Девочка с перчиками - Екатерина Вильмонт

– Вот, собрался, но... Яночка, ты меня отпустишь? Если скажешь нет, я останусь! Ты для меня важнее...

– Это сейчас тебе так кажется, а если я тебя не отпущу, ты через месяц меня возненавидишь! – грустно улыбнулась Яна, у нее защемило сердце.

– Яна уже успела тебя изучить! – покачала головой Нелли Яковлевна. – Меня это ужасно пугает, но я же тебя знаю. Как будто можно тебя куда-то не пустить...

– Знаете, я очень-очень счастлив! И я буду так рваться в Москву, к вам! Тимка, ты приглядишь за моими женщинами, моими любимыми... Янка, а давай до моего отъезда поженимся, чтобы ты была как настоящая жена моряка...

– Настоящая жена моряка? Нет, Миша, как известно, жены моряков не самые верные жены, – улыбнулась Яна. – И куда нам спешить? А то найдешь в какой-нибудь Коста-Рике жгучую красотку и подумаешь – зачем я связался с этой бледной молью?

– Это ты бледная моль? – возмутился Миша.

– Ну, по сравнению с латиноамериканскими красотками, конечно! Поэтому я лучше буду тебя ждать как подруга моряка... А то не успею выйти замуж, как останусь соломенной вдовой, куда это годится? Я не хочу!

Тимофей сидел ни жив, ни мертв. Мишка уедет, она останется... И он еще просил меня за ней приглядывать...

– И надолго ты из Москвы линяешь?

– Да, наверное, месяцев на восемь, а впрочем, как пойдет... Вылечу в Панаму, оттуда пойдем сперва на Галапагосы, потом на остров Пасхи...

– А на чем вы пойдете? – сурово спросила Нелли Яковлевна.

– На отличной комфортабельной яхте, с настоящим опытным капитаном...

– А какая-нибудь связь с тобой будет?

– Разумеется! Электронная почта... И вообще. А кстати, вы можете прилететь в какую-нибудь точку, повидаемся! Ну, скажем в Австралию!

У него так блестели глаза, он был захвачен своей авантюрной идеей!

А Яна не знала, огорчаться или радоваться. С одной стороны было ощущение некоторой обиды – как же так, значит, моя любовь для него не главное, а с другой она испытывала облегчение от того, что не надо вот сейчас срочно принимать важное решение. Надо только держаться подальше от Тимофея... Но это несложно.

– Миша, а как же вторая книга? – вспомнила Нелли Яковлевна.

– О! Буду там писать при первой же возможности! Вообразите только, сколько воздуха и моря будет в новой книге!

– А тебя не укачивает? – спросил Тимофей.

– Нет, у меня, слава богу, вестибулярный аппарат как у космонавта!

– А я не могу, меня на море жутко укачивает, – смущенно признался Тимофей. – Да, Мишаня, ну и удивил ты меня... Да и всех нас удивил до чрезвычайности! – Он хотел спросить, нет ли опасности встретиться с сомалийскими пиратами, но вовремя одумался – к чему пугать и без того ошарашенных дам? И потому спросил: – А ты с кем-нибудь из команды знаком?

– Да, с двумя англичанами, прелестная пожилая пара. А вообще я давно уже состою в одном таком клубе, мы списываемся по Интернету... Эта экспедиция планировалась уже два года назад, потом по ряду причин отложилась на неопределенное время, а тут со мной связались...

И он принялся рассказывать об этих англичанах, с которыми он, оказывается, уже ходил в плавание к берегам Аляски.

– Миша, почему мы об этом ничего не знаем?

– Ну, зачем волновать любимую мамочку? Да и вообще, когда живешь в разных странах...

Вы вообще далеко не все обо мне знаете... Вот, к примеру, Яна спросила меня, почему я бросил живопись? Я наболтал какой-то чепухи, а на самом деле... Я сейчас вам признаюсь...

Все с удивлением на него уставились.

– Мама и Тимка знают, что я одно время подался в Заполярье, меня безумно волновали полярные сияния, безумно хотелось их писать... У меня был такой цикл – Полярные сияния! Я встретил там одну женщину... Нет, ничего такого, она мне в матери годилась, но это была фантастическая женщина, уникальный специалист по этим самым сияниям. Она предсказывала, вернее, прогнозировала с поразительной точностью эти сияния и магнитные бури. Ученый с мировым именем и вообще мировая тетка! Мы с ней подружились, она рассказывала столько интересного... Я иногда помогал ей чем мог, сопровождал ее с ружьем, когда в округе появился белый медведь... И однажды она взяла меня на метеостанцию недалеко от полюса и там мы увидели такую картину... Это полярное сияние было темно-красным, ну, цвета запекшейся крови, что ли... Невероятно! И вдруг чувствую, меня подташнивает... И она говорит, Миша, что-то меня тошнит. Вот по сей день и не знаю, отчего тошнило. Но я не к тому... Я загорелся написать это сияние... И не смог... Тот цикл у меня был неплохой, все мурманские говорили, что у меня получается, а с красным – ничего не вышло. И моя ученая старшая подруга сказала: «Миша, ну его в задницу, это красное сияние. А то, неровен час, с ума спятишь...» Понимаете, там был такой цвет... Я никак не мог его передать... долго мучился, а потом и вовсе решил забросить живопись. Какой я художник, если цвет передать не могу... Я это ощущал, как свое поражение, потому и не рассказывал.

– А как писатель, словами, можешь этот цвет описать? – спросил Тимофей.

– Ну, пока нет... Но и пробовать не буду, а то оно опять меня из колеи выбьет!

– Но ведь в точности передавать цвет дело не писателя, а художника... – подала голос Яна.

– Янка, я люблю тебя! – воскликнул Миша.

Странно, почему Миша только сейчас рассказал о своих планах? Он боялся, что я начну его отговаривать, удерживать? Но он ведь и матери ничего не сказал, и даже лучшему другу? Он кажется таким открытым, как на ладони, а там столько под спудом... И даже эта история с полярным сиянием... Ведь буквально сегодня утром мы говорили о том, почему он бросил живопись... А может, он просто тогда еще не придумал эту красивую историю с красным полярным сиянием? Он ведь писатель... Мог сочинить... Мой вопрос натолкнул его на воспоминания и он выдумал все? Но даже если выдумал, история получилась отличная, совсем не банальная... Он очень талантливый человек... Правда, в иных случаях столь многоодаренный человек остается дилетантом во всех областях, но, кажется, это не про Мишу... Я, конечно, не специалист, но мне кажется, что писатель он талантливый и ему наверное необходимо такое вот путешествие... А что, может, я и вправду смогу полететь к нему в Австралию? Продам какую-нибудь цацку Олега и полечу! Увижу его после долгой разлуки и сразу все пойму... Просто мне дается такое испытание... И это прекрасно!

Надо только будет держаться подальше от Яны, принял решение Тимофей. А то соблазн слишком велик, хотя она, скорее всего, просто пошлет меня. А я не хочу! Меня и так уже жена практически послала куда подальше, старается не спать со мной под разными предлогами... Ну что ж, я живой мужик, мне нужна баба, завтра же позвоню Гене, она славная, кажется, неровно ко мне дышала, но пока работала в нашей фирме, для меня это было табу, а сейчас... Она хорошенькая, аппетитная, чем черт не шутит! И не стану я зариться на чужое, еще чего!