Я тебе принадлежу - Анна Леманн

Выйдя из кабинета, громко хлопает дверью и поднимает на меня расстроенный взгляд. Её глаза чуть ли не плачут.

— Иди ко мне, — зову, и девушка в одну секунду оказывается в моих объятиях, тихо плача мне в пиджак. Глажу её по голове, чтобы успокоить и злюсь, что не могу сейчас сделать ничего другого. — Пойдём в машину, — и приобняв за талию, веду на парковку.

Нику трясёт в моих руках, но она пытается казаться сильным воином, что справится с любой проблемой на её пути. Это восхищает и в то же время расстраивает. Сейчас моя ведьма тихо разрушается, а единственные, кто могутпомочь, находятся сейчас в детском доме. Одна улыбка мальчиков и Вероника бы цвела.

— Максим, что это за статья? — спрашивает, и я поворачиваю голову в её сторону. — Ты ведь этого не делал? Это всё ложь?

— Конечно, ложь, — подтверждаю и, вздохнув, отвожу взгляд.

— Тогда объясни, — просит. — Почему их забрали? Почему эта статья всплыла сейчас, если это ложь? И я вообще не понимаю… ладно про меня там. Всё понятно, но про тебя…

— Помнишь клуб, из которого я тебя вытащил? — интересуюсь, и Вероника кивает. — Это клуб моего друга. Последнее время там участились случаи, когда девушек накачивают наркотиками и… насилуют. Я помогал Ренату в этом разобраться, и так вышло, что меня задержали и какое-то время подозревали в причастности. Но Ренат замял это дело, и я посчитал, что всё нормализовалось. Больше проблем не возникнет. Это было больше полугода назад. Я брал справку о несудимости перед тем, как оформить опеку и всё было нормально. У меня нет никаких нареканий. Я не понимаю, почему они поверили статье, а не справке.

— Кто-то решил подставить нас с тобой, — заключает Вероника. — Но ты точно не делал того, что написано в статье? Не подсыпал девушкам ничего?

— Ну… — тяну и виновато отвожу глаза в сторону. — Был разок, я просто решил проучить одну зазнайку, но подсыпал ей возбудитель, а не наркотик. И то его действие оказалось недостаточным и у меня ничего не вышло. И, слава богу, что не вышло.

— Бедная девушка! — восклицает. — Ты реально маньяк, Макс!

— Ничего, — произношу довольно и притягиваю Веронику к себе за талию ближе. — Ей даже понравилось целовать меня.

— Она сама так сказала? — скептический взгляд в мою сторону. — Если нет, то ты слишком самоуверен, Чернышёв.

— Сейчас не до этого, Вероника, — обрываю её, хоть и понимаю, что от шуток настроение моей ведьмы поднимается, но проблема наша требует скорого решения. — Надо понять, кто мог провернуть это дельце с опекой.

— Игнат? — предполагает, и я отрицательно мотаю головой.

— Зачем ему это? — задаю вопрос и, отпустив Веронику, открываю ей дверцу машины. — Да и как он вообще про мальчиков узнал? Мы же не афишировали. Надо искать среди тех, кто знал. С моей стороны только Ренат и всё.

— С моей только сестра и её муж, — в свою очередь отвечает Ника. — Но те в любом случае вредить не стали бы. Даша была рада, что я, наконец, усыновила мальчишек. И её муж помощь всегда предлагал.

— За Рената я тоже ручаюсь. Не такой он… чтобы крысой быть, — задумчиво проговариваю уже в машине.

— Тогда я не знаю… — выдыхает и закрывает лицо ладонями. — Интересно, как они сейчас там? УспокоилисьДима и Тёма? Ты бы видел их глаза, когда забирали, Макс… До сих пор сердце рвёт.

— Мы их заберём, — обещаю и сжимаю её руку. — В ближайшее время заберём.

— Но она сказала, что мы не сможем, — напоминает Вероника о словах жабы из опеки.

— Сможем, — тяну, гладя нежные руки моей девочки, которая от этих действий расслабляется. — Есть в нашем мире одни людишки, которые любую информацию, тем более уголовную, подчистить могут. Но нам надо знать, кто нас всё же подставил, иначе там же спотыкнёмся.

— Может кто-то посторонний случайно узнал? Подслушал или проследил за нами? — предлагает, и я застываю, вспоминая недавние события.

Кретин! Как я сразу не понял… Блять! Это всё из-за меня и моего языка! Идиот!