Больше никаких мужчин! - Ребекка Уинтерз

Риз держала ребенка на руках и кормила его, молясь о том, чтобы Джереми понял тщетность своих попыток и ушел.

— Есть кто-нибудь дома? — произнес Ник, прежде чем появиться на кухне. Вне сомнения, Альберт сказал ему о визите Джереми. Ник специально предупредил их о своем присутствии.

Выражение лица Джереми стало напоминать Риз выражение лиц членов семьи Херст, когда те вошли на кухню и встретились с Риз лицом к лицу.

— Ник Уэйнрайт, — она старалась говорить спокойно, — это Джереми Янг.

Будучи всегда учтивым хозяином, Ник протянул Джереми руку:

— Приятно познакомиться с вами, Джереми.

— И мне, мистер Уэйнрайт. У вас симпатичный сын.

— Спасибо. Я тоже так считаю. Прошу извинить меня за то, что помешал вам. Я пришел за сыном, хочу с ним немного поиграть. — Он одарил Риз загадочным взглядом, затем взял у нее Джейми. Мальчик по-прежнему ел из бутылочки. — Пойдем-ка с террасы, парень.

После того как высокий, мускулистый Ник вышел из кухни, воцарилось молчание. Джереми, прищурившись, разглядывал расстроенное лицо Риз.

— Ну… вот я и получил ответ на свой вопрос.

— Джереми! — крикнула она ему вслед, но он пулей выскочил из кухни, затем из пентхауса.

Как же ей было не по себе из-за того, что она заставила его страдать! Но если встреча с Ником убедила Джереми в том, что у Риз с ним роман, пусть так думает. В противном случае Джереми продолжал бы на что-то надеяться.

Она потерла ладони, совершенно не зная, что делать. Она слишком устала, чтобы снова отправляться на прогулку. Но, оставшись в квартире, она не сможет заниматься. Нику нужно побыть с Джейми. Остается телевизор. Может, показывают хороший фильм.

В конце концов Риз отказалась включать телевизор. Улегшись на кровать, она стала размышлять, как оставшиеся пять недель общаться с Ником, не показывая ему, как она страдает.

Час спустя голод потребовал, чтобы она пошла на кухню. Там она обнаружила Ника, он делал сэндвичи с ветчиной и сыром. Она поймала его изучающий взгляд.

— У тебя и Джереми планы на вечер?

Она покачала головой:

— До завтра он, вероятно, уедет в Линкольн.

— Ты знала о том, что он приедет?

— Нет. Его приезд оказался полнейшей неожиданностью. Альберт позвонил мне, когда я была с Джейми в парке.

Он поджал губы:

— Тогда давай поедим. Возьми пару бутылок кока-колы и пойдем на террасу.

— Хорошая идея.

Он взял пакет с картофельными чипсами. Вместе они вынесли еду и разложили ее на столе террасы. Присев, Риз открыла бутылку кока-колы и залпом выпила почти половину ее содержимого. Она не осознавала, что ее мучает такая сильная жажда.

Ник непринужденно уселся на стул, вытянул перед собой длинные ноги и с удовольствием стал поглощать сэндвичи.

— На днях у нас с Лией состоялся разговор. Когда она выбрала тебя на должность няни, оставалось еще три претендентки на эту работу. Одна из них, вероятно, по-прежнему без работы. Но, даже если все три женщины уже работают, найдется кто-то еще.

Резкая, острая душевная боль едва не сокрушила Риз.

— Зачем ты мне об этом говоришь?

— Потому что ты должна быть свободна, дабы наладить отношения с Джереми. Этот человек не прилетел бы сюда в том случае, если бы до сих пор не был безумно в тебя влюблен. Я видел выражение его лица. Если ты сейчас улетишь домой, то, вероятно, вы с ним уладите разногласия и поженитесь.

Последнее заявление Ника ранило ее в самое сердце.

— Ты имеешь в виду такое же улаживание отношений, как у тебя с Эрикой?

Он отложил еду и наклонился вперед:

— Я никогда ее не любил.

Откровение потонуло в душевной боли Риз, ибо и ее Ник тоже не любил.

Она на редкость язвительно произнесла:

— Ну, это — отличное объяснение тому, почему распался твой брак. Между мной и Джереми существуют непреодолимые противоречия, поэтому мы с ним никогда не поженимся.

— Любовь — редкое чувство. — Он откинулся на спинку стула. — Джереми не сдается. По-моему, все еще возможно.

— Нет, ибо он не хочет, чтобы его жена работала.

— Неужели было бы настолько ужасно, если бы ты пошла на компромисс ради того, чтобы быть с ним?

— «Ужасно»? — воскликнула она. — Это было бы катастрофой.

— Почему?

— Потому что ни один из нас не был бы счастлив. — Она тряхнула головой. — Ты в самом деле не понимаешь. Позволь мне задать тебе вопрос. Представь, что после стольких лет, когда ты делал себе имя в бизнесе, Эрика вдруг сказала бы: «Теперь тебе не нужно работать, Ник. Оставайся дома со мной. У меня достаточно денег, чтобы содержать нас обоих до конца дней».

Он опустил веки, закрывая глаза.

— Плохой пример.

Она разозлилась:

— Почему? Элита все еще является частью общества, хотя и крошечной.

Она наблюдала, как он сжимает пластиковую бутылку кока-колы, на которой осталась вмятина от пальцев.

— По одной простой причине. Между нами не было любви, которая должна связывать мужчину и женщину.

— А если предположить, что связывала?

Нику не нравилась такая постановка вопроса. Риз становилась все решительнее в желании добиться своего.

— Представь, что вы оба без ума друг от друга и она сказала, будто хочет, чтобы ты оставался дома с ней и ребенком. С несколькими детьми, возможно. Что бы ты ответил?

Ник рассеянно потирал рукой грудь.

— Это абсурдный вопрос, Риз.

— Конечно, он абсурден для тебя. Ведь ты мужчина! И в мире, откуда ты родом, мужчина считается лучше женщины! — Она вскочила, не в силах сидеть спокойно.

Ник гневно поджал губы, но Риз уже было не остановить.

— Это было бы настоящее чистилище, если бы ты каждое утро просыпался и был не в состоянии состязаться в уме со своими конкурентами. О твоей генеалогии я узнала в тот вечер в яхт-клубе. Ты происходишь из рода людей, которые сами делают судьбу. Как и они, ты живешь для того, чтобы сегодня провернуть одну миллионную сделку, а завтра — другую и так далее. Вот это и является твоей сутью.

Оттолкнувшись от стола, он поднялся на ноги:

— Ты хочешь сказать, что чувствуешь то же самое?

Она язвительно рассмеялась:

— Для тебя это невообразимо, да? Невозможно, чтобы у простой женщины были такие же стремления. Женщина хочет выделиться? Неслыханное дело, правда?

— Честно говоря, да, — насмешливо произнес он, — особенно после того, как я увидел твое отношение к Джейми. Никто никогда не догадается, что ты не его мать.