Узница Нод-Алора - Лия Шах

— Видео? — нахмурился мужчина, когда на экране началось воспроизведение. В кадре Милена сидела в обшарпанной комнате и тоже смотрела какой-то ролик на голопроекции экрана. На ее лице читался незамутненный восторг. Это был такой взгляд, каким могут смотреть только женщины на чертовски привлекательных мужчин. И чем больше Болдан смотрел на это лицо, тем мрачнее он становился. — Ты… на что она смотрит?

[На тебя, баран]

[Площадь Яда. Через 47 минут]

Свернув весь чат, Хад откинулся назад и прислонился к стене. Кристина уже закончила выплескивать эмоции и теперь каталась по ковру, очевидно скучая. Тонкие губы робота изогнулись в тонкой улыбке, когда он сказал:

— Заняться нечем? Может, сходишь на прогулку? Я слышал, сегодня в городе будет проходить интересный праздник. Уверен, тебе понравится…

Глава 10. Думаешь, ты самый умный?

Перестав кататься по полу, я вышла из образа спятившей гусенички и посмотрела на робота.

— Чей-та ты такой добренький стал? Падазрительна!

Хад сидел с невозмутимой миной, будто не он тут окольными путями меня из убежища прогнать пытался. Разумеется, в его доброжелательность никто верить не собирался. Я маленькая, но не тупая.

— Наибулина, кто днем ранее ныл, что хочет фанатов и славы? — с отмороженным лицом спросил одноклассник. — Тебя теперь по всему миру знают. А на Нод-Алоре еще и любят. Ты же теперь, как красное знамя для всех сирых и убогих в этом отстойнике. Можешь смело выйти и насладиться минутой славы. Петь умеешь? Можешь какой-нибудь шансончик сбацать местным маргиналам.

— А ты не слишком-то вежливый, а? — поджав губы, выдала я экспертную оценку. — Столько пренебрежения… Если так подумать, чем ты лучше них?

Хад повернул голову и внимательно на меня посмотрел.

— Это ты меня так сейчас с убийцами сравниваешь?

Я лениво приподняла брови, ни капли не впечатленная этим выпадом.

— Если исключить убийство, где между вами разница? Или тебе напомнить, что ты — самый настоящий киберпреступник? Вообще-то, за это все еще дают срок. Хочешь, сбацаю тебе шансончик?

— Себе сбацай, — огрызнулся робот. — Воровка.

Даже обижаться на него лень.

— Это не воровство. — Я назидательно подняла указательный палец. — Это изъятие платы за причиненный моральный ущерб. О как.

— Да, я вижу, — со всей серьезностью кивнул одноклассник. — Теперь, когда мы определились, что ты — морально ущербная, может, свалишь?

— Сам дурак, — огрызнулась я в ответ, но немного вяло. Без огонька. — Не то чтобы я не хотела. Но как подумаю, что придется снова пройти по этим вонючим закоулкам, так сразу все желание отпадает.

Будто найдя решение уравнения Навье-Стокса, одноклассник резко посветлел лицом и ту же закидал меня своими голоэкранами. На них были отображены всевозможные карты подземного города, а также кадры с видеокамер. Если судить по углу обзора, то некоторые снимки были украдены даже с чьих-то личных планшетов и коммуникаторов.

Я сразу поняла, что это была попытка объяснить мне, куда именно следует телепортироваться, чтобы пойти погулять. Беглым взглядом отметив ключевые моменты для себя, я не могла так просто это оставить и не поиздеваться над парнем.

— Н-да-а… — понимающе протянула я и с видом настоящего знатока отметила: — Потрясающе. Кстати, я ведь уже обещала, что расскажу, почему ты никогда не женишься?

— Наибулина… — угрожающе предостерег меня Хад, но я не обратила внимания и продолжила, как ни в чем не бывало.

— Помимо того, что у тебя ужасный характер и лицевой паралич, есть еще одна существенная проблема. Ты не видишь границ частной жизни посторонних людей. Прямо сейчас не было никакой необходимости лезть в мобильники других людей, но ты даже не задумался об этом. Позволю себе предположить, что если ты решить погнаться за какой-нибудь девушкой или, — чем шайтан не шутит? — парнем, то не будешь разборчивым в методах. А ни один человек не захочет, чтобы кто-то так вторгался в его дела.

Закончив, я была готова к новой порции криков и оскорблений, но, на удивление, сомалиец только нахмурился и на некоторое время ушел в себя.

— Почему я не могу использовать этот метод, чтобы преследовать понравившегося человека? — после недолгих, но тяжелых раздумий, спросил робот. Услышав это, я опешила.

— Потому что так никто не делает, — только и могла я ответить, разведя руками. — Это слишком нагло и некрасиво. Человек будет чувствовать себя загнанным в угол, понимаешь? Находясь в ловушке, о какой симпатии ты говоришь? Нет, чтобы с кем-то сблизиться, нужно быть честным и открытым, и принимать во внимание комфорт другого человека. Показаться себя с лучшей стороны и скрывать недостатки. Быть милым и заботливым.

— Я заботился! — как-то странно возразил одноклассник, а я поняла, что предыстория этой ситуации гораздо глубже. Хад волновался все больше и говорил все бессвязней: — Я был милым и заботливым! Оплачивал счета, покупал подарки, организовал повседневный график, присылал еду! Ограждал от плохих людей, блокировал нежелательные звонки, устранял обидчиков и ненадежных друзей! Каждое утро отправлял сообщения "С добрым утром", пожелания приятного аппетита, а по вечерам желал приятных снов! Я помог получить высший бал по всем предметам и сделал подарок на выпускной! Я даже не надоедал ей звонками и сказал свое настоящее имя! Куда милей, Кристина?! Куда заботливей?!

Подобрав с коленей челюсть, я ошеломленно посмотрела на парня и, кажется, кое-что поняла.

— То есть… ты хочешь сказать, что не звонил ей, не приходил, а только слал сообщения и лез в личные дела?

Еще недавно живое выражение лица парня вновь покрылось толстым слоем льда, и даже взгляд застыл. Так я поняла, что поняла все верно.

Сглотнув, я пригладила шевелящиеся на затылке волосы и осторожно сказала:

— Хаттабыч, так ты это… ты не поклонник. Ты — сталкер. Уф, у меня аж мурашки по рукам. Ты такой жуткий и жуткий. Просто представь: кто-то с пугающим именем начинает слать тебе сообщения три раза в день, присылать вещи в твой дом, а тем временем люди вокруг странным образом пропадают. Я б на тебя заяву накатала.

Когда у Хада дернулась щека, я сразу поняла: она тоже это сделала. Однако, зная умения нашего друга, могу сказать, что девушке это никак не помогло. Он тут от галактических стражей скрывается так, что у всех уже голова болит, а наша полиция и вовсе, наверное, плакала по вечерам.

— Слушай, ну ты это, кхм… — поднявшись с ковра, неловко кашлянула я. — Не грусти там, ага? Вот выберемся из тюрьмы, и найдешь себе другую жерт… девушку. В конце концов, среди миллиардов и миллиардов людей этой галактики обязательно