Очарованный - Джиана Дарлинг

Я пыталась обратить внимание на то, как Себастьян сел, затем на то, как Жизель и, наконец, Елена присоединились к нам за обедом, но мой разум был погружен в размышления.

У меня был дегенерат-лорд, шантажирующий меня ради сексуальных услуг, обеспокоенный мафиози и будущий обеспокоенный отец на моих руках, а также затяжные, вечно неразрешенные чувства к единственному мужчине, который когда-то владел мной.

Я подумала, что даже несмотря на то, что моя семья не знала об этом, пока они болтали о планах Елены об усыновлении, а Жизель слишком упорно притворялась, что она не заботится о них, тогда, когда Себастьян вылетел из дома из-за грубых расспросов Елены о Саванне Ричардсон, они могли бы, блин, ну поменьше осуждать меня за то, что я отвлеклась.

Козима

— Нет.

— Послушай меня, сердце мое, — Дженсон Браск пытался урезонить меня по громкой связи, пока я тем вечером стояла в ванной и готовилась к благотворительному вечеру. — Ты нам нужна. Клеманс Биссет выбыла из-за анафилактического приступа! Не то чтобы я это планировал, но ты действительно наша единственная надежда провести кампанию по графику. Ты не можете сказать мне, что тебя не волнует St. Aubyn. Я знаю, что после вечеринки Bulgari ты ушла со своей должности амбассадора, потому что у тебя были «свои причины», — сказал он слегка насмешливо. — Но это один из лучших домов моды в мире, и именно он породил твою славу. Ты обязана заменить Клеманс.

Я так тяжело вздохнула, что сдула кисть для пудры с стойки раковины на пол. Взяв ее, я положила руки по обе стороны фарфоровой раковины и посмотрела в свои усталые желтые глаза.

На самом деле у меня не было возможности рискнуть вернуться в Англию. Один раз за последние четыре года — это было слишком много. Я не была настолько глупа, чтобы думать, что смогу пережить еще один визит, не привлекая всевидящего ока Ордена.

— Джен, у тебя чувство вины немного затянулось, — обвинила я его, продолжая тщательно обводить веки темно-коричневыми и золотыми тенями. — Ты знаешь, я всегда буду благодарна за то, что ты и St. Aubyn сделали для моей карьеры, но я была серьезна, когда сказала, что никогда больше не буду работать с этим брендом.

Александр Дэвенпорт владел домом моды. Я никоим образом не собиралась иметь ничего общего с каким-либо аспектом этого человека или его бизнеса.

Он дал мне понять, что я тоже не принимаю в этом никакого участия.

Когда я впервые обнаружила эту связь, я подумал, что он, возможно, подстроил все это с Уиллой и Синклером, что мой дуэт в сияющих доспехах был послан хозяином поместья.

Но это точно не было так.

Мне было смешно думать, что он заботился обо мне настолько, чтобы обеспечить мою безопасность и успех даже после того, как я его бросила.

Когда я услышала имя St. Aubyn, у меня заболел живот.

— Нет, Дженсон, извини, но я просто не могу.

— Что, если я скажу вам, что съемки проходили не в самом Лондоне? Ты бы прилетела, и водитель сразу забрал бы тебя и доставил в Корнуолл. Мы проводим съемки в помещении и на открытом воздухе на скалах Юрского побережья. Тема очень похожа на Хитклифа и Кэти.

— Разве это не означает болота Пикового Дистрикта? — Я спросила, потому что знала, насколько атмосферными могут быть эти холмы пурпурного и красного вереска.

Там находился Перл-Мэнор, окруженный пейзажем, словно место действия любого великого классика британской литературы.

— Скалы более кинематографичны. Честно говоря, Кози, я бы не позвонил тебе, если бы ты не была моей последней надеждой. Съемки состоятся через два дня, и мы отправимся в ад, если не сможем сделать эту работу для следующего осеннего каталога.

После долгой паузы он сказал:

— Мне нужно, чтобы Уилла позвонила тебе?

Я волновалась, закусывая нижнюю губу, пока моя грудь боролась с противоречивыми эмоциями. Дженсон и Уилла так долго были моими наставниками. Мне не нужно было дополнительной вины со стороны Уиллы, чтобы знать, что я вечно обязана им за их щедрость.

Если бы отсутствие желания вернуться на родину столь многих моих страданий было единственным, что удерживало меня от принятия контракта, я бы немедленно сдалась. Мне не нравилось говорить «нет» людям, которых я любила. На самом деле, я ненавидела это.

Тем не менее, на кону стояла моя безопасность, и я на собственном горьком опыте научилась не принимать это как должное.

— Я не могу. Мне очень жаль, Джен, правда. Если бы все было по-другому, если бы это было не в Англии, я бы сделала это в мгновение ока. Надеюсь, ты это знаешь.

Он тяжело вздохнул, но когда заговорил, в его голосе была улыбка.

— Что, если я скажу вам, что на съемках будет Ксавье Скотт?

Я зажмурилась. Имя фотографа Ксавье Скотта было нарицательным, и как модели это о чем-то мне говорило. Он делал все: от фотографий королевской семьи до разворотов Vanity Fair и обложек National Geographic. Он был человеком за объективом.

И он никогда, ни разу не соглашался работать со мной.

Он был настолько знаменит. Он выбирал своих собственных моделей.

— Он хочет меня? — Я дышала, как ребенок, которому сказали, что они могут впервые встретиться с Санта-Клаусом.

Дженсон усмехнулся, как кот, съевший канарейку, зная, что я попалась.

— Он так и сказал.

— Cazzo, — выругалась я себе под нос, а затем сказала. — Хорошо. Я буду там, но Дженсон? Я хочу вылететь как можно позже и улететь первой, когда мы закончим.

— Кози, тебе грозит какая-то опасность, если ты поедешь в Англию? — осмелился он, внезапно помрачнев.

— Нет, — немедленно возразила я, наполняя свой голос улыбкой. — Только из-за опасности вспомнить прошлое, а я бы предпочла его похоронить. Не волнуйся, Bello, со мной все будет в порядке.

Я повесила трубку после обмена дополнительной информацией о деталях и уронила голову на плечи в поражении.

Я была эгоистичной маньячкой, вернувшейся в логово своих монстров.

Более того, я была мазохистским фаталистическим ягненком, охотно идущим на свою бойню, потому что маленькая, темная и грязная часть меня надеялась, что один из этих монстров найдет меня.

— Ты выглядишь шикарно, — сказала Жизель, появившись в зеркале позади меня, прислонившись к дверному косяку и разглядывая мое черное нижнее белье и эффектный макияж. — Большие планы на вечер?

Я нанесла ярко-красную помаду на толстый изгиб нижней губы, а затем осторожно нарисовала ее на преувеличенном изгибе верхней губы.

— Ничего особенного.