Вечер медведя - Шериз Синклер

Как это сделал Бен.

Райдер потер подбородок. Он ничего не дал территории Женевьевы, но здесь — это будет его город и его территория.

Пришло время ему начать обустраивать здесь свое собственное гнездышко.

***

Позже, в большой комнате, Эмма отдыхала, прислонившись спиной к подлокотнику дивана. Минетта устроилась в небольшом пространстве рядом с ней. Ощущение маленького тельца рядом с ней было настолько приятным, что у нее комок застрял в горле. Месяц назад она и представить себе не могла, что будет так счастлива.

Ну… в основном счастлива. В воздухе все еще витал запах подгоревшего жаркого. Однако ее смущение уменьшилось, оставив только решимость. Она собиралась научиться вести себя как нормальный человек, в том числе научиться готовить.

Бен отнесся к ее фиаско на удивление равнодушно.

Райдер тоже, несмотря на его изначально циничные вопросы. За ужином ему было весело, он дразнил Бена и Минетту — и даже ее саму. Оказалось, за его бесцеремонным характером скрывалось злое кошачье чувство юмора.

В другом конце комнаты он разводил огонь в широком мраморном камине. Когда растопка загорелась, саламандра высунула свой заостренный нос из золы и радостно заерзала.

Минетта подошла посмотреть, остановившись рядом с отцом.

Райдер притянул ее к себе. С каждым днем ему становилось все уютнее со своим детенышем. Он указал на огненного элементаля.

— Когда огонь начнет реветь, саламандра станцует для нас.

Когда Минетта так же радостно заерзала, как саламандра, Райдер рассмеялся, а Эмма могла только изумленно таращиться на нее. От его великолепного, звучного смеха у нее по спине побежали мурашки. Почему он не делал этого чаще?

— Кто любит музыку? — Бен протопал вниз по лестнице и вошел в комнату. В руках он держал две классические гитары.

Гитары. Пальцы Эммы сжались от желания. Она скучала по музыке даже больше, чем по людям. Не трогай, медведь. Не твое.

— Вы с Райдером играете на гитаре? Мне показалось, ты говорил, что вырос в глуши и у тебя не было ничего, кроме нескольких книг.

— Бен жил отдельно — в Техасе. — Челюсть Райдера напряглась. — Когда нам было по пять лет, отец потащил меня в Монтану.

Оставив Бена позади? При мысли об их разлуке у нее защемило сердце. Она думала, что это печально — не иметь братьев и сестер. Насколько сокрушительно было бы чувствовать себя в разлуке после того, как они были вместе?

Бен пробежал пальцами по гитарным струнам.

— Когда мы снова встретились молодыми мужчинами, мы провели зиму с бабушкой нашей матери в Деревне Старейшин, где не было электричества. Она научила нас играть на гитарах.

Точеное лицо Райдера смягчилось при воспоминании.

— Найни была валлийкой, и ничто так не радовало ее, как вечер музыки. Каждый должен был участвовать или терпеть ее недовольство.

Зависть наполнила Эмму при мысли о том, что она будет петь вместе с другими. Она и мастер — бард музицировали вместе. Пару раз его навещал другой бард. Делиться песнями в кругу семьи, должно быть, чудесно.

— Держи, медвежонок, — мягко сказал Бен. Он наклонился и коснулся губами ее губ в поцелуе.

Его губы были теплыми. Твердыми. Его щека слегка коснулась ее щеки, и вместо того, чтобы отстраниться, он приподнял голову на пару дюймов и посмотрел прямо в ее ошеломленные глаза. Складка у его рта стала глубже, хотя он… не совсем… улыбался. Он задержал на ней взгляд на секунду, потом на другую, прежде чем выпрямился.

Он поцеловал ее. Она чувствовала, как кровь бурлит в ее жилах и нарастает гул желания. Все в ней жаждало еще одного поцелуя.

Покачав головой, она посмотрела вниз. Он положил гитару ей на колени. Впервые за три года она держала в руках гитару.

— О, — выдохнула она. Аромат, ощущение глянцевой поверхности, звук, когда она тронула первую струну… Замечательно.

— Клянусь Богом, посмотри на нее. — В смехе Райдера звучало то же веселое удовольствие, что и тогда, когда Минетта баловалась. — Ты загнал свою жертву в угол, Гриз. Поцелуй, чтобы заставить ее покраснеть, гитара, чтобы зажечь ее глаза.

Бен усмехнулся.

— Надеюсь, твой инструмент все еще при тебе, брат. Не думаю, что она поделится моим запасным.

— Да, я принес. — Райдер взял из стопки полено и спросил Минетту, — Ты можешь показать Бену, где она, котенок?

Минетта пробежала через комнату, взяла Бена за руку и потащила за собой.

Когда Райдер подбросил в камин побольше поленьев, аромат ели и сосны наполнил комнату дымной сладостью.

Эмма неуверенно пробежалась пальцами по струнам, и гитара ударилась о спинку дивана. В такой позе не получится. Она попыталась сесть.

— Держись, медвежонок, — Райдер взял у нее гитару и отложил в сторону. Заведя руку ей за спину, а другую под колени, он повернул ее, положив ее ноги на кожаный пуфик. Его худые пальцы были длиннее, чем у Бена, такие же мозолистые и, к ее удивлению, такие же нежные. В его запахе чувствовалась дикость кота — оборотня и легкий привкус древесного мыла, которым он пользовался.

Покалывание пробежало по ее коже, дразня ее осознанием того, что она женщина, а он мужчина. Нет. Нет, нет, нет. Плохо уже то, что она испытывает влечение к Бену, но к этому мужчине? Этому очень циничному мужчине, слишком красивому? Ни за что.

Склонив голову, изучая свои руки, она прошептала:

— Спасибо.

— Эмма? — Когда она подняла взгляд, то встретилась взглядом с темными, как ночь, глазами, искрящимися смехом. — Всегда пожалуйста. — Он провел пальцем по ее щеке.

Отстранившись, он тряхнул головой точно так же, как она встряхивала свой мех, когда впервые распушила его, избавляясь от последних, оставшихся следов человека.

— Мы с Беном провели много времени в дикой местности. В тот единственный раз, когда я провел в таком состоянии целое лето, месяц спустя я все еще разговаривал сам с собой. Как долго ты была вдали от цивилизации?

Неожиданный вопрос потряс ее. Его темные глаза были пристальными и слегка пугающими.

— Пожалуйста, не увиливай, маленький бард, — мягко сказал он. — Назови число.

Врать? Она не могла, никогда не могла.

— Три.

— Три чего?

Упрямый самец. Ее шепот был почти неслышен.

— Года.

Его ошеломленное выражение лица понравилось ей, пока он не задал следующий вопрос.

— Но почему?

Она вздернула подбородок.

— Я объяснила Козантиру. — И больше она не собиралась ничего объяснять.

Когда Бен и Минетта вошли в комнату, она почти обрадовалась.

— Вот твоя гитара, брат, — Бен протянул ее Райдеру.

Нахмурившись, Райдер сел в кресло, но