И. О. темной принцессы - Лана Ежова

— Ты же самый сильный маг темного пламени на Дисгаре! Разве ты не хочешь помочь?

— Принцу Себастьяну? — даже удивился Форк. — Нет.

— Но почему?..

А в ответ — насмешливая тишина.

Гадать о причине неприязни можно бесконечно, сам Форк вряд ли признается, да и не до расспросов сейчас.

Выход один: броситься самой на помощь! Форку придется вмешаться, чтобы не потерять подопечную, а там и охрана подоспеет, не останется в стороне.

— Нет, Лина. — Герцог схватил в охапку, не позволяя воплотить коварный замысел в жизнь. — Пламя тебе не подчиняется, голосом управлять не умеешь.

Слушая, как молит леди Айзент оставить в покое ее дочь, я пришла в отчаяние.

— Никлас, пожалуйста! — Я впервые назвала мага по имени. — Я прошу, Никлас!

Герцог застыл, всего на миг застыл. Затем аккуратно поставил меня на землю и напряженно поинтересовался:

— За кого ты просишь, Лина?

Глаза его напоминали темные омуты: затянет — не выплывешь.

— Я прошу помочь женщинам, дался мне твой принц!

Форк мрачно усмехнулся, и руки его вспыхнули черным огнем.

Выйдя из-за пихты, он громко спросил:

— С каких пор хранители перевалов нарушают свои же правила? Ах да, ты же не хранитель и никогда им не станешь.

Герцог умел играть интонациями: снисхождение, издевка, презрение — за меньшее хотелось врезать.

— Форк, ты собрался улетать? Давай, мешать не стану! — воскликнул Кельмир.

А я встрепенулась, вспомнив, что теперь никто не мешает не только подслушивать, но и подглядывать, и, раздвигая ветки, почти влезла в куст.

Форк стоял справа от леди Айзент, обнимающей дочь, слева — Себастьян. Первый — в охотничьем костюме с черным шаром на ладони, второй — в неизменном оливковом плаще и безоружный. Здоровенный Кельмир и его приспешник выглядели опаснее.

— У меня ответное предложение: ты извиняешься перед леди и покидаешь чужие владения.

Лицо захватчика перекосило.

— Иди к Дис!

В Форка полетел ком сплетенных голубых молний.

Принц вскинул руки — зеленый щит-стена отбил искрящий снаряд в толпу разбойников.

— Это твое «нет»? — хрипло рассмеялся Форк и бросил шар из пламени.

Черный огонь по дуге полосонул по людям Кельмира, сваливая с ног тех, кого зацепил, но не сжигая.

Сам женишок, укутанный в сияющий кокон, устоял.

— Убить всех! — завопил он, выхватывая из ножен меч.

Глава 8. Изумрудный перевал

С нечеловеческим завываньем головорезы пошли в атаку. Не люди и не звери, хуже… и это не метафора. Их лица исказились: черты заострились, уши вытянулись, нижние челюсти выдвинулись вперед, глаза и вовсе засветились бледно-зеленым.

Странное преображение! Боевое заклинание? Особенности физиологии местных?.. Можно лишь гадать, но вскоре стало не до этого.

Нападавшие схлестнулись с защитниками замка.

Как и в сражении с циклопами, принц словно вытащил из воздуха меч и встретил разбойников плечом к плечу с Форком. Отражали атаки слаженно, будто первый не был слепым, а второй — не испытывал к нему ненависти. Клинок и черный огонь против превосходящего количеством противника.

Резко захотелось присесть — ноги не держали. Я уже опускалась на землю, как шаровая молния снесла половину кустарника.

Ох, а если бы я не пригнулась?.. Шальное заклинание сделало бы то же самое, что и с несчастной пихтой. К счастью, обострившееся чувство опасности выручило, спасибо, богини!

Парадокс, но сейчас леди Айзент с дочерью хоть и в эпицентре сражения, но под надежным щитом, тогда как я попала по полной. Пока забегу в замок, раз сто успею поджариться от молний Кельмира, и не факт, что слуги оставили массивную дверь открытой.

Крики, хрипы, ругательства… Стоны, звон мечей, гудение воздуха, напоенного смертельными заклинаниями… Я потерялась в какофонии звуков, утратив ориентиры.

Где мои телохранители, приставленные королем? Меня чуть не убили, а их все нет! Такое ощущение, что они специально не спешат на помощь…

В момент, когда паника накрыла окончательно, вверху раздался пронзительный клекот, из-за которого захотелось заткнуть уши.

Повеяло запредельной жутью. У меня волосы на голове зашевелились, когда огромная тень накрыла двор.

Посмотрела в небо… Да это же Ро! «Глаза» принца вернулись!

Взбудораженная до глубины души, я вскочила на ноги, чтобы лучше видеть.

Иссиня-черный дракон, неожиданно спикировав, на бреющем полете вытянутыми лапами проредил разбойников и ушел обратно в небесную синь. Ох, его когти скосили едва ли не всех оставшихся гадов.

— Кельмир, сдавайся! — перекрикивая шум, потребовал Форк.

И незадачливый рейдер упал на колени.

— Сдаюсь, пощады!

Уцелевшая горстка воинов слаженно повторила маневр предводителя.

Звуки сражения сменила неестественная, тревожная тишина. Неужели это все? Или уловка? И Кельмир готовит подлянку?

Меня лихорадило после пережитого, а Форк спокойно направился к негодяю, из-за которого погибло столько людей.

— Попытаешься напасть или бежать — умрешь, — отстраненно предупредил он и коснулся головы Кельмира.

С длинных пальцев стек черный ручеек огня и диковинным ошейником обхватил шею побежденного, не обжигая.

Дракон приземлился неподалеку, и принц Себастьян поспешил к нему. Но не для того, чтобы поблагодарить друга за своевременное возвращение. Он помог спуститься со зверя двум мужчинам: первый, судя по укороченному, с разрезами по бокам светло-серому балахону, был жрецом Гармонии. Второй пассажир Ро, худющий блондин в изорванном, грязном охотничьем костюме, напоминал жертву пыток из земных фильмов: заплывшие от синяков глаза, запекшаяся кровь на лице.

— Отец?! — с надрывом воскликнула Зелла и, с легкостью пройдя сквозь щит, бросилась к нему.

В тот же миг двор наводнился людьми: слуги, немногочисленные воины замка, моя охрана. И где все были, когда шел бой?

— Ваше высочество, здесь небезопасно, пройдите в замок, — заявил один из боевиков.

— Да что вы говорите! А я и не заметила. — Я вглядывалась в невозмутимые лица, надеясь хоть на тень смущения.

Не-а, наглые, сытые морды даже не стушевались! Бросили свою принцессу в опасности, теперь делали вид, что все в порядке!

А точно король приставил их меня защищать?.. Может, у них декоративная роль? Без охраны сестру отправлять не полагалось, неприлично? Но на защиту я могла и не рассчитывать?

Что-то подсказывало, что попала в точку. И такая ярость меня охватила, что в глазах потемнело. Не знаю, как сдержалась, чтобы не высказать все, что о них думаю.

Вскинув подбородок, я приподняла правую руку и пошевелила пальцами, будто на них что-то есть… темное пламя, которое вот-вот вспыхнет.