Игра в прятки - Рут Лесс

Когда я вытащила из своей сумки ключ вместе с парой медицинских инструментов и, заслонив Райнера собой, тихо передала ему в руки, сердце пропустило несколько ударов. Но вроде бы все прошло хорошо. Тейлор не бросился отбирать незаконный предмет, не заковал меня в наручники, как пособницу преступника, не начал трубить о готовящемся побеге.

Выходя из камеры, я бросила последний взгляд на Александра, поймав его улыбку. Сердце в очередной замерло, а я поспешила отвернуться. Странно. Было даже немного жаль, что я больше его не увижу. Нет, я искренне хотела, чтобы он выбрался отсюда. Но… в то же время с каким-то сожалением понимала, что на этом наши пути действительно разойдутся.

Рабочее место встретило меня гнетущей тишиной. О том, чтобы лечь спать, не могло быть и речи. В таком состоянии я не усну даже под лошадиной дозой снотворного. Оставалось только ждать…

***

Отвлечься не получалось. Ни работа, ни книги, ни самовнушение не помогали. Я все равно возвращалась мыслями к заключенному, который сегодня должен выбраться из своей 423 камеры. Это состояние заставляло меня то и дело вскакивать и нервно наматывать круги по помещению.

Во время одного из таких променадов пол сначала странно завибрировал, а потом ушел из под ног. Все здание содрогнулось, а из окон, несмотря на глубокую ночь, полился ослепляющий свет. Не удержавшись на ногах, я упала на пол, больно ударившись плечом. Уши заложило, а еще наблюдались все признаки легкой дезориентации.

Черт! Они что-то взорвали! Молодец, Чон! Вот что значит, не привлекать внимание. И главное — никаких жертв!

Электричество отключилось вместе со взрывом. Затем заработали резервные генераторы, которые позволили мне подняться на ноги и найти свою медицинскую сумку. Все мои планы, согласно которым я не должна выходить из медблока, полетели к чертям. Там могут быть раненые, и я обязана им помочь.

Когда я вышла из медблока, прогремел второй взрыв. Кажется, он был слабее первого, но об этом сложно судить. На этот раз на ногах я удержалась, а вот чувство, как будто все мои внутренние органы сделали тройное сальто, повторилось.

Электричество снова погасло и надежды на то, что где-то есть еще генераторы на тот случай, если взорвут запасные, не было. Теперь коридоры освещали лишь тусклые мигающие лампы пожарной тревоги.

Остановившись на четвертом этаже, я на секунду застыла. С одной стороны была лестница, которая выведет меня на улицу, где я должна исполнить свои прямые обязанности. А с другой был коридор, который вел к камере Райнера. Мне нечего было там делать. Все это задумывалось исключительно для него. Он знает, как нужно действовать, и мое присутствие ему совершенно не нужно! А еще он единственный, кто наверняка был предупрежден о взрыве, а значит, имеет самые маленькие шансы на то, чтобы пострадать от ударной волны.

Но, несмотря на все доводы рассудка, я все равно свернула в коридор, пытаясь убедиться, что с ним все в порядке. Идиотский поступок. И далеко не последний за эту ночь…

По коридорам я бежала, наплевав на то, что в полумраке могу споткнуться. В ушах шумела кровь и рев разгорающегося пожара, который доходил из здания электростанции, но я все равно расслышала выстрел, который прогремел близко… Слишком близко. Нужно было разворачиваться и бежать отсюда со всех ног, но вместо этого я только прибавила скорости, не поменяв направление.

Почти добежав до развилки, соединяющей три коридора, один из которых был тупиковым, я увидела Райнера. Он забежал за угол, останавливаясь прямо напротив меня в том самом коридоре, из которого выхода не было. Раздался еще один выстрел, а я, пролетев по инерции еще несколько метров, остановилась прямо на середине этого перекрестка, понимая, что стрелок сейчас может легко снести мне голову очередным выстрелом.

— Эмбер? — услышала я голос Купера.

— Шон? — я выпучила глаза, пытаясь сделать максимально испуганное и потерянное лицо. Впрочем, сильно стараться мне не пришлось, оно примерно таким и было. При этом краем глаза я следила за Райнером, который стоял в тупике, смотря на меня с легким испугом и даже какой-то злостью. Деваться ему было некуда. — Бери меня в заложницы, — прошипела я сквозь зубы, пользуясь тем, что Купер был достаточно далеко.

Александр прекрасно меня расслышал, но исполнять приказ не спешил. Он нахмурил брови, поджал губы и упрямо мотнул головой.

— Ну же! Давай быстрее, придурок! — продолжала я его уговаривать, наблюдая, как Шон приближается.

— Эмбер, уходи отсюда, — приказал надзиратель.

Еще секунда игры в гляделки с Райнером, и я не нашла ничего лучше, чем тяжело выдохнуть и спрятать лицо в ладонях, начав имитировать истерику. Нужно признать, что внимание я к себе привлекла. Купер посмотрел на меня с раздражением, а Александр с удивлением.

— Да бери же ты меня уже в заложницы, — почти неслышно шепнула я между всхлипами, когда охранник приблизился уже настолько, чтобы понимать — самостоятельно Райнер от него не уйдет в любом случае.

Но вместо того, чтобы послушать меня и выбрать единственно верный в этой ситуации вариант, он только сильнее сжал губы и поднял руки. Шон уже почти поравнялся со мной. Теперь я стояла между ним и Александром.

— Эмбер, отойди, — приказал Купер, но я не отреагировала, продолжая всхлипывать и вздрагивать всем телом.

Поняв, что толку от меня не будет. Надзиратель сам отодвинул меня, нацеливая пистолет в голову Александра.

— Стой! — я положила руку на плечо Купера. — Не надо.

— Он попался на попытке побега, — оскалился охранник. — Я могу с чистой совестью его пристрелить.

— Пожалуйста, не при мне, — взмолилась я. — Ты же видишь, он сдается. Надень на него наручники и хотя бы выведи в другой коридор. Я… я не могу идти сама. Ноги не держат. А если я это увижу… — я не закончила, начав снова захлебываться в рыданиях.

— Да черт тебя дери, Эмбер! — взревел Купер и обратился уже к Райнеру. — Руки за голову, спиной ко мне, — рявкнул он.

Александр подчинился, а я ждала, когда Шон начнет надевать на него наручники. Вот он подошел к нему на расстояние вытянутой руки, бегло осмотрел, проверяя, нет ли у этого заключенного при себе сюрпризов, а затем достал наручники, опуская пистолет.

В этот момент я неслышно шагнула к нему, достав из кармана шприц, который всегда был у меня с собой наготове. С самого первого дня моей работы в этом малопривлекательном месте.

— Прости, — одними губами шепнула я, втыкая иглу в руку надзирателя.

Секунду он еще находился