Ошибки прошлого - Холли Престон

— Разумеется, покупай, — сухими губами выговорила Кейтлин.

Только когда они возвращались на ранчо, обозленная Кейтлин высказала наконец то, что накипело в душе:

— Мейсон, ты куда большая свинья, чем я ожидала.

— Ты о чем?

Его удивленный взгляд разъярил ее еще пуще.

— Будто не знаешь!

— Все-таки объясни, будь добра.

— Сделка заключалась в том, что я помогаю тебе купить платье для твоей подружки. Так тебе еще понадобилось разбудить мою чувственность! Это гадко! Нужно быть законченным подонком, чтобы дойти до такого! Как низко ты пал!

— Поправь меня, если я ошибаюсь, — парировал Мейсон, — но мне казалось, тебе тоже это нравится.

— Да как ты смеешь!

Мейсон ответил не сразу. Кейтлин напряглась, ощутив его взгляд: взгляд настолько по-мужски откровенный, что ее пробрала дрожь. А когда Мейсон заговорил, она пожалела о своей несдержанности.

— Вспомни, я ведь видел твои глаза в зеркале. Тебе не меньше моего хотелось заняться любовью. Или я прав, или ты чертовски хорошая актриса. — И, когда она не ответила, поинтересовался: — Так что, Кейтлин? Тебе все это ненавистно? Или ты притворяешься?

Кейтлин отвернулась к иллюминатору и, только когда уверилась, что сможет говорить без всхлипов, ответила:

— Я и не отрицаю, что была возбуждена.

Мейсон хмыкнул.

— Но только в тот миг, — отчеканила она. — Ты понял? Я возбудилась лишь в минуту, когда это происходило. Чувство ушло в то мгновение, когда я поняла, какую грязную игру ты ведешь.

— Ты уверена, что это игра, Кейтлин?

— Уверена, как ни в чем другом, — отрезала она. — Хотела бы я ошибиться, однако это так. Как бы там ни было прежде, сейчас ты мне омерзителен. И только.

— Я хочу, чтобы ты пошла со мной на банкет.

— Что? — само собой вырвалось у Кейтлин.

— Ты отлично меня слышала.

Кейтлин вцепилась в трубку, радуясь, что Мейсон не видит ее. Неделя, прошедшая с их последней встречи, обернулась для нее сущим адом. Снова и снова — большей частью помимо воли — переживала она сцену в примерочной бутика. Воспоминания отказывались меркнуть.

— Что ты задумал? — требовательно поинтересовалась она.

— Я же сказал: хочу, чтобы на банкет со мной пошла ты.

Свободной рукой Кейтлин взъерошила волосы.

— Не понимаю…

— А я-то считал, что все просто! Ты пойдешь со мной, Кейтлин?

Она пришла в ярость.

— Ты не смеешь просить меня об этом! Ты ведь пригласил еще и другую, Мейсон. Что случилось с твоей подружкой? Она передумала? Или сбежала от тебя? Великого Мейсона Хендерсона бросают. Так что случилось?

— Зачем тебе всегда столько слов, Кейтлин? — невозмутимо отозвался он. — Почему бы просто не сказать «да»?

— Потому что это не просто. Ты не сказал, что случилось с той женщиной.

— Неважно.

— Для меня важно. Я не люблю быть заменой. Почему твоя подруга не идет на банкет?

— Я тебе уже сказал. Неважно.

И Кейтлин поняла: сколько она ни нажимай, больше Мейсон ничего не скажет. Повисло молчание. Потом он спросил:

— Разве не довольно, что я прошу тебя пойти со мной?

— Нет, — отрезала Кейтлин.

Она уже собиралась бросить трубку, когда Мейсон заговорил вновь:

— Уверен, ты помнишь, что срок ближайшей выплаты вот-вот наступит.

Где-то в желудке Кейтлин стянулся тугой комок боли. Капельки пота выступили на верхней губе, горло перехватило.

— Ты сможешь заплатить?

— Мне… мне нужно время… — почти простонала она.

— Старая песня.

— Ты получишь деньги.

— Когда?

— Я надеюсь продать скот.

Даже для нее самой ответ прозвучал неубедительно.

— И когда состоится продажа?

Будь ты проклят, Мейсон! Нельзя же так загонять в угол!

— Пока точно не знаю.

— Значит, выплата отодвигается на неопределенный срок, потому что ты не знаешь, когда и что продашь.

— Раньше или позже…

— Ясно. Ты не деловая женщина, — перебил он. — В бизнесе на «раньше или позже» далеко не уедешь, Кейтлин.

— Ты не понимаешь…

— Все я понимаю, и преотлично. Ты неплатежеспособна, но пытаешься пускать пыль в глаза так же, как пускала Биллу Оттеру. Только я не Билл, я не стану ждать.

Внезапно ее охватил гнев.

— Опять эти твои игры, Мейсон! Ну да, теперь-то я знаю, как ты их любишь! Только ты, кажется, не понял, что для меня это не игры. На кону ранчо моих родителей. Будет оно существовать или нет. Это мой дом, и я сделаю все, чтобы он таковым и оставался — столько, насколько хватит моих сил. — Кейтлин на минуту умолкла, переводя дыхание и стараясь взять себя в руки. Но когда заговорила, голос ее был зол по-прежнему. — Тебе нравится брать надо мной верх, Мейсон. Ты любишь, чтобы я плясала под твою дудку. Это шантаж чистой воды.

— Шантаж?

— Не похоже, что тебе нужны деньги.

— Голословное утверждение, — проворчал он.

— Будь тебе на самом деле нужны деньги, ты бы не удовлетворялся моими услугами, а настоял на чеке. Почему ты так поступаешь со мной, Мейсон?

— У меня есть на то причины.

— Не говори, что мои услуги ценны для тебя.

— Не будь они ценны, разве я просил бы тебя их оказывать? — Он помолчал. — Так ты пойдешь на банкет?

Не люби она его так отчаянно, Кейтлин не заставила бы просить себя дважды. Вечер в обществе Мейсона — и в следующем взносе не будет надобности. Что может быть проще? Однако сейчас она была влюблена по уши, и мысль, что она будет для Мейсона всего лишь заменой другой женщины, причиняла Кейтлин непереносимую боль.

— А если я откажусь? — пересохшими губами прошептала она.

— Тебе еще не надоело задавать один и тот же вопрос? Не заставляй меня повторяться, Кейтлин.

— Ты и правда опротестуешь закладную? И отберешь ранчо?.. — Ноги у нее так ослабели, что начали подгибаться. — У тебя совсем нет сердца, Мейсон? — К собственному ужасу, на последних словах Кейтлин всхлипнула.

Мейсон долго молчал. Неужели, подумала Кейтлин, я наконец достучалась до него?

— Вот что я тебе скажу, — наконец сказал он, — подумай до завтра. А завтра дашь мне ответ.

Думать, разумеется, было особо не над чем. Мейсон вовсе не удивился, когда, позвонив Кейтлин, услышал о ее согласии идти на банкет.