Папа для Лисички - Екатерина Янова

— Отвезу, только сначала послушаю, на ком это ты меня женила? — усмехается.

Очуметь, он еще и смеется!

— Я видела вас с женой! — бросаю ему в лицо.

— Как интересно! — снова эта кривая усмешка. — И как она хоть выглядела, нарисуй, чтобы я знал, — совершенно невозмутимый кобель!

— А она у тебя не одна?

— Да, пару десятков по городу. Хрен его знает, о какой именно речь?

Урод! Еще и насмехается надо мной!

— Она была с твоим сыном! С мальчиком, на дне рождении которого ты «пиратил» в тот день, когда мы встретились!

— Чего? Светка? — вполне натурально удивляется Максим.

Он начинает нервно смеяться. А мне совсем невесело.

— Я не знаю ее имени, — вздернув подбородок, отворачиваюсь.

А Макс продолжает просто закатываться.

— Господи! Олеся! И из-за этой фигни ты мне вытрепала все нервы? Охренеть! — угорает он.

— То есть это для тебя фигня? — взрывает меня. — Не удивлена! Так и поняла, что у тебя там не офис, а бордель! Ты всех там на своем столе?!

Смех резко обрывается, и улыбка стирается с лица мужчины.

— Класс, Олеся! Охрененные ты выводы сделала, конечно. И все равно, я понять не могу, а что это был за игнор? Нельзя было все это мне в лицо сказать, м?

— Я подумала, что ты занят с семьей и тебе не до меня!

— Ну да, поэтому я примчался к тебе посреди ночи? И все утро тебя ловлю?

— Не знаю. Я вообще не понимаю, что тебе от меня нужно теперь? Жена и ребенок вернулись с отдыха, все, иди к семье!

С неба начинает капать дождь.

— Олеся, Олеся! — качает Макс головой. — Иди сюда! Садись! Промокнешь.

Подталкивает обратно к машине. Сам забирается на заднее сиденье с другой стороны. Достает телефон, что-то листает там, а я понимаю, что ничего не понимаю. Не знаю, какой я реакции ожидала от Максима, но точно не такой. Что-то не склеивается, но что именно я не могу понять из-за разболтанных чувств.

— На, смотри! — протягивает телефон.

На экране фото. Та самая блондинка и мальчик. Улыбается очаровательно и мальчуган красивый, чернявый, как Максим.

— Она?

— Да! — отдаю телефон обратно.

— Нет, нет. Ты дальше листай.

— Зачем?

— Надо, самое интересное впереди.

С психом пролистываю вперед еще несколько милых фото, пока не натыкаюсь на странную фотографию. На ней все та же блондинка и мальчик, но обнимает девушку и целует в шею какой-то незнакомый мне мужчина.

— Можешь еще пролистать, — усмехаясь, предлагает Макс.

Листаю, там все те же лица за столом, похоже на семейный ужин, а девушка сидит на коленях все того же мужчины.

— Ну что? Новых вопросов не возникло? Или может ты сейчас придумаешь, что я по доброй воле делю жену с другим мужиком? Ну, я же «такой», у меня же в офисе «бордель», да, Олеся?

— Я не знаю, — произношу неуверенно.

— А ничего, что ты мой паспорт видела. И там никакой жены и ребенка не было. Об этом ты не подумала?

Я, если честно, вообще забыла об этом факте. И что получается?

— Это не твоя жена? — еле слышно произношу я. Мне становится очень стыдно.

— Бинго! — хлопает Макс по коленям. — Прикинь! Это моя сестра!

— Я подумала…

— Я понял, что ты подумала, я только не пойму, с чего тебе такая мысль вдарила в голову?

— Я забыла телефон и вернулась за ним, — начинаю вспоминать все события. — И мы с твоей … сестрой поднимались вместе в лифте. Она разговаривала по телефону со своим мужем. Очень нежно разговаривала, и речь шла о том, что он должен ее сейчас встретить и отдать ей ключи, — но имен-то она не называла. Только «зая».

— А потом я увидела, как вы обнимаетесь в приемной, — заканчиваю обреченно.

— Ох-ре-неть. Следователь из тебя так себе, Олесь. Мы с Игорем, Светкиным мужем, работаем вместе. Кабинеты у нас рядом, понимаешь? Ну так уж получилось, что я первый встретил сестру и племянника. Я же могу сестру обнять, не?

— Можешь, — тихо проговариваю.

— И да, у них с Игорем очень теплые семейные отношения, я не удивлен, что они там ворковали по телефону.

Лицо мое заливает краска. Я не знаю, что сказать, а Макс меня щадить не собирается.

— Ну что, Олеся! Теперь хочу еще раз услышать, что там у меня в офисе за бордель? Какие там еще были претензии?

— Извини, я была неправа, — это все, что могу из себя выдавить.

— Отлично, что ты это понимаешь. Но неправа ты, прежде всего, в другом! Недоразумения случаются, но ты могла просто поговорить со мной сразу! Позвонить, написать, да что угодно! А не вот это вот все!

Максим что-то еще выговаривает, а до меня только сейчас начинает доходить мысль — нет у Максима никакой жены, и он ничего страшного не сделал, он все также рядом хоть и злится, но явно хочет примирения. И ничего в целом не изменилось между нами, а все мои страдания были напрасными.

Меня начинает отпускать, и все напряжение этих суток прорывается слезами. Комок просто подкатывает, я не могу с ним справиться. Глотаю воздух, пытаясь успокоиться, но не получается.

— Олесь, — напрягается Макс.

Я выскакиваю на улицу, чтобы спрятать от него свои слезы и все переживания, которые меня просто разрывали всю ночь. Бреду куда-то быстрым шагом, не обращая внимания на дождь и грязь под ногами.

— Олеся, стой! — несется вслед.

Я перехожу на бег. Не знаю, куда и зачем бегу, просто не могу по-другому справиться со всем, что подкатило вдруг.

— Стой! — ловит меня Макс.

Я пытаюсь вырваться, но он крепко прижимает меня к груди, а моя истерика выливается в безудержные рыдания.

Макс молчит, только поглаживает по мокрым волосам, позволяя мне выплакаться вдоволь вместе с дождем, который щедро поливает нас ледяными струями.

Мы быстро промокаем, меня трясет от холода и эмоций, но мы не торопимся назад в машину. Я прижимаюсь к такому горячему и любимому мужчине. Он в какой-то момент находит мои губы своими.

И все!

Дождь, слезы, скандал, все отходит на задний план, становится таким мелким и неважным. Холод отступает, потому что жар поднимается изнутри.

Сверху льет дождь, но нам неважно. Макс настойчиво тянет меня к машине, не прерывая поцелуя. Открывает дверь за моей спиной, но не позволяет сесть сразу, стаскивает свое мокрое пальто и мой насквозь вымокший пуховик, забрасывает куда-то в недра машины, и только потом толкает меня на