Замужество мисс Монктон - Хелен Диксон

— Ничуть, хотя за время моего отсутствия работы накопилось порядочно. Надеюсь, вы хорошо спали?

— Замечательно, благодарю вас, — ответила она и подумала, что для человека, который спал меньше нее, он выглядит на удивление свежим и бодрым. Облаченный в коричневато-желтый камзол, коричневые панталоны и блестящие черные сапоги, он излучал заразительную энергию.

— Рад это слышать, — ответил он, с облегчением отметив, что вчерашняя враждебность его гостьи уступила место веселой приветливости. — Вы уже завтракали?

— Да, горничная принесла мне завтрак в спальню. Мария подошла к окну, выходящему на широкую площадь, окруженную внушительными особняками прекрасной архитектуры. На ясном безоблачном небе мягко сияло солнце, золотя пышные кроны могучих деревьев, в которых играл легкий ветерок.

— Вы пропустили самое чудесное время дня, — тихо сказал Чарльз, подойдя к ней сзади, и она вздрогнула от неожиданности. — Больше всего я люблю раннее утро, когда выезжаю покататься в парке верхом. С утра там тихо и безлюдно, только и слышно, что птичий щебет.

Мария порадовалась, что он не может видеть ее лицо, порозовевшее от смущения.

— Мне тоже больше всего по душе утренние часы. Во Франции я вставала очень рано и сразу бежала в конюшню. Хотя сегодня замечательная погода, — застенчиво проговорила она и повернулась к нему лицом.

И сразу же поняла, что напрасно. Он стоял так близко, что ей некуда было деться, и смотрел на нее пристально и пытливо. Его светло-голубые глаза приковывали, не отпускали от себя. Вот в них промелькнуло какое-то загадочное выражение. У Марии кровь прихлынула к лицу и мурашки по коже побежали от жгучего возбуждения. Вероятно, он это заметил, потому что глаза его расширились от изумления, а в следующее мгновение он улыбнулся медленно и торжествующе, будто догадался о ее состоянии.

Видя, как порозовело ее нежное лицо от замешательства, он отошел в сторону, и Мария облегченно вздохнула.

— Чарльз, я хотела извиниться за свое вчерашнее поведение. Поверьте, такая резкость не в моем характере. Думаю, виной тому были усталость и волнение.

— Пусть это вас не беспокоит. Мне и самому неловко сознавать свою неучтивость. — Он вздохнул и провел рукой по волосам. — Мы с вами действительно очень устали и перенервничали. Эти несколько дней путешествия оказались очень тяжелыми.

Марии стало стыдно, что Чарльз извиняется перед ней, хотя ни в чем не виноват. Он был для нее ангелом-хранителем и не заслуживал грубости с ее стороны. Охваченная покаянным настроением, Мария дала себе слово в будущем обуздывать свой нрав и научиться противостоять абсурдному влечению к нему.

— Да, можно сказать, настоящим испытанием. Я до сих пор поверить не могу, что всего четыре дня назад была еще в замке… Так когда мы поедем?

— Куда?

— К Генри.

— Вскоре, — мгновенно изменившимся тоном ответил он. — Поговорим об этом позднее.

— Когда именно? — упрямо спросила она.

— Позднее, — повторил он.

— Но, Чарльз, мне не хочется откладывать встречу с Генри. Почему вы противитесь?

Он холодно смотрел на нее и молчал.

— Вы же понимаете, что не помешаете мне увидеться с ним, как бы вы ни старались.

— Если бы это зависело от меня, я ни за что не допустил бы этой встречи.

— Но это не в ваших силах. У вас нет права диктовать мне, что делать, — тихо возразила Мария.

— Вы совершенно правы, — неожиданно сдался Чарльз. — Обещаю позднее отвезти вас к нему, но сначала вас хотела видеть моя мать.

— Я тоже с удовольствием познакомлюсь с вашей матушкой.

— К сожалению, ее здоровье не в лучшем состоянии — она быстро устает, поэтому много времени проводит в постели.

— Очень жаль это слышать. Я постараюсь ее не утомить.