Отражаясь в тебе - Алла Дроздова

Варя полными слёз глазами смотрела на всех.

— Вы тоже так думаете? — спросила она родителей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Отец пожал плечами, а Настя, взглянув на растерявшуюся дочку, сказала:

— Егор! Я полагаю, что у Миши пока нет своих денег. Подарок очень дорогой. Во избежание неприятностей тебе нужно поговорить с его отцом. А потом уже будем решать, оставлять или возвращать.

— Ну что ж. Думаю, что разумное зерно в твоих словах есть, — согласился Егор. — Я сейчас у безопасников уточню номер Александра Марковича и поговорю с ним об этом.

Отойдя в сторону, Егор набрал номер службы внутренней безопасности поселка, и после минутных переговоров ему на телефон пришло сообщение с номером отца Миши — Александра Марковича Морозова.

— Ну вот. Номер у меня есть, — удовлетворенно сообщил Егор. — Сейчас поговорим с Морозовым-старшим и тогда определимся.

Мужчина, привезший подарок, затрясся как в лихорадке.

— Да что вы мне не верите? Я не могу Михаила Александровича ослушаться. Молодой хозяин будет очень недоволен моей работой. Подарок сюрпризом должен был стать, а вы тут Александру Марковичу звонить собираетесь. Поверьте, с ним всё в порядке. Здоровье отменное… призерские данные великолепные… — начал повторяться водитель. — И под седло заезжена. И к людям добродушна. Проблем не будет, — канючил он.

Егор на несколько минут растерялся, выслушивая заунывный монолог экспедитора, а затем решительно начал набирать номер Морозова-старшего.

После нескольких гудков ему ответили.

— Да, — из трубки послышался властный и несколько раздраженный мужской голос.

— Здравствуйте, Александр Маркович! Вас беспокоит Егор Архипов.

— А… Здравствуйте, Егор Александрович, — отозвался тот, немного смягчив первоначальный тон. — Очень рад слышать. Чем могу быть полезен?

— Да у меня к вам, собственно говоря, несколько необычный вопрос… Понимаете, сегодня утром ваш сын Михаил на день рождения моей дочери прислал очень дорогой подарок, и я…

На том конце провода гулко забухал гогочущий хохот. Мужчина так громко смеялся, что Егор вынужден был на какое-то время убрать подальше трубку от уха, чтобы не оглохнуть.

Насмеявшись от души, Александр Маркович спросил:

— Извините. А можно уточнить, что этот сукин сын подарил вашей дочери?

— Некую кобылу по имени… сейчас скажу… — и он знаками потребовал быстро подсказать ему кличку.

— Лэйла Пери, — подсказал мужик, чуть ли не вылезая из форменной одежды из-за старания.

— Лэйла Пери, — повторил Егор в трубку.

В телефоне повисла пауза. Затем мужчина на том конце условного провода крякнул, немного покашлял, а потом медленно произнес:

— Ну что ж! Это его право. Конезавод — собственность сына. И он сам распоряжается своим бизнесом. Это его дело, какие подарки делать своей невесте.

Теперь настала очередь Егора зависнуть.

После минутного замешательства он уточнил:

— Извините, но это какая-то ошибка. Они даже толком не знакомы, поэтому Варя не может быть невестой вашего сына, — начал было Егор, выразительно взглянув на Варю.

— Пустое, — перебил его Морозов-старший. — Значит, скоро будет Варя ваша — Варей нашей! Этот шельмец весь в меня! — не без гордости сказал он и снова забухал в трубку странным, немного булькающим смехом.

— Ну, это уж только им двоим решать, — почему-то обиделся за дочь Егор.

— Нет вопросов! Конечно решать молодым, но лично я бы не возражал против такой партии для сына. — Александр Маркович замолчал и спустя какое-то время так же решительно продолжил: — И поэтому не сомневайтесь, кобылка хорошая, справная. Да и денег немалых стоит… Ну, раз сын принял такое решение — оспаривать не буду. Сказал же — его бизнес. Пусть со своим имуществом поступает, как считает нужным. Я не буду вмешиваться в дела мальчика. — Затем, еще помолчав, добавил: — Совет дам. Я так понимаю, у вас для содержания кобылы условий нет… Поговорите с сыном. Пусть он ее назад в конюшню заберет на содержание. А девочка ваша, когда захочет, приезжать к коняшке будет.

— Ну что ж, спасибо за то, что уделили мне внимание и особенно за совет, — ответил Егор.

— До свидания, сват, — заржал Морозов и отключился.

Егор поморщился от такой фамильярности и пошел к ожидающим его женщинам. Они смотрели на него во все глаза.

— Морозов-старший сказал, что это право Михаила. Конезавод — это бизнес Морозова-младшего. Отец не вмешивается в его решения. Посоветовал поговорить с ним, чтобы он свой подарок взял к себе в конюшню на постой, поскольку нет у нас условий для его содержания.

— Я же говорил, что Михаил Александрович так решил, — снова загундосил сопровождающий.

Егор глянул рассерженно на него, и мужик замолчал.

— Теперь решение за тобой, моя дорогая! Решишь оставить — будем договариваться о содержании…