Неправильно для меня - Меган Брэнди

сбой. Взгляд Алека скользнул по мне, а затем обратно. Никто из нас не поправляет его. Это то, что мы рассмотрим при оценке один на один. Первый из двух финиширует за четыре минуты сорок две секунды. Роуэн и последний ученик, Джейден, находятся в одной точке. Они начинают привязывать фал, веревку, соединенную с лестницей, которая помогает закрепить ее на месте. Джейден отступает первым, а затем Роуэн, и я останавливаю часы, на три секунды позже отведенного времени.

Глаза Алека выжидательно встречаются с моими.

— Пять и три. — Я бросаю взгляд на Роуэна, и его плечи опускаются на долю дюйма.

Он тихо ругается и топает к задней стенке, где он хватает воду с остальной частью группы. Со вздохом я соскальзываю со стула, Алек встает в очередь рядом со мной.

— Это печально, — шепчет Алек. — Как твое внимание приковано к нему.

Он никогда не реагирует как нормальный человек, когда Роуэн вовлечен, поэтому я игнорирую его комментарий, не отрывая глаз от Роуэна.

— Я хочу помочь ему.

— Конечно, ты, блядь, хочешь.

— Он хочет этого, Алек.

— Да? — Он наклоняется немного, шепча мне на ухо. — Ну, не все, чего мы хотим, так легко получить, Оукли.

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Алека, но мой взгляд прикован к мальчикам, дурачащимся в углу.

— Пожалуй ты сильно взвинчен, Дэниелс.

Роуэн хихикает, одна рука на бедре, другая брызжет водой в рот. Он пожимает плечами.

— Оукли! — Кричит Джио. — Роуэну здесь нужна помощь.

Когда я приподнимаю бровь, Роуэн усмехается.

— Ему не помешала бы хорошая ночь со своей девушкой.

Я наклоняю голову, нервно улыбаясь.

— Я думаю, тогда ему лучше найти себе кого-нибудь, а?

Как только слова покидают меня, Алек застывает рядом со мной. Джио неловко смеется, мой взгляд перемещается на Роуэна, обнаруживая хмурое выражение, которое, я знала, будет там. Медленно его глаза перемещаются с моих на мужчину рядом со мной и обратно. Впервые за все годы нашей дружбы я та, кто подавляет слухи. Я сдула дым, который затуманивал линию, по которой мы шли годами. Перед своими друзьями. Перед Алеком.

Для Алека?

Роуэн снова хмурит брови, но на этот раз все по-другому. Его светло-карие глаза пристально смотрят на меня. Это становится ясно в ту секунду, когда он видит это, сдвиг. Но, прежде чем кто-нибудь поймет, он смеется, игриво толкая Джио:

— Ребята, давайте сходим в душ, пока нам не надрали задницы. — И с этими словами он ушел, остальные отставшие последовали за ним.

Как только дверь закрывается, я облизываю губы, глубоко вдыхая, как раз в тот момент, когда передняя часть Алека касается моей спины.

— Повернись, — шепчет он с повелительной нежностью.

Мои глаза закрываются.

— Не сейчас. Не здесь, — шепчу я в ответ, легкая дрожь пробегает по мне, когда его глубокий вдох заставляет его сильную грудь прижаться к моей спине.

Прежде чем он успевает ответить, потому что я знаю, что он ответит, я вырываюсь и направляюсь прямо к дверям. Я не осмеливаюсь оглянуться на мужчину позади меня, когда спешу к своей машине, чтобы спокойно пообедать в одиночестве.

К сожалению, время истекло слишком быстро, и, прежде чем я это осознаю, пришло время возвращаться. Я игнорирую других на парковке и направляюсь к дверям. Но, прежде чем я успеваю войти, Роуэн перехватывает меня и отводит в сторону.

— Роуэн, какого черта? — Я свирепо смотрю, отдергивая руку назад.

— Что это было сегодня? — спрашивает он.

— Я прояснила заблуждение. Даже ты должен признать, что это затянулось.

— Что происходит, Оукли? Ты ведешь себя по-другому. — Он начинает расхаживать передо мной. — Мы не общались друг с другом всю неделю. Последние несколько дней я даже не мог дозвониться до тебя по мобильному. Я чувствую, что ты меня отталкиваешь.

— Это не было преднамеренным, чтобы обидеть тебя. Я всего лишь была занята в академии, и Алек был там… — Я замолкаю, и он останавливается, чтобы посмотреть. — Я не знаю, что ты хочешь, чтобы я сказала.

— Я хочу, чтобы ты сказала мне, что у тебя с ним нет отношений.

— Имело бы значение, если бы были?

— Да! — шипит он шепотом. — Имело.

— Почему, Роуэн? — Я бросаю вызов. — Скажи мне, почему?

— Потому что… — Слово приходит мгновенно, но потом он колеблется и отводит взгляд.

— Потому что ты думал, что я всегда буду здесь, ожидая, когда ты будешь готов?

Его прищуренный взгляд возвращается к моему.

— Это пиздец, Роу, и ты это знаешь.

— Дело не в этом! Ты ведешь себя так, будто я не забочусь о тебе, а это действительно так. Ты должна знать, что я знаю, — умоляет он, его руки поднимаются к моим щекам. — Оукли, кроме моей мамы, ты самый важный человек в моей жизни.

— Роуэн… — Шепчу я, и в моих глазах появляются слезы. — Я больше не могу быть той девушкой. Я люблю тебя, правда. Но есть большая разница между тем, чтобы быть важным, и тем, чтобы быть твоей. Я не могу оставаться с тобой в подвешенном состоянии.

— Тогда ты не будешь, — обещает он, и мои руки поднимаются, чтобы накрыть его. — Давайте попробуем.

— Я не хочу этого, Роу. Больше нет.

Я грустно улыбаюсь ему, и он качает головой, подходя ближе.

— Ты не принадлежишь ему.

— Не делай этого.

— Ты не понимаешь. Он не такой, как ты думаешь.

— Прекрати. — Я убираю его руки от своего лица и отступаю. — Не делай этого.

Когда я ухожу, он кричит:

— Я докажу тебе это, Оукли. Вот увидишь.

Я останавливаюсь, медленно поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него.

— Мне не нужно, чтобы ты что-то доказывал, Роуэн. Алек показал мне достаточно, чтобы я могла принять собственное решение. Что мне нужно от тебя, так это возвращение моего старого друга. Тот, кто заботился обо мне, потому что хотел этого, а не потому, что боялся, что это сделает кто-то другой.

Плечи Роуэна опускаются, и он делает глубокий вдох.

— Оукли … Мне очень жаль.

Я киваю, поворачиваясь к двери, прежде чем он увидит слезы, которые начинают капать. Я боюсь, что нашей дружбы не будет теперь, когда он знает, где моя голова, но я сделаю все, что в моих силах, чтобы попытаться заставить это работать. Потому что, в конце концов, я не хочу терять Роуэна, но потерять Алека ещё страшнее.

Глава 14

Оукли

Мои глаза распахиваются, и я паникую, когда рука крепко зажимает мой рот. Я пытаюсь закричать, но давление усиливается, и фигура становится ближе. Я ничего не вижу, поэтому вслепую замахиваюсь и бью ногами. Я замираю, когда он шипит мне в ухо:

— Остановись! Это я. Не двигайся, черт возьми. Не говори ни слова. Поняла?

Алек.

Я киваю, глубоко вдыхая, когда он убирает руку.

— Кто-то снаружи, — шепчет он.