Благослови мою любовь - Барбара Макмаон

Шэннон шла очень быстро, стараясь успокоиться. В ее душе бушевал гнев: она не могла поверить, что Алан в ней сомневался. Неужели муж на протяжении всего их брака жил в страхе, что она в любой момент может его бросить?..

Но на Джейса она сердилась почти так же сильно. Как он смел покорно уехать, как будто подозрения Алана были оправданны?

Сан-Франциско – город холмов. К тому времени, когда Шэннон добралась да Калифорния-стрит, она совсем запыхалась. До дома осталось идти всего несколько кварталов, а она так и не успокоилась – главным образом потому, что ничего уже нельзя изменить. Алан жил и умер, веря не тому, чему следовало бы.

Постепенно гнев Шэннон исчез, в ее душе осталась лишь печаль. Она вспоминала годы, которые они прожили вместе.

Дом Алана, его друзья, его жизнь…

Неужели я просто растворилась в Алане?

Шэннон открыла входную дверь своим ключом и вошла в квартиру.

– Я на кухне! – крикнул ей Джейс. Молодая женщина заглянула на кухню.

Джейс читал телефонный справочник.

– Думаю, мы можем заказать итальянскую еду в «У Джованни». Что бы тебе хотелось?

– Я могу приготовить обед, – сказала Шэннон.

– Почему бы мне не заняться обедом?

– Или лучше пойти куда-нибудь…

– С удовольствием, если ты готова.

Шэннон немедленно захотелось остаться дома. Но, может быть, на людях она сможет расслабиться…

– Вымою руки и буду готова.

Маленький итальянский ресторан на Норт-Бич оказался почти пустым. Они сели за столик поблизости от окна и сделали заказ. Когда официант ушел, Джейс взглянул на Шэннон.

– Прогулка пошла тебе на пользу? – спросил он.

– Она помогла мне понять, что я не могу изменить ситуацию. Почему ты уехал, почему не защищался? Алан оскорбил тебя так же, как и меня.

– Все равно настало время расширять бизнес. Ты когда-нибудь была в Ванкувере?

Шэннон покачала головой.

– Переводишь разговор на другую тему?

– Да. Тебе понравится Ванкувер, он во многом напоминает Сан-Франциско.

– Значит, мое партнерство – просто фарс? После того, что я узнала сегодня, я уже во всем сомневаюсь.

– Ты компетентный, уверенный в себе профессионал. Ты можешь остаться в фирме или я выкуплю твою долю, как только смогу. Решать тебе.

– Что ж, хорошо. Расскажи мне еще о Ванкувере.

Джейс рассказал Шэннон об отеле с видом на бухту, который ему нравился, о Стэнли-парке, где он провел немало приятных минут, наслаждаясь красотой природы в непосредственной близости от центра города. Шэннон слушала с большим интересом.

– Мы полетим туда во вторник, в среду и в четверг проведем презентации наших программ, потом, наверное, останемся еще на несколько дней. Там очень красиво.

– Это канун Дня благодарения, помнишь?

Джейс кивнул.

Официант принес дымящиеся тарелки и эффектно поставил их на стол. Потом наполнил бокалы красным вином, проверил, все ли в порядке, и ушел.

Джейсу не хотелось, чтобы Шэннон выяснила истинные причины его отъезда из округа Колумбия.

– Ты не хочешь праздновать День благодарения в Канаде? – спросил он.

Шэннон покачала головой.

– Просто это первый День благодарения без Алана. В праздники всегда с особенной грустью вспоминаешь тех, кого с нами уже нет. Я поняла это, когда умерла моя тетя. Ты знал, что я росла у нее?

– Твои родители не были женаты и мама оставила тебя у своей сестры, когда тебе было шесть, верно?

– Тетя Хелен была замечательной. А моя мать… Когда я выходила замуж, то даже не знала, где ее искать. Если бы у меня были дети, я никогда не поступила с ними так, как моя мать со мной.

– Можешь завести дюжину детей, если захочешь. Выходи замуж, любой был бы рад видеть рядом с собой такую, как ты. Ты умная, молодая, хорошенькая…

Волнующая и желанная, чуть было не произнес Джейс, но сдержался. Шэннон молчала.

– Тебе следует об этом подумать, – сказал мужчина.

Она нахмурилась.