Я могу сказать, что мы готовы?

— Да! — ко мне возвращается уверенность.

— Тогда — вперед, — подмигнув, говорит она и слегка толкает меня в сторону выхода на сцену. — Номер семнадцать отправила!

Однако, каждый шаг, приближающий меня к сцене, понижал мою уверенность, превращая меня в трусливого подростка, которого позвали к директору и сейчас за что-то будут отчитывать. Я вовсе не боюсь сцены, меня пугает тот факт, что сейчас на меня будут смотреть несколько миллионов человек, среди которых бабушка, дедушка, мама, папа, братья, Ева, Кирилл — вся моя многочисленная семья.

Но ради них, я и должна быть самой лучшей тут! Знаю, что они переживают сейчас не меньше меня.

Как только я делаю шаг из-за кулис, меня ослепляют прожекторы, заставляя морщиться в начале, а затем они тухнут и им на смену приходит мягкий свет сценического освещения. Собравшись с духом, мысленно даю себе подзатыльник и заставляю улыбаться. Уверенность мгновенно возвращается, чтобы позволить мне легкой походкой от бедра дойти до микрофона. Взглядом нахожу диван, на котором сидят продюсеры и улыбаюсь каждому из них.

Лаура доброжелательна и отвечает тем же, Дмитрий подмигивает, а Златогорский смотрит на меня с каменным лицом. Будто бы сейчас не участница пришла, а на сцену полено вынесли. В зале около пятидесяти гостей, которые приглашены сюда в качестве массовки.

— Представьтесь, — произносит Дмитрий, когда я подхожу к микрофону.

— Меня зовут Роксен. Мне восемнадцать лет. На проект я пришла, чтобы победить! — выдаю заученный текст.

— Браво! — хлопает продюсер в ладоши. — Роксен, это все мы слышали в ролике о тебе, поэтому расскажи нам что-нибудь интересное — то, чего мы не знаем.

В ролике? В каком еще ролике?! Ай, ладно, потом у Дмитрия спрошу.

— Оу… Я люблю шоколад, — произношу первое, что приходит в голову, и с улыбкой смотрю на Дмитрия, передавая взглядом благодарность за утренний презент.

— Прекрасно. И еще один вопрос: с каким животным ты себя ассоциируешь? — спрашивает Дмитрий.

Животное? Они серьезно? Хотя, глядя на их лица, понимаю, что они абсолютно серьезны. Разве задают такие вопросы на вокальном конкурсе? В чем логика? Но… о какой логике может идти речь, если даже в анкете участника ее не было.

— С хомячком, — хмыкая, пожимаю плечами

— Довольно интересный выбор, — со смешком, комментирует Лаура. — А почему с ним, если не секрет?