Последняя любовь - Нора Робертс

Райдер и Бекетт устанавливали огромный резной буфет у каменной стены, кусок которой остался неоштукатуренным — для красоты. Мать и Хоуп расставляли симпатичные деревянные столики. Тупорылый растянулся в дальнем углу, но при виде Оуэна поднял голову и завилял хвостом. Оуэну вдруг подумал, что, возможно, пес видит его как огромный пончик в человеческий рост.

—Где, черт возьми, тебя носит? — осведомился Райдер.

—Ездил по делам. Отлично смотрится!

—Согласна. — Жюстина широко улыбнулась и придвинула стул к столу. — Мы хотим повесить сюда большое зеркало. То, старинное. И похоже, нам потребуется еще один сервировочный стол. Поставим его вон туда, под окном. Сейчас сниму размеры и сбегаю в «Баст», посмотрю, найдется ли у них что-нибудь подходящее.

—У тебя же есть столик, который ты купила в том шикарном французском магазине во Фредерике[7], — напомнил Райдер.

Лицо Жюстины окаменело.

—Он перекошен. Одна ножка короче остальных. Зря я его купила.

—Я же сказал, что укоротил ножки. Поставишь на него всякую дребедень, никто и не заметит.

—Персонал вел себя грубо, — вмешалась Хоуп. — Если магазин отказывается возмещать убытки за вещь с дефектом, его нужно закрыть.

—Дался вам этот столик! Я его починил.

—Его купили для фойе, — не уступала Хоуп. — Мы уже присмотрели в «Басте» подходящую замену.

—Если бы не шило в заднице кое у кого, этот столик давно бы стоял в фойе.

Жюстина метнула на сына сердитый взгляд.

—Кого ты имеешь в виду, Райдер? Ведь это я велела отнести его в подвал.

—Где я его починил, — пробормотал Райдер. — Пойду принесу. Бекетт, поможешь?

Желая убраться с линии огня, Бекетт поспешил за ним в подвал.

—Если стол сюда не подойдет, мы его уберем, — пообещал Оуэн. — Хотя он красивый.

—Бракованный, и не стоит потраченных денег. Сама виновата, — признала Жюстина, почесав за ухом пса, который подошел и потерся о ее ноги. — Ладно, поживем-увидим. Хоуп, это, должно быть, идет Кароли с кухонными принадлежностями, — добавила она, услышав шаги на центральной лестнице. — Не сходите вдвоем за мармитами и кофеваркой? Проверим, как они будут смотреться.

—Конечно.

Оуэн открыл было рот, чтобы предложить свою помощь, но от взгляда матери слова застряли в горле. Жюстина молчала, пока шаги Хоуп не стихли в отдалении.

—Я хотела, чтобы она ушла на пару минут.

Сложив руки на груди, мать смотрела, как Бекетт и Райдер затаскивают починенный столик.

—Райдер Томас Монтгомери.

Оуэн прекрасно знал этот тон, этот взгляд. Хотя сейчас они адресовались не ему, Оуэн почувствовал мороз по коже.

Опустив голову и поджав хвост, Тупорылый ретировался в свой угол.

—Слушаю, мэм.

—Я вырастила тебя не для того, чтобы ты грубил людям, рычал на женщин или срывал зло на сотрудниках. Так что будь, пожалуйста, повежливее с Хоуп, независимо от того, согласен ты с ней или нет.

Райдер поставил столик на пол.

—Хорошо. Но...

—Но?

Один-единственный слог прозвенел угрозой. Отставив ногу в сторону, Райдер умильно посмотрел на мать.

—Ты же сама сказала, чтобы мы обращались с Хоуп как с родной. Так чего ты теперь хочешь: чтобы я был вежлив или чтобы обращался с ней как с членом семьи?

Долгое напряженное мгновение. Бекетт поспешил отойти от брата. Наконец, Жюстина шагнула вперед и крепко взяла Райдера за уши.

—Думаешь, ты такой умный?

—Ага. Весь в маму.

Она рассмеялась.

—Сын своего отца, вот ты кто, — сказала Жюстина и ткнула его в живот. — Следи за языком!

—Обязательно. Кивнув, она отошла и встала, подбоченившись.

—Столешница покороблена, Рай.

—Чуть-чуть. Ну да, столик плохо сделан, и цена завышена, но смотрится красиво. Будет еще лучше, если поставить на него те медные штуковины.

—Пожалуй. Хотя мне обидно. Моя ошибка.

—Ага, конечно. — Райдер пожал плечами. — Ты сама обставила гостиницу площадью девять тысяч квадратных футов, выбрала все от сифонов до кроватей, и это твоя ошибка? Да ладно тебе, мам!

Жюстина бросила на него внимательный взгляд.

—А ты не дурак. Может, и правда в меня пошел.

Она повернулась к двери, когда вошла Хоуп с большой коробкой, другую несла Кароли.

—Дай-ка я возьму, — предложил Райдер и забрал коробку у Хоуп. — Я стараюсь быть вежливым.

—Больно?

—Пока нет.

Бекетт взял коробку у Кароли. Оуэн тихо стоял в сторонке. Сейчас распакуют кофеварку, достанут мармиты, подставки, разбросают упаковку и оберточную бумагу... Ладно, позже он все уберет.

Кароли говорила, что надо бы помыть фужеры для вина, мать поправляла повязку на волосах. Бекетт и Райдер договаривались принести зеркало, а потом отправиться в соседнее здание, к остальным рабочим.

Оуэн подождал, пока три женщины не оценят результат своих трудов.

—Я все равно буду знать, что он бракованный, — заметила Хоуп, пригладив волосы. — И меня это бесит. — Она перевела взгляд на Райдера. — Ладно, переживу.

—Хорошо. Давайте повесим зеркало и поскорее смоемся, пока эти женщины не нашли нам работу.

—Одну минуту, я хочу кое-что сказать, — объявил Оуэн.

—Когда закончим, — возразил Райдер.

—Нет, прямо сейчас. — Оуэн сделал серьезное лицо. — По поводу разрешения на ввод в эксплуатацию.

—Господи, только не говори, что у нас возникли проблемы. Инспектор все принял.

Оуэн вздохнул, медленно покачал головой.

—Я съездил в Хейгерстаун, хотел узнать, можно ли ускорить процесс. И... получил разрешение.

Бекетт ткнул в него пальцем.

—Ты взял разрешение на ввод в эксплуатацию?

Ухмыляясь, Оуэн ткнул его в ответ.

—Точно!

—О, господи! Кароли! — Жюстина схватила сестру за руку.

Оуэн хлопнул Райдера по плечу и улыбнулся Хоуп.

—Готова к переезду? Хочешь, мы перетащим остальные вещи? Сегодня можешь ночевать здесь.

—Конечно, готова! — Она со смехом обняла его и поцеловала в губы. — Я переезжаю!

С радостным визгом Хоуп обнялась с Жюстиной и Кароли, потом бросилась на шею Бекетту и громко его расцеловала. И замерла, дойдя до Райдера.