Я разорву эту помолвку! - Хэйли Джейкобс

— Вот! — выдохнул покрасневший секретарь, поправляя съехавшие очки, и плюхнул талмуд на директорский стол.

Фабиан Уолдрон махнул Роджеру, который понял жест и открыл книгу, зачитывая содержимое статьи вслух:

— Опека и попечительство устанавливаются для защиты прав и интересов недееспособных или не полностью дееспособных граждан. Опека и попечительство над несовершеннолетними устанавливаются также в целях их воспитания.

Опека и попечительство над несовершеннолетними устанавливаются при отсутствии у них родителей, а также в случаях, когда такие граждане по иным причинам остались без родительского попечения, в частности когда родители уклоняются от их воспитания либо защиты их прав и интересов, либо имеют уважительные причины для невыполнения своих родительских обязанностей.

В подобных случаях опекунами признаются ближайшие родственники несовершеннолетнего вне зависимости от пола и семейного положения…

Роджер резко замолк.

— Полагаю, ваши вопросы не остались без ответов, — вежливо улыбнулась. — Мой отец в данный момент болен и не имеет возможности покинуть поместье. Как ближайший родственник Томаса я являюсь его полноправным опекуном.

Барон в самом деле был болен.

Только не физически, а душевно.

В его поведении имелись признаки продолжительной депрессии. В этом мире такое состояние заболеванием не являлось. Но я все равно имею полное право взять часть его забот на себя.

Пусть попробуют поставить мои слова под сомнения!

Герцогу оставалось лишь краснеть от злости. Я даже удивилась, что он смог удержать себя в руках и не рассыпаться новыми ругательствами.

— Дочитайте, пожалуйста до конца, — это я уже Роджеру.

— Опекуны и попечители выступают в защиту прав и интересов своих подопечных в отношениях с любыми лицами, в том числе в судах, без специального полномочия…

— Правила Академии, сколь бы стары они не были, не могут идти в противоречие в законами империи, ибо являются лишь локальными актами, действующими только в конкретной организации. Поэтому, я имею такое же право присутствовать здесь, как и уважаемый герцог.

Обвела взглядом мужчин.

Директор посерел, герцог же наоборот побагровел, его сын выглядел так, будто испытывал жуткую неловкость, Роджер смотрел на меня с недоумением, словно увидел впервые, а вот лекарь еле заметно приподнял уголки губ в улыбке, которую увидела только я.

Ну, хоть один человек на моей стороне.

— Пускай так, это не отменяет того, что этот ребенок — преступник!

— Даже преступникам дают возможность себя оправдать и право на защиту, — вступил лекарь.

— На чьей вы стороне, виконт Стерлинг?! — топнул ногой герцог.

Это обращение привлекло мое внимание. Еще один аристократ.

Ну конечно, другого и нельзя ожидать от школы, где обучаются отпрыски правящей династиии.

— На стороне правды. Три месяца назад Томас оказался в лечебном крыле с переломом ноги. Тогда мне так и не удалось разговорить мальчика и узнать, как он получил подобную травму. Но я его запомнил и продолжил время от времени наблюдать за ним. Не было и дня, когда бы на нем не было синяков или ссадин.

— Что и требовалось доказать! Подобному отребью не место в академии! Нарушает образовательный процесс и систематически устраивает драки с другими учениками!

Вот же неугомонный старикашка.

У него была какая-то своя исковерканная истина. Яблочко от яблони не далеко падает. Хорошо же герцог воспитал сына, раз тот позволяет себе издевательства над одноклассниками.

Я начинала терять терпение.

Перелом ноги… поэтому Томас не приехал летом на каникулы домой. Боялся потревожить отца и сестру, а может, не хотел узнавать, встанет ли кто-то из родных на его сторону, узнав, через что он проходит в академии, чтобы не разочаровываться…

— Или систематически подвергается побоям! — рявкнула в ответ так, что герцог отшатнулся назад. Но он быстро пришел в чувство и сам удивился своей реакции.

— Жак! — крикнула секретарю.

— Да!

— Приведите Скотта Берримора и всех тех, кто замешен в эпизоде с дракой.

— Так точно!

Секретарь пулей вылетел за дверь.

— Во дает, кажись, воспоминания о службе в армии нахлынули, — поразился не к месту Роджер.

— Леди, это немного не уместно, я прошу вас, смерьте тон, и мы решим конфликт мирно… — голос подал директор, но стоило бросить взгляд в его сторону, как он заткнулся.

— Я всего-навсего выполняю вашу работу, уважаемый директор Уолдрон. Если вы не согласны, то предоставьте мне объяснения, почему о том, что мой брат сломал ногу не было сообщено его семье. Что за дела проворачивает академия? Или безопасность учеников для вас не является приоритетом? Тогда, боюсь, я вынуждена попросить его светлость предоставить мне возможность связаться с советом попечителей академии, о котором он так настойчиво упоминает…

Герцог поперхнулся.

Секретарь привел в кабинет семерых мальчишек.

Вели они себя так, словно не в кабинет директора их вызвали, а на сцену для вручения награды за заслуги перед отечеством.

— Леди, как вы и приказали, все участники инцидента доставлены, — отрапортовал Жак.

— Благодарю.

Этот секретарь вдруг показался мне неплохим человеком. Расторопный, послушный… может переманить его к себе?

Широко улыбнулась детям.

Хотя какие он дети.

Подростки, некоторые ростом были выше меня. Почти уже взрослые парни. А мозгов никаких.

— Кто из вас Скотт?

Рослый юноша вышел вперед. Руки в карманах, развязная походка, взгляд, говоривший о том, что ему можно абсолютно все и ничего ему за это не будет…

Он коротко взглянул в сторону Томаса и позволил себе ухмылку.

Вот же… негодник!

Ну, давай сыграем. Я скопировала его расслабленную позу и включила дурочку.

— Привет, Скотт. Давно в академии учишься?

— Пять лет.

— Рано сегодня встал?

— Нет.

— Много уроков было?

— Да.

— Сильно Томас сопротивлялся?

— Да… Нет, постойте! Не сопротивлялся он… Нет, то есть да. Я его не бил!

С лица Скотта исчезла маска вседозволенности и теперь он выглядел как обычный трусливый мальчишка.

Было как день очевидно, что он лгал. Скотт Берримор и есть виновник.

Томас молча смотрел на обидчика равнодушным взглядом.

— Молчи! Кто позволил девке разговаривать с моим сыном? — влез герцог. Ну точно курица-наседка, готовая атаковать защищая свое потомство. Впрочем, хоть что-то есть в этом человеке, за что его можно уважать — я и сама такая.

— Вы все слышали сами. Виновник признался.

— Не было такого! Это все ты! — герцог указал пальцем в меня.

Мама не учила его, что показывать в людей пальцами — некрасиво?

— Да вы на его руки взгляните! Кожа на костяшках в ранах. Так бывает, если бьешь кулаками, правда ведь? Роджер, как преподавателю боевой техники, вам должно быть подобное известно.

Скотт спрятал руки за спину.

На воре и шапка горит.

— А, ну, кхм… — замялся Роджер.

— И где, скажите на милость, на Скотте или его друзьях следы от побоев? Разве не