Счастье рядом, или няня с довеском - Натали Лемм

Ярослав

Не мог дождаться утра воскресенья, так плохо спал эти два дня. Не могу уснуть без моей малышки Киры, которая так вкусно пахнет. А теперь как будто из дома этот запах начинал выветриваться, вместе с моим спокойствием. Праздник удался на славу, и что взбрело в голову моей маме привезти ко мне в дом Ольгу? На что рассчитывала Ольга? Я ведь ей ясно дал понять, что все закончилось! Ну, хоть успокаивает тот факт, что мама все осознала, позвонила в субботу и попросила:

— Сынок мне очень стыдно перед Кирой, я бы хотела извиниться перед ней.

— Мама Кира сейчас не со мной, а у себя. Попросила дать ей время подумать.

— Как-то не красиво, получилось. Думаю, она меня поймет, как мать. Дай, пожалуйста, мне её адрес.

— Хорошо мама. Записывай.

Я так надеялся, что мама все поняла и приняла мой выбор, что за хлопотами и играми с детьми совсем забыл позвонить предупредить Киру.

Дети слушались меня, мы играли в настольные игры, гуляли на улице, никто не плакал и не капризничал. Чувствовал себя отцом большого семейства, в ответе за своих детей и их досуг.

Когда дети играли без меня, я как призрак бродил по дому, только цепями наверно не скрипел. Как сильно мне не хватало моей малышки! Она, оказывается, умеет защищаться сама, не только сбегать и прятаться. Это её сравнение с куклой, было крайне неприятно, да и тапочки тоже. Я никогда не думал о ней в таком ключе. Когда впервые ощутил вкус её губ, как током рубануло, «моя!» крутилось в мозгу, то ли от усталости, то ли от воздержания. Думал, только о ней с того момента, а она избегала. Сколько бы еще от меня бегала, если бы не её кошмар. Так было приятно держать её в своих объятиях, чувствовать её гибкое тело, вдыхать её запах, как токсикоман со стажем.

Для Василисы лучшей мамы и подруги не найти, ребенок сам принял её в нашу семью, без уговоров и принуждений. С Кириллом на одной волне, как будто так было всегда. Кирилл, я его воспринимал как часть Киры, не было ни ревности, ни отторжения. Просто щемящее чувство, глядя на него, что это частичка моей женщины. Я бы тоже хотел иметь такого сына. Он как маленький взрослый, не устраивал истерик, наблюдал и говорил максимально по делу. Как осторожно он впускает меня в свою зону комфорта, садится рядом, а не за Василисой, чаще обращается ко мне. Смышленый и скромный малыш, гордость мамы. Как же замечательно мы жили целый месяц, как настоящая семья, без вмешательства посторонних. Я ощущал, себя счастливым. Не так, СЧАСТЛИВЫМ, это как здоровым после затяжной болезни. Видно правду говорят: «счастье как здоровье, когда оно есть — не замечаешь». Счастье рядом, только руку протяни и не отпускай. Не отпущу!

Она никогда ничего не просила и не требовала, как другие. Только… время подумать. Впервые у меня попросили время подумать! И как долго она будет думать? Время, время…

Как, на зло, это время тянулось как резиновое. Кира, моя нежная и ранимая, а все-таки имеет внутренний стержень, выстоит, вытерпит. Моя маленькая, гордая малышка! Как глубоко ты запала мне в душу! Не стал ей звонить, помнил её слова о контроле, но так хотелось её услышать. До ломоты в пальцах, держал телефон и сдерживал себя, чтобы не набрать её номер.

Василиса с Кириллом на меня поглядывали, лишь изредка задавая вопросы: «А когда Кира придет? А сегодня она придет? А может она вечером придет? А может, ты ей позвонишь папочка? Папочка мы скучаем по Кире! Позвони ей, с ней веселее играть! Позвонишь?…» Василиса со скоростью пулеметной очереди, выдавала причины, почему Кира, должна быть с нами здесь, при этом Кирилл сдержанно её в этом поддерживал.

Я только ответил:

— Давайте маме Кире устроим выходной, не будем звонить. Она так устала. Пусть немного отдохнет. Если заскучает, то обязательно нам позвонит.

На этом дети немного успокоились, и мы дружно направились на разборку пиратского логова. Ни что так не сближает, как совместная уборка, кажется, это Кира мне говорила.