Любимая советника - Миранда Бриджес

— Я должна отправиться в клинику, чтобы взять для нее кровь. Если этого не сделаю, она умрет.

Тут же глаза Лии наполняются слезами.

— Хорошо.

— Обещаю, я сделаю все возможное, чтобы спасти ее. — Посмотрев на пепельное лицо Морган, сглатываю тревогу, грозящую задушить меня. — Вернусь, как только смогу.

Лия кивает и благодарит меня, но не без труда.

Поднимаюсь на ноги и бросаюсь к выходу с заряженным шприцем в руке. Это не слишком серьезное оружие, но все же лучше, чем ничего. Сделав глубокий вдох, я выглядываю в коридор. Обнаружив, что он пуст, крадусь за дверь, оставляя за спиной безопасность. Мои шаги легки, пока я иду к клинике. В некоторых местах замечаю дравийцев, идущих по коридору, и тогда прячусь за колонну, молясь, чтобы не напороться на них. Понятия не имею, кому можно доверять, но уверена, что любой, кто просто прогуливается по коридору, принадлежит к пуристам.

Как только заворачиваю за угол, сталкиваюсь взглядом с новым охранником. Его взгляд напрягается, но я все равно направляюсь к нему, держа шприц на изготовке, прижатым к телу и скрытым от глаз.

— Лекарь снова послал за мной, — говорю я.

— Где ваш охранный эскорт? Насколько я знаю, он ушел с вами.

Я киваю головой в сторону двери.

— Просто уточни у Брэкстона. Слушай, если бы я пыталась сбежать, то сюда бы не пошла.

Он ворчит, набирая код. Как только дверь открывается, я заглядываю внутрь, ища Брэкстона. Его взгляд встречается с моим и при виде моего умоляющего выражения становится чуть более серьезным.

Протискиваюсь мимо охранника.

— Я здесь для тестов, которые вы назначили.

— Совершенно верно, — подыгрывает мне Брэкстон.

— Позвольте мне уточнить у моего начальника, не пренебрегает ли сопровождающий этого человека своими обязанностями, — говорит охранник. — Она явилась одна.

— В этом нет необходимости, — отвечает Брэкстон, взмахнув рукой.

Мой рот распахивается, когда охранник врезается в дверную раму, а затем падает на пол. Брэкстон еще раз щелкает запястьем, и мужчина без сознания скользит в другой конец комнаты и исчезает из виду.

Поворачиваюсь лицом к врачу.

— У вас есть дар?

— Да, но это не широко известно, — отвечает он.

— Почему? Это же потрясающе.

Он слегка выгибает шею, как будто эта тема его тревожит.

— Я считаю эту силу слишком увлекательной, чтобы пользоваться ею часто. Она погубила многих мужчин, а я не хочу, чтобы мной управляли мои природные особенности.

— Справедливо. Послушайте, я здесь, потому что Морган нужно переливание крови. Она родила ребенка, и мне пришлось вручную удалять ее плаценту.

Брэкстон мечется по палате, заваливая мои руки вещами, пока я чуть их не роняю. Затем он выбегает из клиники, словно сам дьявол идет по пятам. Я иду следом, чувствуя огромное облегчение от его помощи. Уверена, что смогу помочь Морган, но я не врач и даже не уверена, что мой диагноз полностью точен. И если ей понадобится операция любого рода, нам всем конец.

Я кусаю внутреннюю сторону щеки каждый раз, когда мы сталкиваемся с очередным дравийцем, но каждый раз Брэкстон разрешает ситуацию. Он всегда был таким сдержанным и сосредоточенным, что не могу припомнить, чтобы видела в нем эту харизматичную сторону. Как будто я даже не узнаю врача, с которым работала все эти недели.

После того, как прошло, кажется, целая вечность, мы, наконец, возвращаемся в покои, ведущие в туннель, в котором прячутся Морган и Лия. Я шепчу искреннюю молитву, чтобы они были живы, когда мы появимся.

К счастью, они живы.

Мне хочется упасть в обморок от облегчения, но Брэкстон тут же начинает отдавать приказы. В моем мозгу как будто включается переключатель, и я могу отстраниться от всего, кроме необходимости выполнять все его требования. Исполняю все, что он говорит, быстро и четко, как будто жизнь моей подруги не висит на волоске. Только когда Брэкстон вздыхает с облегчением, я впускаю реальность обратно.

— Она выживет? — спрашивает Лия, а по ее лицу текут слезы.

— Я верю в это, — отвечает Брэкстон.

— Спасибо, доктор.

— Королева должна находиться в покое до моего возвращения, — говорит он. — Я принес вам провизию для вас самих и вещи для малышей. Знаю, я многого прошу, покидая вас, но казнь Зейдена должна начаться очень скоро.

— Все в порядке, сэр, — отзываюсь я. — Я помогу Лии всем, что ей понадобится.

— Ты пойдешь со мной, Натали.

— Ты что, издеваешься надо мной? — шипит Лия.

Брэкстон качает головой.

— Она мне нужна.

— К черту. Мне она необходима, — заявляет Лия.

— Хватит, — огрызается врач.

Лия отшатывается назад, бледнея. Не сомневаюсь, что я тоже. Брэкстон никогда не повышает голос. Ну, кроме как сейчас. И это было страшно.

— Береги себя, Лия, — говорит он на прощание.

Лия по-прежнему сидит с ошеломленным выражением лица.

— Пойдем, Натали. Мы не можем терять ни минуты, — приказывает Брэкстон.

Я иду прямо за ним. Все будет хорошо, если я больше никогда не увижу эту его сторону.

По мере того, как мы идем по коридорам дворца, мое беспокойство нарастает. Так много событий может пойти не так и уже пошло. Что делает Варек? Неужели его снова поймали? Что с Кейдом и другими сторонниками Зейдена? Где они, черт возьми?

— Расслабься, Натали, — советует Брэкстон, и его голос на удивление успокаивает.

— Я пытаюсь, сэр. — Вообще-то, я не стараюсь расслабиться, а пытаюсь держать себя в руках.

Как только вижу дверь, ведущую в церемониальный зал, у меня всплывают воспоминания о том, как проходила через нее с Колтоном. Он говорил мне, как я прекрасно выгляжу и как сильно меня желает. Я была так счастлива, думая, что, возможно, наконец-то, нашла любовь впервые в жизни. Обстоятельства, окружавшие наши с Колтоном отношения, должны были бы служить ярко-красными флажками, предостерегающими меня от него, но я была ослеплена добротой, которую чувствовала в нем. Или, возможно, это отчаяние, настолько сильное, что видела знаки и игнорировала их. В любом случае, я вхожу в этот зал с другим настроем.

И с разбитым сердцем.

Брэкстон берет меня за руку, и я перевожу взгляд на него, мои губы изумленно поджались.

— Они должны думать, что ты под моей охраной, — объясняет он.

Я киваю.

— И каков план?

— Мы попытаемся отвлечь внимание.

— При всем уважении, сэр, этот план — полный отстой.

Он ухмыляется мне, искренне и добродушно. Черт, да он красавчик. Я просто раньше не замечала.

— Да, да, — соглашается он, все еще улыбаясь.

Тысячи бабочек порхают в моем животе, вызывая