Рождество каждый день - Милли Джонсон

И в тот раз он послушался.

Благодаря Мэри объем производства увеличился на десять процентов и продолжил расти, они выиграли приз в хлебопекарной промышленности и награду за положительный пиар для «веганской булочки Баттерли с маслом». И он отдал руководителю отдела разработки большую часть заслуг, повысив ему зарплату. Однажды он мимоходом сделал Мэри комплимент: «Спасибо за твой вклад в создание веганских булочек». Время, проведенное вдали от офиса, действительно показывало, что он – конченый мудак.

– Нам стоит поговорить, я бы хотел приобрести несколько штук для «Мальчика-саженца», – сказал Люк. – Под несколькими я имею в виду много.

– С удовольствием. Я дам тебе свою визитную карточку перед отъездом и возьму твою.

Люк порылся в холодильнике, вытащил лоток и прочитал этикетку на упаковке.

– «Ореховые котлеты с фермы Холлибери», где бы она ни находилась. – Он предположил, что это местный фермерский магазин. На большинстве лотков с пленкой на полках были наклейки той же марки. – Этого хватит на всех. Слава богу, хозяин дома предусмотрел, что завтра он будет кормить не только вас, хищников, но и нас.

– Значит, ты полноценный вегетарианец? – спросил Джек.

– Я не был им, когда запускал «Мальчика-саженца», я стал им позже. Я проделал большую работу и пришел к выводу, что диета подходит мне по многим причинам. Я хотел, чтобы у людей были хорошие вкусные альтернативы мясу, чтобы они открывали для себя новое, и это не разорило бы их банковские счета. Более половины наших продуктов подходят для веганов, и они вкусные.

– Значит, Бридж никогда не была частью твоего бизнеса?

На лице Люка отразилось подобие ужаса.

– Боже, нет. Плохой совместной жизни было достаточно, не говоря уже о совместной работе.

Он открыл морозилку, чтобы отыскать что-нибудь к ореховым котлетам, и нашел вдохновение во втором ящике.

– А, замороженная пита. Решено! На обед у нас будут вегетарианские кебабы. Мы поджарим их на гриле и подадим с сыром, нарезанным кубиками красным луком и помидорами. Я приготовлю самодельный соус цацики, и это говорит человек, которому шесть лет назад пришлось бы искать в интернете, как вскипятить воду. Ха, – он посмеялся над собой. – Ты будешь ответственным за нарезку, Джек. Возьми нож, огурец и немного чеснока.

Джек позволил Люку командовать, сколько и чего нарезать.

– Как ты думаешь, вы с Бридж в конце концов подружитесь? – спросил он.

– Без понятия. – Люк пожал плечами. – Хотелось бы думать, что да. Мы провели все возможные бои, нам больше нечем бросаться друг в друга. Я даже думаю, что вначале нам это нравилось, вся эта злость заставила нас забыть боль. – Он горько улыбнулся. – Теперь, с мудростью ретроспективы, я понимаю многое. Я, можно сказать, дал воде осесть, и теперь ясно вижу, что принесла мне жизнь с Бридж.

– И что? – спросил Джек, ожидая, что ответом будет «язва».

– Этот богатый, спокойный парень, которого ты видишь перед собой, вырос на почве, которую подготовили мы с Бридж. Меня бы сейчас здесь не было, если бы не Бридж. Я понимаю это. И я вытяну шею и скажу, что она не была бы такой собранной, богатой… может быть, не совсем спокойной женщиной, если бы не я. Мы были друг для друга ступеньками к счастью.

Люк включил гриль, чтобы разморозить хлебцы.

– Расскажи мне побольше о «Баттерли». Дай мне немного предыстории. С чего ты начинал?

– Ну, вообще-то все это организовал мой дед, – начал Джек. – Он был простым рабочим в пекарне, у которого возникла идея, что он может заработать больше денег, продавая выпечку на рынках за долю прибыли. Затем он понял, что если он будет сам производить булочки и продавать их, то заработает еще больше. Так он научился печь на кухне моей прабабушки, нанял кого-то из семьи в качестве пекаря, потом купил помещение, потом фабрику. Потом за дело взялся отец, потом я… Вот, собственно, и все. То, что я сделал с бизнесом, не так впечатляет, как то, что ты создал его с нуля.

– Но ты, должно быть, расширил его? Или он всегда производил два миллиона булочек в день?

– Да, я расширил его. За четыре года я увеличил производство в три раза. И расширил линейку. Мой отец даже не допускал мысли о веганских булочках, он считал, что веганство – это «мыльный пузырь», который быстро сойдет на нет.

– Ха! – воскликнул Люк.

Успех подтолкнул Джека к тому, чтобы отступить от давно принятой в компании политики простоты, и таким образом он сделал себя чрезвычайно богатым человеком. Он не хотел думать о том, скольким он обязан «веганской булочке Баттерли с маслом».

– У тебя хорошая команда? – поинтересовался Люк.

– Да, они… все очень эффективны. По крайней мере, сейчас, – ответил Джек. – Мне нужна была новая кровь, когда я вступил в должность.

– О?

– Отец был… – Он не знал, как сказать поделикатнее. – Он… не был великим бизнесменом. Он считал себя великим, но ему просто повезло: его отличная команда продавала первоклассный продукт, но в пшенице было слишком много мякины. Большинство менеджеров за свои завышенные зарплаты делали как можно меньше, а шеф-повар, занимавшийся разработкой продукции, за несколько лет не придумал ничего. Впрочем, отец и не хотел ничего разрабатывать, в этом-то и была проблема. Поэтому шеф-повар сидел в своем кабинете, делал ставки на лошадей из газеты и курил.

– Скажи, что ты от него избавился, – попросил Люк.

– О да, он ушел первым.

– Позволь мне предположить, что на руководящих должностях не было женщин.

– Нет.

Джек решил, что не стоит подробно рассказывать об отношении отца к женщинам, это было бы неправильно. Он вспомнил, тогда отец описывал Мэри как «удивительно хорошую работницу для глупой молодой штучки». То, что она была женщиной моложе тридцати, автоматически делало ее глупенькой. А некоторые люди, вроде шофера компании Фреда, автоматически заслуживали уважения, поскольку были мужчинами. Мэри работала на износ, а Фред частенько ленился, но отец не хотел этого замечать.

– Мужчины были хорошими, женщины – плохими. Это призма, через которую мой отец видел мир.

Джек не осознавал, что произнес это вслух, пока Люк не ответил ему:

– Но ты ведь не так о них думаешь, верно?

– У отца был неудачный развод. Он называл женщин «замаскированными пулями».

– О, это горько.

– И нет, отвечая на твой вопрос: я с ним не согласен.

Люк усмехнулся ему.

– Ты, должно быть, самый привлекательный холостяк в городе. Готов поспорить, женщины облепили тебя, словно сыпь.

– Знаешь что, Люк? Я думаю, я… – Джек пропустил остаток фразы мимо ушей.

– Что? – переспросил Люк. – Ты не можешь остановиться на этом месте, я заинтригован.