Золотая кровь - Ляна Зелинская

− Сюда, − сеньор де Агилар шагнул к большой двустворчатой двери и распахнул её широким жестом, приглашая войти в кабинет. — Входи.

*Пейнета и мантилья — манти́лья (исп. mantilla, от лат. mantellum — покрывало, покров) — элемент национального испанского женского костюма, длинный шелковый или кружевной шарф-вуаль, который обычно надевается поверх высокого гребня (пейнеты), вколотого в причёску, и падает на спину и плечи.

*Мальвазия, Прието Пикудо, Масуэло — сорта винограда, одноимённые сорта вин.

*Канталупа − разновидность дыни. Плоды канталупы покрыты полосатой кожурой, мякоть плода оранжевого цвета

*Кетсаль — квезаль или кетсаль. Священная птица у древних майя и ацтеков. Они считали его богом воздуха и его длинные зелёные надхвостовые перья использовали в религиозных церемониях. (На обложке книги он на руке у девушки).

*Нагуаль — (англ. Nagual от ацтекский nahualli — быть спрятанным, сокрытым) — в мифологии индейцев Центральной Америки дух-хранитель, дух двойник, обычно представляемый в облике животного.

Глава 11.Хозяйственные дела

Виго всю ночь провозился с чертежами.

Не спалось. Полная луна смотрела в окно, и тёплый влажный воздух, такой непривычный после прохлады Фружена, сводил с ума. А ещё запах проклятых ромний. Завтра же прикажет садовнику вырубить их к чертям!

В кабинете повсюду громоздились неразобранные коробки и ящики, но доверять кому-то из слуг распаковку деталей устройства и реактивов он побоялся, а самому было некогда. Все эти дни он провёл за попытками привести жизнь в особняке Вилла Бланко в какое-то подобие нормального состояния. Для начала возобновил традиционные семейные обеды, завтраки и ужины в большой столовой, хотя сам терпеть не мог всей этой помпезности с множеством стоящих навытяжку слуг и бесконечной переменой блюд. Но первое, что требовалось перепуганным обитателям дома — это стабильность. А она всегда кроется в мелких повседневных традициях и предсказуемости. И совместные трапезы членов семьи были фундаментом этих традиций. А заодно и у Мориса появилась отличная возможность понаблюдать за семьёй и слугами. Об истинной роли сыщика в этом деле знала только Оливия, для остальных же обитателей дома Виго представил Мориса как своего компаньона, желающего открыть в Акадии собственное дело.

Первый семейный ужин прошёл в натянутой обстановке. Все присматривались к Виго и его компаньону, но уже на следующий день за столом, как и ожидалось, начались обычные разговоры и перебранки всех и со всеми. Дон Диего и Джулиан гнули линию расправы над эйфайрами, донна Виолетта говорила о пожертвованиях в храм святой Маргариты и молебне за здоровье мужа, делая попутно замечания Оливии, а та в свою очередь высмеивала Джулиана и мачеху. Изабель пыталась выяснить, как скоро ей можно будет покидать особняк и ездить в гости, а Доменик молчал, думая о чём-то своём. Он предпочитал не принимать участия в семейных разговорах. И только дама преклонных лет − тётушка Эстер, одна из небогатых родственниц дона Диего, которая жила в особняке, была всем довольна и радостно уплетала омлет со шпинатом.

А Виго просто слушал семейную перебранку, как шум прибоя, и думал о том, что ему со всем этим делать. После того, как стул дона Алехандро за большим столом в гостиной перестал пустовать и жизнь в доме обрела новый стержень стабильности, для него настала очередь заняться всем тем огромным ворохом хозяйственных дел, который накопился в особняке. Для начала управляющим и слугами. И Виго даже представить себе не мог, как много вопросов, касающихся ведения обширного хозяйства, приходилось решать его отцу. Одних только приготовлений к фиесте Фернандо принёс на двадцати листах, исписанных его аккуратным конторским почерком. А кроме них были ещё лошади, фураж, жалование слуг, отчёты о благотворительности, приём управляющих с виноградников и асьенды, мануфактуры, торговля, купчие, закладные… Люди шли вереницей, поскольку эти три недели, пока дон Алехандро был болен, никто не внимал их просьбам.

Потом были дон Диего и сенат. Политика и расшаркивания. Огромное здание с колоннами из зелёного мрамора и широкими лестницами. Большой амфитеатр для заседаний под прозрачным куполом, и ложи, в которых расположились гранды… В этот день все только и делали, что смотрели на Виго де Агилара, который сидел рядом с доном Диего. И он едва ли не кожей ощущал любопытство и вопросы, которые так и витали в воздухе. Насколько силён сын гранд-канцлера? Представляет ли он опасность? Что он предпримет, и можно ли будет перетянуть его на свою сторону? Дон Диего отвечал на все приветствия сдержанными кивками. А племяннику попутно нашёптывал на ухо смачные скабрезные шутки о присутствующих. Заседание было длинным и нудным, и Виго не мог дождаться, когда же оно закончится.

После они долго стояли в большом холле как раз для того, чтобы каждый сенатор мог подойти и поприветствовать младшего сеньора де Агилара, пожелать здоровья его отцу и подтвердить, что обязательно приедет на фиесту.

Все они улыбались и были вежливы, но кто-то из них стоял за покушением и угрозами, и Виго пытался понять, кто. Мориса в сенат не пустили, и он отирался на большом крыльце, обмахиваясь соломенной шляпой и рассматривая всех входивших и выходивших. Он обзавёлся папкой с завязками и блокнотом и теперь повсюду таскал с собой их и карандаш, записывая всё увиденное и услышанное.

Потом был нотариус и посещение торгового дома Агиларов… Орден Санта Требол… К вечеру очередного дня, заполненного такими делами, Виго казалось, что он похож на хомяка, которого засунули в цирковое колесо и как следует раскрутили.

В такой суете решения хозяйственных и политических вопросов он и провёл несколько дней, пытаясь влезть в шкуру отца. А вот заниматься тем, ради чего он собственно и приехал в Акадию, ему было некогда. Морис был предоставлен сам себе и сразу же попал в цепкие руки Оливии, которая обещала помочь ему познакомиться с городом и нравами. Нетрудно было догадаться, что она просто хотела вырваться куда-нибудь из особняка, а Морис с его револьвером и находчивостью мог вполне заменить дюжину гвардов. И, судя по тому, с какой готовностью сыщик согласился сопровождать сеньориту де Агилар и донью Эстер за покупками, Виго понял, что, кажется, к ногам его сестры скоро падёт ещё один поклонник.

Своим изобретением Виго заниматься тоже было некогда, и, глядя на нераспечатанные коробки и ящики, он злился и понимал, что